Колдун. Генезис - Кирилл Клеванский

Да все просто. Редкий чертильщик будет творить по инструкции. Иногда идешь по улице, и раз — придумал, как тебе кажется, обалденную печать. Так ведь если сразу не опробуешь, то может что угодно произойти, вплоть до того что через пять шагов ты её банально забудешь. Так что заклинатель просто подходит к ближайшей ровной плоскости, а можно даже и не ровной. И быстренько, без трафарета, одними жгутами выводит нужные ему закорючки. И здесь соотношение такое — девяносто девять и девять в периоде процентов того что выйдет «бабах»…. Именно поэтому по всей территории весят плакаты с разными призывами. «Черти только на полигонах» «Не бабахай ближнего своего, если не хочешь что бы бабахнули тебя» «Семь идей — один бабах» «Сделай двадцать трафаретов и отнеси их куратору» «Помни про бабах» Проще говоря слово «бабах» и разные его производные, это одно из основных терминов в среде чертильщиков. Сперва я еле сдерживал порывы засмеяться при виде очередного такого плаката, но вскоре стал с серьезным опасением относится к своим коллегам. Ведь у них нет такой памяти как у меня, да и особой усидчивостью они е страдают. Так что раз в несколько дней в кампусе обязательно был тот самый, заветный и долгожданный «бабах».

Но что-то вы отдалились от темы. После такой лекции кажется что все, словари в охапку и пора хитрить-мудрить многослойную печать с помощью которой будет возможно поработить весь мир. Но не все так просто, чем больше символов в кругу, тем больше нужно энергии что бы его активировать и тем более удержать в активе. Ведь создав тот же самым каменный кулак, мы будем его лицезреть ровно столько, сколько сможем удержать печать в активе, а потом он просто рассеется. Так что чертильщики имеют еще и внутреннюю градацию, например я немогу не то что удержать, а просто активировать печать. Если же снять блок с дара, то смогу активировать только одну и удерживать её в течении минуты, после чего количество силы в резерве опустится до опасной отметки — истощение. Опять же отстающий в нашей группе, способен активировать одну, но удерживать её в течении десяти минут, а староста уже сейчас засветит целых два рисунка и будет их держать в течении двух, а то и двух с половиной минут. И если брать верхнюю планку, то это господин Сонмар. Который не только может перманентно, без всяких там трафаретов и жгутов, создавать сложнейшие печати, но еще и удерживать до дюжины этих монстров в течении получаса. Проще говоря он один может заменить собой танковый батальон или эскадрилью истребителей. Ну а чего еще можно ожидать от Магистра Чертильщика. А его учитель, Архимаг Чертильщик, настолько крут, что даже Сонмар не в курсе сколько ему подвластно печатей. Проще говоря в местном океане я креветка, ну или планктон, кому как удобнее. Но не стоит раньше времени хоронить Тима Ройса, если уж я не способен отличиться в практике, то уж в теории… Вот здесь я местная акула.

Предположим такая ситуация. Вам нужно создать каменную стрелу, которая будет покрыта льдом, который при столкновении с воздушным щитом, обернется пламенем, при воздействии на него тем же огнем, стрела окутается молнией, а если вас поробует остановить голой силой — то лед спадет, а на его месте окажется массивное туманное облако. Уверен что в вашей голове уже роится десяток идей по созданию данной печтати. Но увы, даже если одна из них верна, то даже у самого Архмагистра не хватит сил для активации подобного монстра. Именно поэтому нам потребуется следующие инструменты — неделя свободного времени, пять метров пергамента, две чернильницы, дюжина гусиных перьев, абсолютная память с большинством алфавитов в ней, и еще счеты. Вооружившись этим инструментами мы начнем создавать печать, достойную третьего, а то и чертвертого курса обучения. Что же из операндов и модулей нам понадобиться. Ромб, квадрат, трапеция, семнадцать кругов, которые будут расположены в касательной к главному, ровно двести сорок четыре рунических символа, девять треуголников, два овала, и один тэтрооктаэдр. Использовав все эти составляющие, мы испоганив не один метр пергамента в итоге создаем изящную в своей смертоносности печать и несем её Сонмару. Тот оценит, разразится гневной тирадой, перечеркнет и за пять минут сварганит аналог который будет раз в пять меньше и, следовательно, на который мы потратим в три раза меньше сил и сможем удерживать в шесть раз дольше. И, кстати, во эта самая печать будет лишь одной из самых простых, что занесены в мой дневник, который уже сейчас можно смело назвать книгой заклинаний. Почему? Да просто в ней используются лишь стихии. А ведь есть еще иллюзии, энергетические щиты, трансормация внешних потоков силы и прочее и прочее. Так что что бы блеснувть на теории я уже два сезона варганю настоящего монстра, которого будет способен активировать и удерживать дольше двух минут разве что старший адепт.

