Бывший муж - Эмили Роуз

– Откуда ты взял, что я ежедневно встречалась с Жюлем? – почти крикнула она.

– У меня свои методы.

– Ага, у тебя есть шпионы! Значит, Жюль говорил правду! – Пальцы у нее сжались в кулачки, гнев ударил в голову. Глаза Грэма стали узкими-узкими.

– О чем это ты говоришь?

– Ты дал Луизе инструкции – шпионить за мной! – выкрикнула она.

– Не говори ерунды. – Сверкавшие серые глаза вдруг потухли. Он сделал еще один глоток.

– Я не дурочка! – парировала она, уязвленная его тоном. Внезапность его появления, вызвавшая у нее волнение, сменилась приливом жгучего гнева. – Жюль только что сказал, что Луиза следит за мной, как коршун за добычей. Мне следовало бы самой догадаться, что она все тебе доносит!

Она почувствовала, как внутри разгорается боль. Груди, упершиеся в шелковую ткань лифчика бикини, саднили.

– Луиза просто беспокоилась, – пробормотал он. – Она считала, что мне следует знать, с кем ты общаешься.

– С кем я общаюсь?.. – повторила она. – Что это должно означать?

– У Вельера очень сомнительная репутация.

Она скривила губы.

– Хуже, чем твоя? Ты так считаешь? – Ее голос перешел в свистящий шепот.

– Ну-ка, ответь, что значит твой намек?

– Ты прекрасно знаешь, что он означает, – вспыхнула она. – О тебе достаточно ходит сплетен, а мне не хочется носить титул наложницы. Ведь недаром о твоем участии в сомнительных оргиях пишут газетчики.

Даже загар не смог скрыть его бледности. Руки сжались в кулаки. Несмотря на его зловещий вид, она упрямо продолжила:

– Ты обвинил меня в том, что оставила тебя из-за другого человека. Мой Бог! Меня удивляет, что ты еще не причислил меня к тем женщинам, которые соперничают между собой из-за того, чтобы добиться твоей благосклонности.

В ярости он пересек комнату. Его пальцы, как когти, впились в ее руки, а лицо почти коснулось ее лица.

– Вот уж не нахожу удовольствия ни в оргиях, ни в наркотиках, – не сдержался он.

– Ах, скажите пожалуйста! Зато мотался по Парижу, совал повсюду свой нос, вынюхивая сведения о Жюле. А потом явился сюда и…

Ее тирада оборвалась. Грэм с силой встряхнул ее за плечи.

– Покуда ты будешь находиться здесь, в ответе за тебя я, хочешь ты этого или нет! – зарычал он, вытаращив глаза. – А тебе никогда не приходило в голову, что он заинтересован лишь в твоем прелестном теле? Молодая женщина, одиноко живущая в роскошной вилле на Ривьере, легко становится добычей таких подонков, как твой Жюль!

Эрни уставилась на Грэма.

– Он не способен…

– Ах, не способен? – Губы Грэма скривились. – По Ривьере слоняются сотни безнравственных и беспринципных бездельников, готовых подцепить одинокую молодую особу, имеющую много денег и мало разума. В твоем случае этот Вельер рассчитывал на то, что сорвет хороший куш!

Эрни отшатнулась. От сказанных им слов ей стало нехорошо.

– Ты отвратителен…

– Вовсе нет, просто реально смотрю на вещи.

– Но Жюль просто мой друг, – с горячностью возразила она. – Он никогда… – Внезапно она осеклась. Было бы неправдой говорить, что Жюль никогда не пытался изменить их дружеские взаимоотношения. Но, с другой стороны, она никогда не испытывала неудовольствия, беря его за руку…

Грэм заметил ее мгновенное замешательство, и его пальцы глубже впились в руки, причиняя боль. Он ближе подтянул ее к себе, тесно прижав к своему телу.

– Не ври мне, Эрни, – прошипел он. – Не думай, что я не видел выражения твоих глаз там, на террасе. Но если ты считаешь, что я позволю тебе кокетничать с другим мужчиной в моем доме, то глубоко заблуждаешься!

Какое право он имеет так думать о ней, если даже и увидел ее с Жюлем на террасе! – возмутилась она про себя.

Он положил руку ей на затылок и прижал к себе так, что ее груди расплющились о его мощные мускулы.

– Я уже говорил тебе, Эрни, – если тебе требуется физическое удовлетворение, то и я не откажусь от него!

Она ощутила, как напряглись его мышцы, и вся сжалась. И вдруг ее чувства внезапно ожили, обострились под действием его поцелуя.

Губы у него стали мягче. Грубость прикосновения сменилась нежностью, вызвавшей у нее томление. Эрни обмякла, выгнувшись в его объятиях. Она обвила его шею, почти не соображая, что делает. Она ощущала на своей коже его горячее прерывистое дыхание. Его руки жадно скользили по ее телу, возбуждая ее все сильней и сильней. Она почувствовала, как желание, словно огонь, охватывает ее всю.

Она ничего не замечала, кроме близости его тела, хотя оно было скрыто одеждой, в отличие от ее, полуобнаженного.

В наступившей тишине явственно послышался шорох шагов Луизы в соседнем холле. Они оторвались друг от друга с виноватым выражением в глазах. Появилась экономка.

– Месье Грэм, вас просят к телефону. Звонят в кабинет.

Грэм выругался сквозь зубы. В следующую секунду он резко повернулся и направился в кабинет, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Луиза, удивленная таким необычным поведением, уставилась на Эрни, но та, что-то нечленораздельно пробормотав, взбежала вверх по лестнице, желая лишь одного – как можно скорей скрыться в своей спальне.

Она была потрясена собственным поведением, хотя все ее тело продолжало вздрагивать от возбуждения, которое она пережила за какие-то секунды в объятиях Грэма. Эрни бросилась на кровать, ощутив обнаженной разгоряченной кожей прохладный шелк покрывала, и попыталась привести в порядок свои чувства. Но спокойствие не приходило. Она вскочила, сбросила бикини и направилась в ванную. Пустив душ в полную силу, она медленно поворачивалась под струями воды. Закрыв глаза, старалась смыть с себя и запах, и чувства, которые еще несколько минут назад заставляли ее трепетать.

Какая-то доля сознания была напугана обвинениями, высказанными Грэмом, но еще больше ее пугал тот метод реванша, который она избрала, сославшись на глупейшие статьи в газетах, касавшиеся Грэма. Однако сильнее всего ее потрясла собственная реакция на его внезапное появление на террасе, ее пылкие возражения по поводу обвинений в отношении Жюля и, конечно, взрыв плотской страсти к Грэму. Все говорило о том, что она не в силах владеть этой страстью, которая вспыхивает под влиянием его мимолетного взгляда, пустячного нежного прикосновения…

Она все стояла под упругими струями душа, сделав воду еще холодней. Наконец, замерзнув, накинула на себя халатик и пошла в спальню. Длинные шторы легонько колыхались под дуновением ветерка. Она вышла на балкончик, оперлась локтями о перила и взглянула на сад. Он был весь в яркой зелени, а за ним простиралась глубокая полоска моря.

К вечеру похолодало. Запах сосен, растущих у подножья холма, смешивался с ароматом цветов в саду: роз, лаванды и еще каких-то растений, которых она не знала. Она любила обходить сад с Рене, когда он там работал. Он рассказывал ей о растениях, называл незнакомые цветы, осторожно беря соцветия в свои толстые пальцы.