Синтопия. Код спасения - Юрий Чегодаев

испытывать свой желудок, я убрал эту чашку в сторону. Только я начал структурировать вопросы, готовясь к нашей последующей с отцом встрече, как окошко двери снова открылось, и в ней появились столь знакомые мне два больших глаза.

— Знаешь, Артем, — начал Ворг. — тебе очень сильно повезло вчера. Если бы не № 45126, я бы добрался до твоей Виктории. И когда-нибудь это точно произойдет. Я не упущу возможность свалить с этого забытого богом места, и будь уверен, что в следующий раз тебе уже никто не поможет.

— В следующий раз будь уверен в том, что на месте тех трех охранников окажешься ты, — угрожающе буркнул я ему.

По крайней мере я и сам был в этом уверен. Оказываться связанным на столе перед этим существом — не тот конец, на который я рассчитывал. Потому следовало бы сделать все, что в моих силах, чтобы дать ответ этому трехсоткилограммовому мешку с жиром.

Он недовольно закрыл окошко, после чего дверь камеры распахнулась и два охранника, стоящие перед ней, объявили о своем желании забрать меня с собой. Ворг же, в свою очередь, так же недовольно фыркнул, глядя на них и меня, а после ушел прочь вглубь коридора.

В этот раз охрана уже не держала меня за руки, а просто шла рядом, один из них спереди, а второй — позади. Блуждая по коридорам, я видел множество камер, в большинстве которых стояла тишина, но как по мне, это не говорило об их пустоте. Как я и предполагал, мы шли в сторону той серверной, и спустившись по лестнице, я увидел отца, который, не особо торопясь, возился в одном из шкафов.

— Заключенный № 45127 доставлен, — отчиталась охрана.

— Хорошо, оставьте его тут. Возвращайтесь к своим обязанностям, — ответил им отец.

После чего охрана последовала его указаниям и ушла в обратном направлении, поднявшись по лестнице.

— Ты не представляешь, сколько у меня вопросов, — первым же делом сказал я отцу.

— МОЛЧАТЬ! — яростно закричал он. — РАЗВЕ ЗАКЛЮЧЕННОМУ РАЗРЕШАЛИ ГОВОРИТЬ!?

В этот момент он резко и сильно ударил меня в живот. Это было слишком неожиданно, чтобы увернуться. От полученного удара и боли, сбивающей мое дыхание, я упал на колени, видя перед собой лишь те же хаотично раскиданные провода. Отец медленно наклонился к моему уху и, осматриваясь по сторонам, продолжил шепотом.

— Во-первых, прошу прощения за удар, вставай. А во-вторых, молчи и делай то, что я говорю.

Медленно встав, с полнейшим непониманием я смотрел на отца, ожидая услышать от него что-то еще.

— Заключенный № 45127. Вы направлены в серверную комнату галактической тюрьмы, сокращенно ГТ-01, как вы могли уже догадаться, по моей просьбе, с целью ускорить ее обслуживание. Вы обязаны беспрекословно исполнять мои приказы. Любое отклонение от задачи будет пресечено, а потом вы будете изгнаны с тюрьмы. Напоминаю, что изгнание грозит смертью, поскольку никакое существо, находящееся здесь, не способно выдержать местные 2825 градусов по Цельсию снаружи. Вы меня поняли?

— Понял… — преодолевая боль, сказал я.

Большую часть дня я делал то, что говорил отец. Мы передвигали шкафы, расположенные в серверной, перебирали провода, лежащие на полу, которые периодически было необходимо отключать от шкафов с целью укладывания последних в специальные металлические трубы, идущие по стенам серверной.

— Предыдущий технический специалист после наведения этого порядка был признан к изгнанию и из-за своей наивности попытался сбежать самостоятельно, естественно, моментально сгорев. Но очевидцы сообщали, что некоторые время он еще пытался выкарабкаться из того бушующего океана лавы, — начал рассказывать историю отец.

— Его случайно звали не Тука? — решил спросить я.

— Откуда ты про него знаешь?

— Да так… — с улыбкой на лице ответил я.

Мы занимались этой работой практически на протяжении всего дня, после чего отец подозвал меня и, указав на один из шкафов, сказал, что сейчас мы будем передвигать его в другой конец серверной.

— СНОВА МИНУТА, ГОВОРИМ БЫСТРО, — выдернув несколько кабелей с этого шкафа, сказал отец. — ТЫ УЖЕ ВНЕДРИЛ СЕБЕ ВИКТОРИЮ!?

— Да, это было около 3–4 месяцев назад.

— Отлично. Но запомни одно, ни в коем случае не разговаривай с ней здесь. Или ты уже пытался?

— Нет, она впала в режим тишины сразу после появления Алексея.

— Значит, все работает как надо, — с нескрываемой улыбкой на лице сказал отец. — Артем, твоя Виктория уникальна. Ее способности гораздо выше, чем ты можешь себе представить. Как и она, возможно, этого не знала, до текущего момента. Я был тем человеком, который состоял в команде разработки Виктории. Первоначально она создавалась исключительно для помощи человеку, и ее способности были значительно ограничены буквально заказом еды и формирования распорядка дня. Но спустя время, осознав, насколько она может быть опасной при внедрении в нервную систему, я попытался спасти от нарастающей опасности единственных дорогих мне людей при работе над ней. Эти люди, разумеется, ты и мать, Артем. В программный код Виктории интегрирован ваш генетический код, ДНК, если говорить простыми словами, обеспечивающий возможности для расширенного функционала после ее интеграции в тело. Поэтому только у носителя данного ДНК Виктория может проявиться во всей своей красе… Скажи, как там мать?

— Она… Ее не стало через два года после того, как ты пропал… Как мне позже сказали, она слишком сильно переживала из-за твоего исчезновения, и ее сердце не выдержало…

Улыбка, озарявшая его лицо, начала растворяться, а его взгляд замер на одной точке. После чего он взял провода, недавно выдернутые из шкафа, и вставил их обратно.

— Мы закончили, — тихо, без эмоций сказал он. — Увести заключенного в камеру!

После чего стоявшие двое охранников, спустившись по лестнице, встали рядом, явно намекая на то, что мне пора.

…

Упав на кровать после тяжелого дня, я не мог успокоить свое сознание, и новые вопросы, словно волны бушующего моря во время шторма, все прибывали в мою голову. Я стал понимать, почему Виктория разбудила меня в ту ночь, почему я не увидел обращение Власова, как Виктория смогла залечивать мои раны и избавлять меня от боли, а также каким образом в моей пустой голове появились столь важные знания о единоборствах. А еще я смог взвалить на плечи тяжеленного Лика, не ощущая при этом каких-либо трудностей. Да уж.

Урчащий желудок все же заставил меня съесть чуть больше, чем одну ложку своего завтрака на следующий день, хоть мне и пришлось закрывать при этом пальцами свой нос. Так или иначе, стоило