Настоящие индейцы - Олег Дивов

Да, потерь не было. Зато обнаружились «приобретения». У меня теперь было два сопряженных браслета. Один — мой, привычный. А второй мне не понравился сразу. Широкая лента с металлическим глянцевым блеском, плотно обнимавшая запястье. Стыков я не увидела. Лента не тянулась, и стащить ее не вышло.

Я знала, что это такое, хотя видела только однажды. Браслет тотального контроля. Вещь абсолютно запрещенная в федеральном производстве, но весьма популярная у рабовладельцев. В зависимости от модели может работать шокером — если человек, который его носит, совершает запрещенное действие, — или соглядатаем. Тот, у кого есть код от такого браслета, будет получать рапорт о каждом моем действии. Вся информация обрабатывается на чипе — и дублируется на этот браслет. А при попытке разрезать эту штуку она просто взорвется, в лучшем случае отрывая руку. В худшем… ну, это зависит от того, сколько взрывчатки в нее засунули.

Проклятье.

Иноземцев сочувственно глядел на меня.

— Тоже знаете, что это такое? — спросила я хмуро.

— Видал. Кто это вас так наградил?

— Вот бы знать! Парня, с которым я встречалась, звали Шерлок Маккинби. Но я сильно сомневаюсь, что он Шерлок, особенно Маккинби.

— Если бы Федор остался в строю, можно было бы попробовать засечь передачу. Узнали бы, кто надел ленту. Говорят, хозяин может снять ее. Но Федор…

— Всё? — с грустью спросила я.

Иноземцев пожал плечами:

— Мне кажется, да. Ваш парень, Князев, пытается что-то сделать. По крайней мере, есть надежда снять данные. С Федора и тех двоих.

— Ого… А те двое, между прочим…

— Да. Мне жаль Федора. Но в одном он прав: тех ребят надо было уничтожить. И никто не сделал бы это так аккуратно, как он. Жаль, что он немного не рассчитал. Он справился, просто по нему — и тем останкам — ударили ракетой.

— Кстати, Князев… — я с сомнением поглядела на свою руку. — Князев! Может быть, он что-то придумает.

— В таком случае, его придется всю жизнь держать в федеральном бункере. Потому что до сих пор никому не удавалось подрубить систему, используемую в этих лентах.

— Попробуем. — Я вскочила. — Мне нужно работать. А Князев и так в тюрьме, ему терять нечего.

— Это какой-то самопал, — изрек Князев, внимательно изучив мою ленту. — Не федеральная штука точно. Взрывчатка если и есть, то очень мало. Руку не оторвет даже. А ее на самом деле и не нужно отрывать. Кости поломать, кожу сдернуть, кровотечение, опять же, будет — и все, не боец и не беглец уже.

— Куда идет передача? — спросил Иноземцев.

— А никуда.

— В смысле?

— В смысле, ее нет. Лента-то молчит. Чего-то, сдается мне, ее включить забыли. Она вообще ни на что не реагирует. Там нет тока. Ну, самопал же. Может, она вообще нерабочая.

— Это уже какой-то фарс, — я уронила голову на ладонь. — Мне надели чертову ленту, а она оказалась неисправной… Вась, так не бывает.

— Еще как бывает. Вон, ошейник мне выдали? А он тоже неисправный!

— О как! — нехорошо удивился Иноземцев.

— Ну да. Но я же не собираюсь убегать. У меня и так все хорошо. Церковь есть, батюшка светлый очень. Работа интересная. Людям пользу приношу. Зачем мне дергаться-то? — Князев честно похлопал глазами.

Мы с Иноземцевым переглянулись.

— Вась, а спровоцировать эту штуку на передачу можно? Нет шанса, что она выходит на связь периодически, а не постоянно?

— Делла Берг, ты убиваешь меня своим невежеством, — вздохнул Князев. — Я молчу, что для накопительной передачи должно быть какое-то устройство для хранения данных. А его нет. Но дело даже не в этом. В конце концов, как накопитель может работать и корпус ленты. Но у этой штуки нет связи с твоим чипом! Понимаешь? Что она будет передавать, если не идет копирования?!

Мы замолчали.

— Тогда я ничего не понимаю, — признался Иноземцев. У него звякнул браслет, он проверил данные. — Та-ак… Мисс Берг, вам это будет интересно. Борт, который вы посетили, — это курьерский корабль спецсвязи. Он действительно сегодня дозаправлялся. Вот только никакого капитана Шерлока Маккинби на борту не было. Такой человек существует, но он давно вышел в отставку. Постоянно проживает на Кларионе. Вот так он выглядит, — Иноземцев показал мне фото из досье.

