Академия магического права. Брюнетка в осаде - Жильцова Наталья Сергеевна

Когда мы на мгновение встретились с ней взглядами, на лице женщины проскользнула торжествующая улыбка.

Сердце болезненно сжалось, но я тут же взяла себя в руки. Я – Кара Торн! И пусть где-то там, в глубине души, мне больно и обидно, но даже не надейтесь, что я себя выдам.

К Хаосу тебя, Себастьян Брок! К Хаосу всех!

Никто, слышите, никто не испортит мне этот бал! Он мой!

На лице заиграла легкая улыбка. Я заскользила взглядом по залу, выискивая знакомых и одаривая приветственными кивками. Среди них, кстати, совершенно неожиданно оказался и Сайрус. Причем отсалютовавший мне бокалом с игристым вином парень был в парадном мундире, выполненном в цветах клана Дантерри.

Затем обнаружился Андре Травесси. Поймав мой взгляд, Старший следователь повторил жест Сайруса.

Но без ложки дегтя эта церемония обойтись, конечно, не могла. Это я отчетливо поняла, когда буквально кожей почувствовала собственнические флюиды Роберта Тунгорма, стоявшего в компании своих родителей. А вот Джеральда не было, хотя именно его как раз очень хотелось видеть.

Я изнывала без новостей о Лилиан и планировала сегодня расспросить о ней Джеральда Тунгорма. И теперь с некоторым разочарованием оглядывала зал, в надежде, что мужчина просто отошел от своей семьи.

После того, как по лестнице сошли все участницы сегодняшнего вечера, распорядитель объявил начало танцев.

Первый танец по традиции дебютантки танцевали с сопровождающими. Кружась в медленном вальсе, я отметила, что отец, оказывается, еще и танцует прекрасно, двигаясь легко и изящно.

Даже жаль стало, что мелодия так быстро стихла. Тем более по традиции следом шло интервью с дебютантками. А уж на такое мероприятие, как церемония Юной Госпожи, старались попасть журналисты всех известных изданий.

– М-да, – отец удивленно изогнул брови, глядя мне за спину. – Что-то их многовато.

В недоумении я обернулась и узрела застывшую в нетерпении толпу людей с микрофонами и магокамерами в руках. Человек десять, а то и пятнадцать, смотрели на меня с видом стервятников, готовых при первой же возможности наброситься на потенциальный обед. И, судя по эмблемам, приколотым к лацканам костюмов и вечерних платьев, на меня «слетелись» все скандальные издания, да и не скандальные, впрочем, тоже.

Впереди всех, гордо растолкав коллег, стоял худощавый мужчина с пухлыми губами и разноцветными прядками волос. Одет он был в костюм из последней элитной коллекции Аггучини: укороченные брючки с золотой вышивкой и суперприталенный пиджачок, усыпанный кристаллами Островски. На ногах у мужчины сияли остроносые золотистые туфли без задников, но с меховой отделкой.

– Сержио Звездошоков! – манерно протянул мужчина, едва мы приблизились.

И вокруг тут же раздались аплодисменты небольшой группы сопровождающих его сияющих юношей. Как я понимала, сия «группа поддержки» находилась рядом только для того, чтобы восторженно взирать на кумира. Ибо в представлении этот самый пронырливый журналист скандального канала «Звездошок» уж точно не нуждался.

Сержио был звездой первой величины, а его протяжное «Я в шо-о-оке», знала вся Республика. Статьи и клипы, которые создавались с участием, так сказать, звезды «Звездошока», по популярности сразу становились новостями номер один. Любое мероприятие с его участием было обречено на успех. Заманить к себе мастера сплетен и интриг жаждал каждый организатор любого светского мероприятия.

Стать объектом внимания эпатажного журналиста все светское сообщество и мечтало, и опасалось одновременно, ибо Сержио не щадил никого. А вот удостаивались такой чести немногие.

И среди этих немногих «повезло» оказаться мне.

Бросив быстрый, осторожный взгляд по сторонам, я отметила, что другим дебютанткам было намного легче. Их, за редким исключением, опрашивали один-два журналиста, не больше.

– Какая долгожданная встреча, Великолепная Кара! – тем временем пропел Сержио. После чего меня тут же подхватили под локоть, буквально втащив в плотно сомкнувшиеся журналистские ряды.

От почти синхронных вспышек магокамер зарябило в глазах.

