«ЦАРСТВУЙ НА СЛАВУ!» Освободитель из будущего - Петр Динец

Под капитана, а ныне сразу полковника Соколова, создавался отдельный департамент внутренней безопасности. Масштаб его планировался гораздо более скромный, чем у жандармского департамента, но с другой стороны, учитывая профиль и специфику работы, здесь требовался человек с «творческим» подходом к делу и широким кругозором. Учитывая опыт и успехи полковника Соколова, он идеально подходил для этой должности. Хотя департамент и назывался «внутренней безопасности», на деле он включал в себя отделы внешней разведки, контрразведки, промышленного шпионажа и, конечно же, внутренней безопасности. В более далеком будущем, когда расширится масштаб его деятельности, можно будет подумать о выделении разведки в отдельный департамент, а пока достаточно и одного департамента.

Какой же я застал Россию после смерти Александра? Население около пятидесяти миллионов человек, то есть как во Франции и Англии вместе взятыми, где жило тридцать и двадцать пять миллионов соответственно. Около 90% населения составляли крестьяне. Годовой бюджет составлял порядка ста миллионов серебряных рублей и был тайным - практически никто, кроме нескольких министров и императора не знал, на что и куда уходит весь бюджет. Не было никакой прозрачности, что содействовало казнокрадству и неразберихе.

Армия поедала большую часть бюджета - около семидесяти миллионов, что неудивительно, учитывая, что в ней служило триста пятьдесят тысяч человек и еще полмиллиона числились в военных поселениях. Что интересно, на поле боя даже во времена войны с Наполеоном более ста тысяч человек не воевали. Армия находилась на пике своей формы, так как сотни тысяч солдат приобрели огромный боевой опыт во время Отечественной войны и Заграничного похода, и проявилось множество молодых и талантливых офицеров. Не напоминает вам СССР после Второй Мировой? Территория империи еще не включала Приморье, которое принадлежало Китаю и большую часть современного Казахстана, а так же среднеазиатские территории. Зато Аляска принадлежала России, хотя и жило там порядка пятисот русских подданных.

Планы мои составлялись постепенно, учитывая реалии и мое послезнание. Своей целью я поставил повышение благосостояния населения, путем постепенного создания класса собственников. То есть освобождение крестьян и наделение их землею. Параллельно я рассчитывал подстегнуть экономический рост развитием металлургии и строительством железных дорог, которые как раз начинали строиться в Англии. Учитывая, что создание отечественной промышленности потребует большого количества специалистов, мы намеривались открыть еще пять университетов и расширить уже существующие. А также увеличить сеть ремесленных училищ, особенно при создаваемых заводах. Как всегда, все упиралось в деньги. Существующего бюджета для моих планов явно не хватало. Печатание денег уже привело к инфляции во время царствования моего брата. Поэтому я собирался сократить армию вдвое и вдобавок упразднить военные поселения. Этот шаг позволял сэкономить половину военного бюджета, то есть порядка тридцати пяти миллионов рублей, которые следовало направить на вышеперечисленные проекты. Помимо этого, я рассчитывал обложить налогами дворянское сословие. Это уже имело место в Пруссии и частично, в Австрийской империи. Так, что и здесь я не был новатором. Кроме этого, мы рассчитывали продать пахотные земли принадлежащие государству, а так же конфискованные у помещиков за долги. Около трети помещичьих земель и так находились в залоге, а их продажа могла принести дополнительный прибыток казне и облегчить передел земли между крестьянами. При осуществлении этих планов за десять лет, я наделся создать базу для дальнейшего развития. Ибо по истечении этого срока и бюджет вырастет в два раза, и заложенные проекты начнут приносить прибыль.

Для проведения реформ внутри страны, был необходим мир и отсутствие внутренних потрясений. Для сохранения порядка внутри империи я имел за спиной ведомства Бенкендорфа и Соколова, а если у них не получиться, то оставалась рассчитывать на господ Паскевича, Дибича и Милорадовича. Про себя я называл их «три ча».

