Первая кровь - Злата Романова

ей. Тонкие руки обвились вокруг его шеи, а набухшая грудь с острыми сосками прижалась к его груди, пока она с тихим урчанием исследовала его рот, становясь все более ненасытной с каждым движением их языков, поглаживающих и скользящих друг против друга в своеобразном танце, в котором оба хотели вести.

Однако, на этот раз Тео был слишком нетерпелив, чтобы отвлекаться на ласки. Он просунул руку между их телами и коснулся пальцами влажных складочек, проверяя ее готовность. Киска малышки намокла, но недостаточно, чтобы можно было безболезненно вставить. Он прижался средним пальцем к тугому входу и медленно ввел его внутрь, обводя подушечкой большого пальца горошинку клитора.

Эвелин заскулила в его рот после этого прикосновения. Он взял на себя контроль, целуя ее жестче и активнее потирая комочек, заставляющий ее призывно выгибаться в его объятьях. Стенки влагалища, обхватывающие его палец как тиски, начали расслабляться, и, Тео совершил пару поступательных движений, чувствуя, как его обволакивает влага. Девчонка запустила в него свои коготки, начиная сама насаживаться на его руку с несдержанными стонами, которые он поглощал своим ртом.

Член пульсировал, требуя внимания. Оторвавшись от нее, Тео осмотрелся, понимая, что слишком мало места для того, чтобы он мог трахнуть ее так, как жаждет, и с ругательствами, закрыл воду, вылезая из узкой ванны.

– Давай,– отрывисто бросил мужчина, протягивая руку и помогая ей выйти.

Как только ноги Эвелин коснулись пола, он развернул ее и заставил облокотиться на раковину, раздвигая нежные бедра и устраиваясь между ними.

– Шире, детка, – нетерпеливо рыкнул он, шлепая по круглой попке и приподнимая ее.

Она вскрикнула от неожиданности и сильнее вцепилась в раковину, поднимаясь на носочки. Тео удовлетворенно хмыкнул, пристраивая головку к ее входу и медленно проскальзывая внутрь.

«Ебать, как же узко!»

Он вошел сразу до конца, крепко сжимая ее лобок и хрипло дыша от невероятного сжатия мышц на члене. Эвелин задохнулась от глубины проникновения и он видел в зеркале ее лицо с широко распахнутым в шоке ртом и прикрытыми глазами. Она опустилась обратно на пятки от неожиданности и он недовольно фыркнул, приподнимая ее левое бедро и ставя колено на раковину. От этого движения ее голова практически прижалась к мутному зеркалу и он вошел еще глубже, до самого толстого основания, заставляя ее со свистом втягивать воздух в легкие и ерзать в попытке опустить ногу на пол, но Тео слишком крепко держал ее для этого.

– Отпусти, – прошипела девушка, впиваясь ногтями в его руку, но как только он сделал длинный толчок, выходя из нее и резко вклиниваясь обратно таким образом, чтобы трение достигало самой чувствительной точки внутри ее сладкой киски, из ее горла вырвался гортанный стон и она уперлась макушкой о стекло.

– Не отказывайся, прежде чем попробовать, – с усмешкой шепнул он ей на ухо, делая еще один толчок.

В недостаточно быстром темпе, но Эвелин так чертовски туго сжималась внутри, что он уже ловил невероятный кайф от ощущения горячей влажной плоти, пульсирующей вокруг его ствола. А еще, из ее горла вырывались маленькие урчащие звуки, похожие на мурлыканье, каждый раз, когда он скользил обратно в ее, хлюпающую от обилия соков, киску и это заставляло его яйца сжиматься в желании кончить куда раньше, чем он был готов.

– Тео, Тео, Тео… – мелодией срывалось его имя с ее губ и он не мог сдержать собственных стонов, наращивая темп и засаживая ей еще глубже и быстрее, на пределе своих возможностей.

До тех пор, пока крещендо ее криков не оборвалось на высокой ноте, и, она не обмякла, словно разом потеряв все силы. Тео пришлось подхватить ее, чтобы уберечь от ударов головой о зеркало, и, выругавшись, выйти из выжимающей его киски.

Разочарованно ворча, он подхватил Эвелин на руки и быстро пройдя в комнату, уложил на спину на кровать, ложась сверху и со стоном врываясь обратно в пульсирующий жар. Девчонка поморщилась, но не оттолкнула его, позволяя втрахивать себя в кровать, пока он тоже не кончил, кусая тонкую кожу на ее ключице.

* * *

– Почему ты решил вернуться в Нью-Йорк? – спросила Эвелин спустя какое-то время.

Тео встал, чтобы выпить воды из мини-бара, и оделся, не забыв пристегнуть к телу то немногочисленное оружие, которое у него было с собой. Она же так и осталась лежать на кровати, завернувшись в одеяло и с задумчивым видом наблюдая за ним.

– Виктор похитил мою сестру, – откровенно ответил он. – Он обменяет ее на тебя.

Эвелин не выглядела довольной от перспективы вернуться домой. Напротив, в ее глазах заплескался ужас и она сжала пальцы на одеяле до побелевших костяшек.

– Ты поэтому вернулся за мной? – воскликнула девушка с неожиданной яростью. – Ты действительно собирался оставить меня там, если бы не требование Терехова, Тео?

Он поморщился от требовательных ноток в ее голосе.

– Мы не любовники, сбежавшие из дома, Эвелин! – рыкнул он. – Давай без этих сцен.

Она истерически рассмеялась.

– Эвелин! С каких пор ты называешь меня по имени? Я больше не детка?

– Это ничего не значит, – солгал он.– Не нужно видеть большее, чем есть, в моих словах. Ты ничего для меня не значишь и я разочарован, видя, что ты оказалась такой же типичной женщиной, как и остальные. Влюбилась в меня? Откровенная глупость.

– Пошел ты! – выплюнула она, глядя на него с ненавистью. – Я ничего не чувствую к тебе, Тео Гвидиче, понял? Надеюсь, тебя застрелят сразу, как ты появишься в городе! Потому что, даже если твой брат этого не сделает, от моего отца и Виктора тебе не уйти.

Вскочив с кровати, она начала собирать свою одежду и быстро натягивать на себя. Тео не стал продолжать этот бессмысленный разговор, в последний раз наслаждаясь видом ее обнаженного тела.

Эвелин была красива. Только и всего. Это была обычная мужская реакция.

Он признавал, что начал считать ее личностью, даже признавал в себе зачатки собственничества в отношении нее, но это ничего не меняло. Да, он мог бы еще несколько недель наслаждаться телом и бешеным темпераментом Эвелин Петров, но, в конце концов, его сестра была намного важнее секса, каким бы хорошим он не был.

Весь следующий час девушка провела в ванной, закрыв за собой не запирающуюся дверь. Тео знал, что может войти в любой момент, но не стал этого делать. Не было смысла. Когда пришло время ехать в аэропорт, он постучался.

– Выходи, мы уезжаем.

Она открыла дверь, и, он с удовлетворением отметил, что ее глаза ясные, без единого намека