Каникулы Петрова и Васечкина - Владимир Алеников

Глава 3. В жизни всегда есть место подвигу!

Па-па-па-пам! Какие, собственно, ещё ассоциации может вызвать слово «детектив»? Разумеется, в первую очередь что-нибудь вроде «па-па-папам»!

Во всяком случае, именно эта тревожная музыка звучала в ушах четвёртого отряда, когда он во все глаза смотрел на того самого человека, без которого слово «детектив» вообще лишается смысла. На человека в пограничной форме с капитанскими погонами.

И хотя внешне он не очень был похож на бравых капитанов, которых приходилось видеть в кино, но случаи из нелёгкой пограничной жизни в его пересказе выглядели очень убедительно.

Четвёртый отряд весь без исключения сидел, онемев от восторга…

А капитан Ромашкин просто и доходчиво рассказывал, наглядно демонстрируя, как ловким приёмом он обезвредил матёрого шпиона, как долго выслеживал его перед этим в тёмной ночи, как доли секунды, зоркий глаз и твёрдая рука решали всё…

Петров, Васечкин и Маша, так же как и все остальные, позабыв обо всём на свете, одинаково раскрыв рты, не сводили блестящих от волнения глаз с рассказчика, некоторые слова которого производили особенно сильное впечатление:

– …и ловким приёмом…

…а я ему: «Руки вверх!»

…резидент иностранной разведки…

…заходи слева!..

…передатчик и отравленная игла…

…в руках иностранная газета…

…глотает шифр!..

…я кричу: «Ложись!»…

…я, говорит, заблудился!..

…всё решали доли секунды!..

…нож, пистолет и стреляющая авторучка…

…благодарность в приказе…

А когда этот драматический рассказ подошёл к концу, то во внезапной тишине совсем по-бытовому прозвучал голос уставшего, как от настоящей погони, капитана Ромашкина.

– Так что, дети, учиться надо только на «хорошо» и «отлично»!

Четвёртый отряд перевёл дыхание.

– Ну что, ребята, поблагодарим Ивана Тимофеевича за интересный и содержательный рассказ! – сказала Инна Андреевна.

– Спа-си-бо! Спа-си-бо! – проскандировал четвёртый отряд и разразился аплодисментами.

Петров, Васечкин и Маша, всё ещё находясь под впечатлением увиденного и услышанного, в молчании шли вдоль берега моря…

Перед мысленным взором каждого из них возникали картины одна заманчивей другой.

Маша видела себя в роли медсестры, которая под пулями бандитов и резидентов различных иностранных разведок оказывает раненому капитану первую медицинскую помощь…

Васечкин представлял себе совсем другую картину. Он спасал Машу от окруживших её врагов.

– Я бы пошёл с тобой в разведку! – говорил капитан Васечкину, который, освободив Машу, вёл перед собой пятерых крепко связанных матёрых шпионов…

Что же касается Петрова, то он ловким приёмом выбивал пистолет у одного из шпионов, в то время как верный пёс Джульбарс мёртвой хваткой впивался во второго. Петров из последних сил подползал к дереву и, зажав зубами повреждённый телефонный провод, докладывал на заставу о поимке резидента…

– Да-а, – сказал Петров, очнувшись наконец от сладких грёз, – в жизни всегда есть место подвигу! Это капитан правильно сказал! Только место это надо найти! – И он тяжело вздохнул.

– Где его найдёшь? – в свою очередь тяжело вздохнула Маша.

– А где угодно! – воскликнул с энтузиазмом Васечкин. – Тихо на границе, но не верьте этой тишине… – значительно добавил он.

– Согласен! – обрадовался Петров. – Когда мы найдём шпиона…

– Какого шпиона? – охладила их пыл Маша. – Не бывает тут никаких шпионов!

– Ещё как бывает! – заорал Васечкин.

– Всё равно, – безнадёжно сказала Маша, – шпионы попадаются только взрослым…

– Шпионы попадаются тем, кто их ищет! – парировал Васечкин. – А кто ищет, тот всегда найдёт… И вообще, до обеда ещё два часа, айда за забор шпионов ловить!

Идея была настолько заманчива, что даже Маша, несмотря на весь свой скептицизм, увлеклась ею.

Сборы были недолги.

Маша надела чёрные очки…

Петров намотал под рубашкой на себя верёвки, чтобы в случае чего было чем связать руки матёрому нарушителю границы…

Васечкин вынул из кармана любимое увеличительное стекло…

И началось!

Быстро и ловко, как истинные следопыты, они проскользнули под самым носом у дежурного и оказались за воротами лагеря.

Впереди простиралось огромное поле. Шпионов пока что нигде не было видно.