Во внешней политике, сохранить мир было не так-то просто. Кроме близкого столкновения с Персией, у России существовали напряги с Турцией, да и остальная Европа, опасалась роста могущества России с ее миллионной армией. Вмешательство в европейские дела всегда выходило России боком, а после Первой Мировой империя, вообще, чуть не распалась. Так что я намеривался предоставить Польшу ее собственной судьбе, то есть - предоставить ей независимость. Содержание армии в Польше стоило миллионы рублей, и все равно историческим итогом стало то, что Польша получила независимость. Кроме экономии средств, это должно продемонстрировать, в первую очередь Англии, что Россия не стремиться к экспансии. Англия была сильна, и пока мы экономически слабы, я не хотел нарываться на конфликт. А станем сильнее, когда улягутся волнения после проведения реформ, тогда и можно будет поменять тон. А ежели прусаки или австрияки покусятся на Польшу, так милости просим. Наши проблемы станут их проблемами. Пусть борются с польским сепаратизмом вместо нас.

«Уходя» из Европы я планировал экспансию на восток и скорейшее присоединение Приморья с выходом в Тихий океан, чтобы укрепить позиции против будущего могущества Японии. Это могло привести к конфронтации с Китаем, но Цинская империя ослабла, и вскоре, под натисков европейских держав, ей станет не до нас.

Казахские степи были присоединены как раз при моем реципиенте. Так, что и в моем случае, тут я не предвидел проблем. Но вот соваться в Среднюю Азию и Закавказье не имело резона. Я не видел смысла в присоединении к империи густонаселенных территорий с не православным населением. Подобные шаги приводят к ненужным межнациональным конфликтам, а территория империи и так огромна. И за век не освоить. Дальний Восток и казахские степи мало заселены и обладали огромными ресурсами, а посему представлялось возможным их колонизировать и интегрировать в империю.

Пока же мои планы ждали своего часа, ибо персы вторглись на Кавказ, и началась очередная война.

Глава 5

Лошадь неторопливо и спокойно шагала по пыльной, кое-где покрытой щебнем дороге. Иван Федорович Паскевич, погруженный в свои мысли, мерно покачивался в такт шага лошади. Колонна солдат, посреди которой он находился, гулко маршировала, поднимая позади себя тучи пыли. Немного за ними, отстав, чтобы дать пали улечься, ехал основной артиллерийский обоз, сопровождаемый пехотной ротой.

Май на Кавказе замечательный период. Еще не так жарко как летом, трава уже поднялась, но еще не пожухла от жары. Мелкие горные ручьи еще полноводны. Поэтому поход проходил нормально, а войска за день проходили по пятнадцать-двадцать верст. Генерал рассчитывал добраться до Елисаветполя за месяц, где и встать лагерем. Дороги в горах немногочисленны, из-за чего приходилось маршировать длинными колоннами. Благо за корпусом двигался обоз с припасами, а подножий корм для лошадей еще не высох. Вперед, на всякий случай, высылали казачьи разъезды. Хотя территории где проходило войско были замирены и частично заселены русскими переселенцами, продолжающиеся набеги горских племен и сочувствующие персам среди мирного населения представляли собой опасность, с которой следовало считаться. Заодно с передовыми разъездами высылались квартирмейстеры, которые предусматривали места на ночлег. Маршрут колонны был расписан по дням, но, во избежание неожиданностей, генерал предпочитал перестраховаться. Да и войска, соблюдая походную дисциплину, имели лучшую боеготовность.

Известия из Персии приходили неутешительные. Миссия князя Меншикова к персидскому шаху успеха не имела, а самого князя посадили в тюрьму. Что довольно ясно означало близкую войну. А посему, еще в феврале, император приказал генералу возглавить второй корпус, сформированный для предстоящей войны с персами. Планы на случай войны разработал еще два года назад подполковник Гофман, под непосредственным присмотром самого Ивана Федоровича. А засим, покинув в марте 1826 года Петербург, генерал прибыл в Ставрополь-Кавказкий в начале апреля. Где, приведя в порядок войска, отправился в поход в сторону Елисаветполя, откуда ожидалось нападение персов. Так как по данным агентов и торговцев Аббас-Мирза лишь начал собирать ополчение, нападение не ожидалось ранее июня. Это давало время на подготовку позиций и отдых после месячного перехода. Благо в корпусе состояло много ветеранов, привычных к армейским тяготам. Поэтому генерал не сомневался в победе. Все же персы не французы, а Абасс-Мирза не Бонапарт.

Инструкции императора генералам Ермолову и Паскевичу гласили: войну не затягивать, но в Персию без надобности не вторгаться. В случае восстания местного населения, выселять оное к персам. К кавказскому губернатору прибыл в подкрепление первый корпус, что в купе с имеющимися солдатами, доводило его силы до двадцати пяти тысяч солдат с пятьюдесятью стволами артиллерии.