На фото был кряжистый седой мужчина, довольно сильно похожий на Августа. С моложавым блондином в капитанском кителе, которого видела я, не имел ничего общего.

— Кому подчиняется спецсвязь?

— Разумеется, командующему округом, как и везде. Но я понял, о чем вы. Приказ мог отдать и начальник разведслужбы округа.

— Поработаем с фотороботом? Попробуем опознать этого типа.

На составление фоторобота по моим воспоминаниям ушло около часа. Иноземцев глянул на результат, покряхтел.

— Надо же. А я считал его честным человеком.

— И кто он? — спросила я.

— Ежи Духанофф. Начальник разведслужбы округа. Сейчас в отпуске по состоянию здоровья.

Он вызвал публичное досье. Да, это тот самый человек. Выпускник Московской академии войск специального назначения — второй по значимости университет после Военного. И что толкнуло его на преступление? Хотя вопрос-то глупый. Деньги, деньги. Зато понятно, на что надеялся Мимору: если Духанофф его сообщник, то у них, небось, уже готово укрытие за кордоном.

Стоп, сказала себе я. Все не так. У этого человека менталитет — похожий на мой. Это разведчик. И совершенно не обязательно его действия означают то, на что похожи.

Ему могло быть интересно то, чем я занимаюсь, но он не хотел выдавать свое участие. Возможно, он сам не может влезть в интригу — слишком заметен, поэтому я нужна ему в качестве глаз и ушей. Хотя нет, у меня же лента неисправна. И я не поверю, что разведчик мог прошляпить такую важную деталь. Значит, знал. Повесил на случай, если кто увидит меня воочию и удивится: почему нет ленты? Ну и для того, чтобы я сама была осторожней. А курьерский корабль шел на Тварь. Зачем Духанофф летел на Тварь, будучи в отпуске? На Твари, между прочим, Алистер Торн. Который уже известен тем, что валит армейские интриги, не опасаясь возмездия. Но если не будет передачи, заказчик удивится… точней, про отсутствие передачи он может и не знать, но он захочет сведения…

— Полковник, вы можете без шума провести розыск? Где-то в городе есть женщина по имени Ева Браун. Или, не исключено, Делла Берг. Или даже Офелия Гвиневера ван ден Берг.

— Сделаю, — кивнул Иноземцев. — Думаете, Духанофф на нашей стороне?

— Понятия не имею. Слишком мало данных.

Иноземцев ушел.

— И что дальше будем делать? — спросил Князев.

— Работать. Ты тут уже освоился?

— Вполне.

— Где взрывобезопасный сейф, знаешь? Мне кое-что проверить нужно. И твое присутствие обязательно: будешь контролировать, не пойдет ли передача с ленты.

Взрывчатки не было. В двух конвертах мне прислали именно то, что нужно для работы. В министерском были документы, разрешавшие мне пересечь границу, с соответствующим распоряжением для Мимору — не пешком же я пойду, мне корабль нужен и посадочный челнок. Иноземцев увидел, сказал, чтобы челнок я у Мимору не брала, лучше здесь, на базе, у него в загашнике такая игрушечка есть, пальчики оближешь.

В том же министерском пакете был подарок и от Августа. Несколько карточек с ценнейшей информацией. Карточка с копией договора о поиске Максима Люкассена, Иды Рафферти, индейцев Кера и Санты. Клиентом Августа выступил отец индейца Кера. Отлично, теперь у меня полностью прикрыты тылы. Детальные карты Саттанга, собранные Августом, я немедленно загрузила на свой основной браслет. Расшифрованный дневник Фирса Ситона — в нем отсутствовали только сведения за последние месяцы жизни, поскольку Фирс не столько дневник вел, сколько составлял отчеты по возвращении. В тот раз он не вернулся…

Этот парень был педантом и перфекционистом. Я в жизни не видела у гражданского такого подробного и точного описания как местности, так и событий. Загадочный храм, гравитационные аномалии, странные поверья индейцев — у него все сложилось в стройную систему.

Чужие были. Они построили тоннельный мост между двумя галактиками. Мост, опиравшийся на две планеты — одну там, другую здесь. В нашей галактике опорной планетой стал Саттанг. Да, на нем уже была своя цивилизация. Чужие стали для индейцев богами. Они не собирались уничтожать народ, нет. Напротив: сначала индейцы стали бы учениками, а затем и равными. Почему нет? В галактике ведь достаточно места для всех.

Фирс Ситон своими глазами видел вход в этот межгалактический тоннель. Но заходить не рискнул. О проходах внутри нашей галактики он не знал ничего. Их нашли уже после его смерти. Или — после того, как он внес в дневник последний рапорт.