Любовь дракона - Мэри Гилганнон

— Аврора, вы все время молчите — не заболели ли вы?

Заботливые слова Элвина отвлекли Аврору от ее мыслей. Она повернулась, заставив себя улыбнуться молодому воину.

— Нет-нет, со мной все в порядке. Я только думала, сколько нам еще ехать — я так устала путешествовать верхом.

— Осталось совсем немного, — радостно ответил Элвин. — К вечеру мы доберемся до старинного римского форта Томен-и-Мур. А оттуда прямая дорога на Каэр Эри-ри. Завтра к середине дня мы должны прибыть домой.

Аврора снова почувствовала волнение. Значит, уже завтра она увидит сестру Мэлгвина и остальных жителей крепости. И если все они такие высокомерные и жестокие, как Мэлгвин, то ее будущему не позавидуешь.

— Мэлгвин!

К королю направлялся Бэйлин. Он ловко пробирался сквозь нагромождение повозок и толпу воинов. Солнце почти село. Влажный воздух оглашался громкими криками и проклятиями устраивавшихся на ночлег людей.

Улыбаясь во весь рот, Бэйлин протянул Мэлгвину кожаный бурдюк:

— Вино из собственного подвала Константина — подарок одной служанки. Она очень обрадовалась, что мы не сожгли город.

Мэлгвин засмеялся:

— Обрадовалась? Думаю, ты ее вконец запугал.

Бэйлин пожал плечами:

— Ну, знаешь, надо же поддерживать о себе должную славу. Считаю совсем нелишним напоминать всем, что мы — жестокие завоеватели. По-моему, отличный напиток, — потряс он бурдюком. — Приходи попозже к нашему костру, мы разопьем его.

Мэлгвин рассеянно посмотрел на Бэйлина. Сейчас ему не хотелось никаких празднеств. Воспоминание о том, что он ударил Аврору, все еще терзало его.

Бэйлин сразу почувствовал, что у короля плохое настроение:

— Что случилось, Мэлгвин? Завтра будем дома! Ты возвращаешься домой после самого удачного своего похода, а дрожишь так, словно проиграл битву. — Бэйлин повернулся и отыскал взглядом штандарт короля, развевавшийся над его шатром в центре лагеря. — Это все из-за Авроры? Ты не можешь забыть ссору с ней?

Мэлгвин кивнул.

— Не знаю, как выйти из этого положения. — Мэлгвин насупил брови. — Все время хочу пойти к ней, но ума не приложу, что в таких случаях говорят.

— Это так просто! Для начала попроси прощения, потом скажи, что красивее ее нет женщины на свете, и обязательно напирай на то, что жить без нее не можешь.

— Я так поступить не могу, — сурово посмотрел Мэлгвин на Бэйлина. Тот пежал плечами.

— Это самый простой путь. Спроси любого женатого человека. — Он изо всех сил старался казаться серьезным, но в его глазах все равно промелькнула смешинка. — Да, судя по всему, пасть к ногам жены выше твоих сил… Но ведь все равно тебе надо как-то с ней договориться, прежде чем мы будем дома. Заключи с ней хотя бы перемирие. Скажи, что прощаешь все ее дерзкие слова, если она согласится забыть о том, что ты не сумел тогда сдержать себя… Если Эсилт поймет, что вы уже деретесь, она вам обоим устроит веселую жизнь.

С этим Мэлгвин был полностью согласен. Он вздохнул.

— Вот уж не думал, что моя женитьба начнется с переговоров о прекращении вражды.

— А чего же ты ожидал? — многозначительно воскликнул Бэйлин.

— Я думал… я думал, она всегда будет дарить мне радость и будет послушной. Поначалу она казалась такой ласковой и нежной.

— Да, среди молодых женщин такие встречаются. Но к принцессам, которых мы видели в Вирокониуме, это никакого отношения не имеет. Так что план действий придется поменять, чтобы приспособиться к противнику. Хотя, возможно, в дальнейшем все будет определять неожиданное донесение разведки. — Бэйлин еле заметно улыбнулся. — В этом донесении говорится о… любви!