– Ну, что будем делать дальше? – иронически спросила Маша, которой полнейшее отсутствие за забором шпионов вернуло утраченный было скептицизм…

– Пошли! – решительно сказал Васечкин и бодрым шагом двинулся к шоссе.

– Собаку бы нам! – вздохнул Петров. – Джульбарса! – И поспешил вслед за другом.

Маша, раздумывая, не вернуться ли ей назад в лагерь, нерешительно сделала несколько шагов вслед за ними.

А целеустремлённый Васечкин уже достиг шоссе.

И не успел он сделать нескольких шагов, как у него вырвался торжествующий крик.

Петров рванулся к нему.

– Замри! – скомандовал Васечкин и, встав на одно колено, стал что-то внимательно разглядывать на асфальте.

– Что? – спросил Петров, застыв на месте.

– Есть! – почему-то шёпотом сообщил Васечкин.

И тут Петров тоже увидел…

– Вот это да! – прошептал он.

– Что там у вас? – крикнула Маша и, не утерпев, подбежала к сосредоточенно склонившимся над асфальтом друзьям.

Петров повернул к ней испуганное лицо и молча ткнул пальцем в асфальт.

Машу охватило волнение.

– Что? – шёпотом спросила она.

– Вот! – сказал Васечкин.

– Ничего не вижу! – растерялась Маша.

– Сними очки! – сказал Васечкин презрительно.

Маша послушно сняла очки и взглянула на асфальт невооружённым глазом…

Па-па-па-пам!

Сомнений быть не могло. По асфальту расплывалось свежее красное пятно.

– Кровь? – нерешительно спросила Маша.

– Кровь! – шёпотом подтвердил Петров. – Самая настоящая!

– Первая группа! – авторитетно заявил Васечкин, разглядывая кровь сквозь увеличительное стекло.

– Что будем делать? – прошептала Маша.

– Будем брать! – тут же разрешил все сомнения непоколебимый Васечкин.

Дальше события стали развиваться с невероятной скоростью.

– За мной! – скомандовал Васечкин безропотно следовавшим за ним Петрову и Маше. – В погоню! Преступник не должен уйти!

Погоня!

Чьё сердце не замрёт при первом звуке этого магического слова?

Ребята со скоростью курьерского поезда, соблюдая, однако, предельную осторожность, кинулись вдоль шоссе навстречу тайне, жуткой тайне кровавых следов на асфальте…

Какое-то время капли крови петляли вдоль шоссе, то и дело пересекая белую осевую линию, но внезапно исчезли совсем.

Недоумевающие ребята остановились возле небольшого камня, обагрённого алой кровью.

Дальше следов не было видно.

– Ясно! – сказал Васечкин, с трудом поднимая камень.

– Зачем тебе этот булыжник? – спросил Петров.

– Это не булыжник, – сказал Васечкин. – Это вещественное доказательство!

– А… – Петров с уважением посмотрел на камень.

– Держи! – вручил ему булыжник Васечкин. – Головой за него отвечаешь!

Маша достала платок и обвязала камень платком.

– Осторожно, – сказала она, – на нём должны быть отпечатки пальцев…

А Васечкин, тем временем внимательно осматривающий шоссе, неожиданно снова рванулся вперёд.

– Есть след! – закричал он.

И погоня продолжалась.

Петляя, след становился всё чётче. Это были уже не капли, а непрерывная струйка…

– Быстрее! – торопил Васечкин. – Много крови теряет…

Но подгонять Петрова с Машей не было никакой нужды, они и так неслись с рекордной скоростью.

И вдруг след с шоссе исчез окончательно.

Ребята по инерции пронеслись ещё несколько шагов, но тут же вернулись…

Едва заметная тропинка вела в сторону от шоссе.

Героическая троица, не задумываясь, ринулась по ней.

Петров при этом умудрился влезть в крапиву, но мужественно, даже не вскрикнув, перенёс выпавшее на его долю испытание.

Капли крови были уже совсем свежие. Враг, безусловно, находился где-то рядом!

– Окружаем! – тихо подал команду Васечкин и, опустившись на четвереньки, быстро пополз в сторону.

Маша посмотрела ему вслед и, решительно закусив губу, бросилась вперёд…

Тихо шевелились кусты в тех местах, где отважные преследователи сжимали кольцо вокруг невидимого пока что врага…

Но впрочем, он уже был слышен… До ребят доносились какие-то взволнованные голоса.

Петров весь напрягся и приготовился к прыжку.

Рядом, в кустах, прислушиваясь, застыл Васечкин…

И тут Маша раздвинула ветки…

Па-па-па-пам!

Вот он решительный момент!

Васечкин рванулся вперёд и замер, открыв рот от неожиданности.

В таких же растерянных позах застыли Петров и Маша.

Все трое разочарованно уставились на двух девчонок, которые, болтая как сороки и ничего вокруг не замечая, шли через поляну.