наконец ступени приблизились у полу, и я спрыгнув уставился на огромное подземелье. Иногда мне кажется что это безразмерное пространство с десятиметровыми стеллажами, полными книг и рукописей, находитися не только под территорией Академии, но распостраняется на всю столицу. Хотя это не так. Зажав в руке золотой амулет. Я подошел к тележке и забравшись в ней еще раз осмотрелся. Свод подземелья был настолько высоко, что даже вереница магических светильников, пропадающих в темноте, не смогла осветить его. Библиотека воистину ужасала своими размерами, а если представить сколько здесь книг то и вовсе дурно становилось. Ангадор развивается медленно, даже очень медленно. За десятки тысячелетий они продвинулись в развитии лишь на пару веков, если мерить земными мерками. И связанно это не столько с магией, солько с тем что здесь живут много дольше и следовательно нет такой гонки со смертью. Да и бесконечные войны, катаклизмы, и те же маги существенно тормозят рзвитие. Но это все меня никоим образом не касается, пусть себе развиваются как хотят, а у меня сессия на носу.

Вложив медальеон в характерный отсек я произнес.

— Закрытая секция, отдел 174, секция 57, стеллаж 13.

Сев на скамейку я вновь открыл дневник, а тележка уже тронулась и движимая неведомым мне волшебством покатилась по рельсам. Этот путь займет «всего» четверть часа. Что много меньше по сравнению с той же лестницей.

Что же я такое хотел создать для теории. О, эта печать стала последствием моего похода в здешний зоопарк где были не только различные приевшиеся взгляду животные. Но и такие экзотические создания как феникс, василиск, ярый волк, сородич обычного волка, только вот размерами раза в четыре побольше. Были и костяные пантеры, и ядерные кроты (у них оказались совсем другие наименования, но кого это волнует). Был и огромный орел, больше похожий на мифическую Рух. Хотя слона она поднять конечно не мог, но вот гнома или коренастого человека — вполне. И добрый десяток других сказочных зверушек. Разве что единорога я так и не встретил. Но Дирг как-то пошутил по этому поводу, что Лейла, будучи маленькой девочкой, очень хотела себе эту животинку. И тогда галва рода заявил что якобы на единорогов монополизировали эльфийские принцессы. Мы тогда с Диргом очень долго смеялись а вот сама герцогиня юмора этой шутки до сих пор не понимает. Нои куда ей. Ведь она не слышала знаметую «Песнь Старвайта», хотя, и хорошо что не слышала, все же это произведение обычно пели в самых замшелых кабачках, обычно припортовых. Так что содержание и стиль проивзедение нетрудно себе представить.

Но вернемся к нашим печатям. А задумал я боевое заклинание. Но не простое, а (хотлеось бы сказать золотое) что-то вроде разумного. Эдакого «робота» с хорошей защитой и собственной пробиваемостью. Например как у той же каменной стрелы с ледяным покровом, что бы каждый щит стихий пробивал, и что бы еще с обычными энергетическими мог бороться. Ну и атм что бы концентрацию мага сбивал. В этих целях я сперва хотел использовать менатльное волшебство, но количество необхдимых символов возросло до неприличной цифры и пришлось обходиться внушительной иллюзией. Но самое главное в этом заклинании было то, что я не собираюсь показывать даже учителю…

Тележка остановилась, заксрипели металлические колесы и октрылась дверца. Забрав амулет из гнезда я вошел в длинный коридор, которыми казались бесконечные стеллажи с книгами. Закрыв дневник я скинул мешок и бысреникьо переоделся. Фух, вот теперь человеком себя чувствую. Белая шелковая рубашка, прстенькая жилетка, добротные штаны и сапоги куда лучше всех этих фраков и костюмов. Да и кинжалы куда лучше хранить в ножнах, а не в складках. Впрочем фрак я все же аккуратно сложил и убрал в тележку, все рано она никуда не денется, будет «ждать» пока я не вернусь и вложив медальон в гнездо, не отправлюсь во свояси

Развернувшись я пошел прямо, а на четвертом повороте свернул налево и пред моим взором предстала настоящая лаборатория. Ну ладно, да лаборатории ей далеко, но на кабинет лаборанта смахивает. Что мы зедсь имеем — два шкафа с книгами, стол, окруженный десятью стопками пергаментных свитков высотой мне до пояса. Запас чернил, самых разных, но в основном моего собственного приготовления. А за письменным столом как раз стоит и лабораторный стол. Здесь можно найти различные хрустальные флаконы, перегонные трубки, весы, опять флаконы, колбы, и многие другие приспособления для алхимических опытов. И надо признать, готовил я там не только яды и различные зелья… Но это все лирика.