"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

Минусом стала необходимость переезда и временной изоляции, что создало трудности с продолжением учебы. Но прослушать лекции можно и дистанционно, техника это давно позволяет, а сдавать экзамены самому академику Мельникову оба сочли за честь, когда им такой вариант был предложен. В силу то ли молодости, то ли собственной порядочности оба даже не подумали, что такая работа может грозить им какими-то неприятностями. Думали они совершенно о другом.

Картинка на стене неправдоподобно четкая и резкая. Она изобилует такими подробностями, каких в игровом кино не сделать. На экране Хрущев и Эйзенхауэр дружно закидывают в байкальскую воду удочки со специально сооруженного для них длинного настила, уходящего почти на сотню метров от берега. За спинами первых лиц суетятся репортеры, кого-то отгоняет охрана, но в целом картина мирная и почти идиллическая. Денек стоит погожий, солнце весело играет на небольших волнах, но довольно прохладный ветерок напоминает, что на дворе уже октябрь.

- Вот это я понимаю, встреча на высшем уровне! - прокомментировал картинку академик Мельников, не забывая наблюдать за реакцией молодежи. - Коттеджи на берегу Байкала, банька, охота, рыбалка. Совсем неплохо, учитывая заслуженную паранойю с обеих сторон.

- Этого не было в нашей истории? - робко спросил Михаил.

- В 1957 году не было, - кивнул незаметно подошедший Иван. - Разрядка получилась вялая, а после Пауэрса так и вообще сошла на нет. Коттеджи построили, но визит не состоялся. Но мы это поправили.

Студенты восхищенно промолчали.

- А как все неспешно началось, - усмехнувшись, припомнил Мельников. - Эйзенхауэр толкнул длинную речь ни о чем, обычная говорильня. И тут Хрущев предложил развести войска в Европе и сократить их на треть сейчас и вдвое через год, с введением буферных зон и «открытого неба» в районах соприкосновения. Старина Айк сперва решил, что это шутка, а потом проникся. «Все страхи мира» легли на благодатную почву.

- И что теперь? Холодной войны не будет? - снова спросил Михаил, но уже смелее.

- Обязательно будет, - язвительно успокоил его Мельников. - Но на то она и холодная, чтобы не начинать горячую. Посмотрите только, какие овации устроила мировая пресса этим двум венценосным миротворцам. Я даже всплакнул пару раз. Еще до визита они оба начали оттирать от кормушки особо ретивых сторонников «партии войны», да так, что только фуражки покатились. Хрущев попросил своего друга Айка хорошенько следить за военными, а еще лучше за спецслужбами, чтобы не допустить провокаций. Таких, например, как полеты У-2 над советской территорией в выходные и праздничные дни. Попал в точку.

- А космос? - с надеждой подал голос Вадим. - Это же у нас главная тема, так? И разрядка только для этого нужна?

- Примерно так, - поддержал Иван. - На ноябрь у обеих сторон уже летает по два спутника. Учитывая разницу в весе, американцам пока туго приходится, но они очень стараются и выжимают максимум из того, что есть. Радиационные пояса, считай, одновременно открыли.

- А как же Лайка? - грустно спросил Вадим. - Замучили собачку?

- Никакой Лайки! - категорично заявил Мельников. - Королев и Хрущев оба знают, что в космосе можно жить, поэтому никакого живодерства не будет, да и штурмовщины к праздникам тоже. Второй спутник в этой истории - это чуть измененный объект «Д», летает со всякой мелкой живностью вроде мух и черепах плюс куча измерительной аппаратуры.

- Тот самый Объект «Д»? - уточнил осмелевший Михаил, попавший в свою стихию. - Он же огромный! А американский аппарат хоть с земли видно? Все равно ведь апельсин получился.

- Заблуждение, - пояснил Иван. - Сам спутник слишком мал, наблюдатели с Земли видят последнюю ступень. Поэтому, дабы не вносить путаницу, можно спутники от ступени не отделять. Но это мелочи.

- А как они этих мух и черепах увидят? - с неожиданной энергией втянулся в диалог Вадим. - Не говорите мне про телевидение на советском спутнике в 57-м году, это фантазии.

- Не говорю, - улыбнулся Иван. - Хоть сделать телесистему в СССР вполне могли, а вот приемных станций еще нет! На нашем спутнике «банно-прачечный трест», то есть пленка и сканер, как на будущей, или бывшей, Луне-3. Королев уже в мае загрузил НИИ-380 в Ленинграде работами по фототелевизионному устройству, а в июле взял под свое крыло НИИ-1, где делают систему ориентации.

- А как они примут снимки, если приемных станций еще нет? - резонно спросил все еще сомневающийся Михаил.