— Какая любовь? Довольно шуток, Бэйлин. Я — король и не могу позволить себе влюбиться.

Бэйлин пожал плечами.

— Ну что ж. Теперь обстановка на поле битвы предельно ясна. Мой опыт подсказывает: не хочешь битвы, моли о мире. И уж в любом случае решение должно быть принято до возвращения в Каэр Эрири. А то ведь Эсилт быстро изменит в этой битве направление главного удара.

Мэлгвин кивнул в знак согласия и с печальным видом побрел прочь. Бэйлин задумчиво посмотрел ему вслед. Король хорошо разбирался в людях, но явно не знал, что женщины — существа особые и к ним надо подходить с иными мерками.

Мэлгвин медленно шагал, обдумывая слова Бэйлина. Как это он сказал о моих нынешних отношениях с Авророй — поле битвы? Неплохое сравнение. Он недооценил противника, и Аврора самым отвратительным образом застала его врасплох. Теперь же ему следует отступить, собраться с силами и самому неожиданно напасть… Все вроде по правилам. Но речь-то идет о том, как наладить с женой отношения, а не о том, как подчинить себе непокорного вождя. В его жизни и так слишком много войн. А с женой он хотел жить в мире. Хотел, чтобы его семья стала для него убежищем, где можно было бы скрыться от суровой прозы жизни, к которой подталкивала его роль предводителя войска.

Когда он вошел в шатер, Аврора, скрестив ноги, сидела на постели и расчесывала волосы. Вид ее распущенных локонов привел его в восхищение. Она вскочила, будто испугавшись, настороженно глядя на него своими серо-голубыми глазами. Мэлгвин содрогнулся, увидев фиолетовый синяк на ее щеке, быстро отвернулся и с деланным вниманием стал рассматривать стоявшую на столе терракотовую амфору…

— Аврора, я пришел просить прощения.

— В этом нет нужды, — вдруг мягко прошептала она. — Во всем виновата я сама. Мне не следовало говорить о том, что тебе неприятно. — В ее голосе слышалось напряжение. Впрочем, и сам Мэлгвин был охвачен тем же чувством. — И еще я хочу поблагодарить тебя за хорошую пищу и все остальное, что ты предоставил мне…

Мэлгвин смутился. Он не знал, как продолжать разговор. Он вообще не знал, как следует разговаривать с женщинами. С ними он чувствовал себя хорошо только в постели, обнимая нежное и уступчивое тело. Вот и сейчас он страстно хотел обнять Аврору, насладиться ее ослепительной красотой. Но снаружи доносился шум, было слишком рано — военный лагерь еще не угомонился. Мэлгвин взял в руку мягкие локоны Авроры.

— Мне надо пойти к своим воинам. Перед возвращением домой, перед тем, как окунуться в повседневные заботы, мы всегда устраиваем праздник.

Она грациозно наклонила свою головку.

— О да, я все понимаю.

Мэлгвин нежно коснулся губами ее шеи. От этого прикосновения Аврора задрожала. Но он тут же повернулся и направился к выходу. Приподняв полог шатра, он оглянулся и еще раз с восхищением окинул ее взглядом.

— Ты, Аврора, не жди, пока я вернусь, ложись, — мягко проговорил он и окинул ее взглядом. — Я приду и разбужу тебя.

Все-таки ушел. На мгновение Аврора застыла в оцепенении, а потом ринулась к выходу. Она смотрела, как уверенно уходил ее муж в темноту. Странное чувство охватило ее. Неужели Мэлгвин считает, что ему достаточно только извиниться, и между ними все нормализуется? Аврора вернулась в шатер и, подойдя к постели, устало опустилась на нее. Конечно, полностью Мэлгвина она не простила. Но все же она с радостью отдастся его ласкам. Муж умел приводить ее в ярость. Но он же умел делать ее слабой и беззащитной, как дитя. Его выразительные глаза и красивое мужественное лицо лишали ее присутствия духа, сердце сжималось от страха, когда она слышала его глубокий раскатистый голос.