– Разве я мог пропустить дебют неофициальной музы Островски?! Ну разве она не пре-елесть! – протянул Сержио, покрутив меня на месте. – Ты меня не разочаровала, девочка! Я так и думал, что не зря появлюсь на этой скучной до зубовного скрежета церемонии. Одно твое появление в этом платье с лихвой окупило кислые вино и лица присутствующих. А теперь, моя дорогая, ты меня порадуешь парой пикантных рассказов! Не так ли?

Перед моим лицом, как по мановению волшебной палочки, возник микрофон.

– О чем? – я даже сама удивилась своему голосу, который звучал, как у той, прежней Кары. Чуть манерно, слегка игриво и с явной капризной ноткой.

«Н-да, старые привычки так быстро не забываются», – подумала про себя я.

– У-у-у, она еще и кокетничает! – жеманно всплеснул руками мужчина. – Ну же, милая, расскажи мне секрет. Как тебе удается притягивать к себе таких потрясающих мужчин? Подумать только – Андре Травесси! Это же хрустальная мечта всех хвостатых, и не только, дам Республики. А ты, добившись объявления о помолвке, просто ее расторгла! Я в шо-о-оке!

Сержио восхищенно закатил глаза.

– Мы просто… – я сделала небольшую паузу, а вокруг мгновенно возникло с десяток микрофонов. – Просто не сошлись характерами!

– О Создатель! Вы это слышали?! Не сошлись характерами?! После суток помолвки? О-о-о! – восторженно простонал Сержио. – Кара, ты великолепна!

– А как вы объясните дальнейшее тесное общение с тем, чей характер вам не подошел? – влез с вопросом журналист от «Скандал 24».

– Очень просто! Всего лишь хотела убедиться в правильности принятого решения, – с улыбкой выпалила я первое, что пришло в голову.

Впрочем, журналистам ответ понравился.

– То есть у господина Старшего следователя есть шанс? – раздался вопрос за спиной.

– Не готова ответить что-то определенное, – даже не поворачиваясь, откликнулась я и с деланым равнодушием пожала плечами.

– Да-а-а! – протянул довольный Сержио. – Она еще не готова открыть нам все секреты. Но, Кара, дорогая, как же Роберт Тунгорм? И ваша помолвка? Опять несовпадение характеров?

– Скорее, неудачный ракурс на фото, – спокойно ответила я.

– Звучит весьма многообещающе! Значит, есть шанс, что, хм-м, ракурсы могут и совпасть? А возможно, счастливый претендент определится на сегодняшней церемонии? Стоит обратить внимание на то, кому вы подарите следующий танец?

– На сегодняшнем мероприятии я не планирую делать никакого выбора, – я отрицательно качнула головой. – Хочу просто наслаждаться вечером и танцевать.

– Конечно, моя дорогая, понимаю, ты присматриваешься! Охота еще не завершена! Но все же поведай мне, хотя бы по секрету, кто будет следующим? – доверительно спросил Сержио. – На кого можно делать ставки? Какие у тебя планы?

– Уверяю, в планах у меня только учиться и снова учиться, – сообщила я.

На лицах журналистской братии возникли понимающие улыбки. А Сержио и вовсе хихикнул.

– Да Создатель с тобой, Кара! Чему тебе учиться? Ты все умеешь! Впору у тебя брать уроки обаяния и мастер-класс по покорению самых завидных женихов. Даже я в шо-о-оке!

Мои дальнейшие мучения прервал отец, твердым голосом объявив журналистам о том, что интервью окончено. И, выдернув из плотного кольца людей, повел меня в другой конец зала, в надежде, что приставучие акулы пера переключатся на кого-то еще.

– Успехов, Великолепная Кара! – кричал мне вслед Сержио. – Я буду за тобой следить! Надеюсь, ты еще не раз меня порадуешь! Может быть, даже за сегодняшний вечер!

– Надеюсь, что нет, – пробормотал отец, протягивая мне бокал холодного сока.

– Я тоже, – тихо согласилась я.

Уж что-что, а радовать «желтую» прессу – весьма сомнительное удовольствие.

Я успела сделать лишь пару глотков, как рядом оказался вихрь по имени Сайрус с приглашением на новый танец. Узнав оборотня, отец хмыкнул, но возражать не стал. Я же с удовольствием отметила, как остановился приближавшийся к нам Роберт. Судя по всему, он тоже намеревался меня пригласить.