- С невысокой орбиты примут и наличными средствами, - пояснил Иван. - Энергетика у большого спутника лучше, передатчики мощнее. Новые станции нужны для дальнего космоса, в Крыму уже строят объекты, но пока для ускорения процесса с кластерными антеннами. Самое позднее в начале лета 58-го они будут готовы, а в тестовом режиме и раньше. К Луне готовимся вовсю, сегодня будем пересчитывать эти сценарии.

- А ракета для Луны откуда возьмется? - снова проявил скепсис Михаил. - На простой «семерке» не получится.

- Разумеется, - Ивану понравился такой разговор с грамотным собеседником. - Две ракеты после второго спутника отдали военным, новую голову и систему разделения уже сделали, испытали и ставят на вооружение. Ракеты с конвейера идут, сейчас это уже без пяти минут 8А, то есть поздний «Восток» без третьей ступени. Аварии еще могут быть, но точно не из-за детских болезней, а к телеметрии отношение серьезное, разберутся, если что.

- Так без третьей ступени же! - воскликнул Вадим, и Михаил поддержал его энергичным кивком. Оба еще не привыкли к факту, что история поменялась.

- Блок «Е» летит в январе или феврале, - выдал очередную порцию знания Иван. - Сразу с Луной-1. Там пока не будет ни ориентации, ни ФТУ, но мимо Луны в этот раз не пролетят.

- Ничего себе темп! - Вадим выразил общее восхищение. - А Браун сможет догнать и перегнать?

Мельников даже хмыкнул от возмущения:

- Он что, надеется, что два года будет воевать с бюрократами и «Сатурны» рисовать? Не будет у него никаких двух лет, год максимум. Иначе съедят. Поэтому он будет пока обходиться мелочью, чтобы сводить соревнование вничью. «Тор-Эйбл», слышали?

- Это же такой уродец, - охнул Михаил. - Так и не залетал толком!

- Но килограмм тридцать к Луне запросто добросит, - пробормотал начитанный Вадим, и вдруг его осенило. - Неужели доведут до ума?

- Обязательно, других вариантов сейчас у Брауна нет, - пообещал Иван. - Чуть позже займемся этой темой, хоть предварительный сценарий у нас есть. Ну что, молодые люди, готовы внести свою лепту?

Пусть это обращение звучит довольно странно из уст человека, внешне лишь ненамного старшего, но никто из студентов не обратил внимания на такую мелочь. Только переглянулись на мгновение и тут же дружно кивнули.

- Молодцы, - одобрил Иван. - Тогда пойдем, покажу ваши апартаменты. Времени очень мало, сразу начинаем работать.

Подмосковный Калининград-6, январь 1958 года

Сергей Королев бесконечно благодарил свой дар, откуда бы тот ни взялся - от бога, от черта или аморфного космического разума. То, что проработку третьей ступени, или блока «Е», он начал сразу после первого полета «семерки», а в оставшиеся месяцы столь удачного 1957-го года уже почти все сделано в металле, давало невероятные, фантастические перспективы уже на январь-февраль года следующего. Это, конечно, не совсем тот блок «Е» и не совсем та ракета в целом, да и не совсем та Луна-1. Но попадание в спутник Земли и доставка туда советских вымпелов стоят того, чтобы немного потрепать нервы себе и другим.

Тут Королев поработал в полную силу, завернув несколько тупиковых решений и исправив самое главное, ошибку в циклограмме, из-за которой непременно вышел бы промах. Как всегда, между делом спросил группу Пилюгина: а вы учли время распространения сигнала, там же приличная задержка получается, тысяч на пять промахнемся? Этим выступлением он породил немую сцену, достойную пера классика. Он сам уже готов был хорошенько наорать на виноватых и отправить кое-кого «в Москву по шпалам», но глядя на кислые лица, лишь буркнул «дарю». И пообещал заехать на следующий день, чтобы увидеть расчет, и не на коленке, а как положено. Завтрашний день оказался как всегда суматошным, но Сергей вырвался и на часок заскочил к управленцам. Свежий расчет выдал промах в 6 тысяч километров, в очередной раз подтвердив способности Королева к пророчествам. И конечно, в полной мере проявилась полезность и точность БЭСМ (большие советские ЭВМ того времени – прим.авт.), которые буквально из-под палки внедрялись повсюду сотрудниками Лебедева, прикомандированными ко всем КБ, где это оправдано. Молодежь в массе своей восприняла такие новшества на «ура», но среди тех, кто постарше, нашлось немало недовольных, и журавлиными клиньями поплыли в Москву доносы. Королев сделал один короткий звонок по линии ВЧ (да, Никита Сергеевич, внедряем повсеместно) и через несколько дней вышло постановление Правительства и приказ по министерствам, причем не только связанным с космосом.