Тёмная поэзия - Олег Хасанов

«Каплантида-2017» в номинации «литературный перевод». Вошла в шорт-лист фестиваля «Интереальность-2019».

Стихи Анны мифологичные, мрачные, жутковатые. Гоголь, Гофман, Лавкрафт, Кинг и Макен передают оттуда всем привет. Анна считает, что восприятие ужасного сводится к страху смерти – неизвестности и небытия в одном лице. Смерть всегда дотягивается, но можно погладить её ладони и при жизни, доказывая, что от страха до любви – один шаг. Пусть даже последний.

Публичная страница Вконтакте: https://vk.com/inferi_wordart

Профиль в Фейсбуке: https://www.facebook.com/anna.vjazmitinova

Ядро земное – череп, леденящий

Безжизненной белёсостью своей.

Касайся скул моих как можно чаще

Концами скрытых пальцами костей

И челюстями, скрытыми губами,

Касайся, если вдох не сохранишь.

Сплетаются тенями между нами

Громчайшая подрёберная тишь,

Ярчайшая подкожная дорога

Из жил и линий пойманной руки,

И трутся тёмной чешуёй Нидхёгга

Захваченные ритмом позвонки.

А выдохи, растаяв, прорастают

Колоннами деревьев костяных,

Что с черепа земного вырастая,

Ветвями гладят череп злой луны.

Артём Максуль

ТЕНЬ АНУБИСА

Артём Максуль – переводчик английского и скандинавских языков (шведский и норвежский). Основатель издательского дома Leo De Nord («Лев Севера»). Поэт-композитор, основатель музыкального проекта Alhor Ern («Волк-Одиночество»). Хобби: история, литература, мистика, историческая реконструкция, йога и боевые искусства.

Катилась Ра ладья к закату

Как факел, озаряя Нил,

Над древним Мемфисом, когда там

Пир урожая летний был

Смеялись флейты, вторя бубнам

Дурманя, зазывая в пляс

Костры плясали, отражаясь

В бликах хмельных, весёлых глаз

Но во дворце Аменхотепа

Царила мрачно тишина

Весть прокатилась средь гулявших:

Дочь их правителя больна.

Как статуя сидел склонившись

Над своим чадом фараон —

Бессильны зелья и заклятья

И разум горем сокрушён.

Вдруг видит, как ползёт по стенам

Шакала призрачного тень,

Явившегося за добычей,

Ночь, пожирающая день.

Задуло холодом лампады,

Во мраке вспыхнули глаза,

Ужас сковал царя Египта,

Но, задыхаясь, он сказал:

«Молю, в Аменти проводник,

Не пей сей жизненный родник,

Мою единственную дочь!

Ты убери свой жезл прочь,

Не забирай!

Всё в земной власти у меня:

Река и небо, и земля;

Назначь, Инпу, свою цену

Я хеттам объявлю войну

Коль жаждешь сока жизней ты».

Неумолим был бог-шакал:

«Я долго тени её ждал,

И имя выбито её

На вратах, там, где и моё

Начертано в летах.

Озириса един закон:

Воин, слуга и фараон —

Все смертные пред ним равны.

Свет источает капли тьмы,

И в смерти зёрнам жизни зреть»

Взмолился царь Аменхотеп:

«Не мил мне будет белый свет,

Если уйдёт с него она.

Полна камней моя казна:

Рубинов, янтаря.

В моём дворце умельцев рать,

Я прикажу им всем сваять

Твой облик в мраморе в ответ,

И через сотни, тысячи лет

Умы он восхитит.

Лишь усмехнулся чёрный пёс:

«Властитель, не иди вразнос!

Прибереги свою казну.

Я жизнь пришёл забрать одну,

Хоть и ценю порыв.

Мы, боги вечны, сонм идей,

Пока стучат сердца людей.

Пусть в душах, будто сладкий яд,

О нас предания хранят,

Неся по миру весть».

Свет жезла лунного пронзил

Бездушный саван тьмы.

Узрел царь хрупкий силуэт

С шакалом у стены:

Взял руку мрачный поводырь

Принцессы и повёл

В возникшую из бездны дверь,

В зияющий проём.

Пропал проход в подземный Ад,

Мерцающий мираж,

Вновь заплясал огонь лампад,

Очнулся сонный страж,

Стал слышен флейт и бубнов хор,

Плясавших у реки,

И лишь бессильно зарыдал

Владыка от тоски.

Алкэ Моринэко

ТЁУТИН-О-БАКЭ: ПРИЗРАЧНЫЙ ФОНАРЬ

Алкэ Моринэко пишет стихи (очень хочет писать ещё и прозу, но пока страшновато). Пишет в жанре японского хайку (трёхстишия), а также коротенькие и длинные верлибры. Были попытки писать с использованием рифмы, но пока не особо удачно. Так что основное направление – силлабика. Частая тема её работ – японская культура и фольклор. А ещё Алкэ Моринэко любит мистику, на которую очень хорошо ложатся принципы японского стихосложения с их недосказанностью.

Группа: https://vk.com/nekowaka

Ветер качает

Рваный бумажный фонарь

Под ветхой крышей.

Прорехой, как рот косой,

Он ухмыляется мне.

Дмитрий Колейчик

ЛЮДИ, КОТОРЫЕ НЕ ОТРАЖАЮТСЯ В ЗЕРКАЛЕ

Дмитрий Колейчик родился в Минске, живёт в Воронеже. Окончил Литинститут им. Горького, семинар прозы А. А. Михайлова. Автор поэтических книг «В Рай!» (2016) и «Оккультизм» (2018).

И пулю в себя не выпущу,

рукой от ствола трусливо закрывшись…

Потому что пистолетика нет.

А вешаться – безобразно.

Ведь успею понять,

что мне не нравится задыхаться.

Всю жизнь мне не нравилось задыхаться…

И пулю в себя не выпущу,

не проделаю дрелью дыру в голове,

чтобы было больше воздуха…

Так жужжит, проклятая!

Так жужжит, как сосед за стенкой —

каждый день!

Покажу дулю зеркалу поутру.

Покажу дулю зеркалу —

избавь меня от этой судьбы,

дай другую!

Если так просто всё, дай другую!

А из Зазеркалья смотрит недовольный человек

и говорит:

«Меня всё время преследует недовольный человек.

Он хочет меня убить.

Я не могу ему противиться,

моя рука поднимается против моей воли, —

как он мне показывает, —

и палец спускает курок, —

как он мне показывает, —

летят ошмётки мозгов,

часы бьют полночь, —

ведь у меня-то есть пистолет!

Здесь, в Зазеркалье, у каждого

с рождения есть пистолет.

Он растёт прямо из руки – смотрите!

Мы все здесь постоянно стреляемся…

А чем, по-вашему, мы тут развлекаемся?

Чай что ли постоянно пьём

с малиновым вареньем в шахматы играем?»

Как хорошо-то у вас там! Хорошо у вас там!

Хорошо…

Ах, зазеркальные люди, приходите скорее

ко мне в гости!

Я буду вас угощать фарфоровыми чашками

и разобью часы,

чтобы никогда не наступала полночь!

– Тогда подари нам плоть!

– И мы займём твоё место!

– Мы ненавидим стекло!

Андрей Старцев

ЛЁД

Андрей Старцев – молодой челябинский автор, сочинитель прозы, стихов и текстов песен. Работает в «сумрачных» жанрах, находя в них и красоту, и гармонию, и пользу.

Группа автора в ВК: https://vk.com/mythable

До жути я хотел придумать нечто,