Иного не желаю. Часть 2 - Виктория Витальевна Лошкарёва

Какие нибудь медикаменты? Может быть, разбудить Фернандо?

— Эммм… можешь мне принести еды? — протянула я, как никогда понимая, что вряд ли мы с Алей станем близкими подругами.

— Еды? — Аля нахмурилась и сделала несколько нервных шагов в мою сторону. — Ты и правда хочешь есть?

— Ещё как!

По крайней мере, в эту минуту меня не мутило — а аппетит по-прежнему сохранялся.

Она поражённо кивнула и отошла к двери.

— Я очень рада, протянула она. — Я … я позабочусь.

Глава 8

Этьен

Я рвал Кирилла на куски — а он почти не сопротивлялся, давая мне выплеснуть свою злость на его теле. Ещё бы… знал гад что я не загрызу его до смерти. И дело было даже не в родственных чувствах, не в нашей многолетней дружбе… а в том, что только на этого предателя я мог оставить свою стаю.

Если Таис умрёт… то со мной тоже всё будет кончено.

— Этьен, Этьен… — и замка в нашу сторону неслась Настя. Её волосы были в полном беспорядке, на ногах надеты разные туфли, а на лице — состояние ужаса.

— Настя, — зарычал кузен. — Пошла внутрь! Ну!

Она же, не обращая внимания на грубость Бая, бросилась к нему, на ходу отрывая кусок от своего платья — чтобы вытереть его окровавленное лицо.

— Кирилл, — плакала она. — Кирилл! Этьен!

— Уйди, — рычал её муж, и в то же время старался так изменить своё положение, чтобы я не смог добраться до его пары.

— Страшно, да? — скривился я, сплюнув кровь, которой был наполнен мой рот, не свою кровь — Бая.

Я махнул своим парням, командуя отбой операции. Таис здесь не было — и некого мне было забирать из логова чужого Альфы.

Я уже повернулся, чтобы присоединиться к своим войнам, как Кирилл прохрипел.

— Я не могу сказать тебе всего… Но мы не согласились бы отправить её из поместья, если бы не были уверены, что она выживет.

— Что? — сощурившись, я повернулся назад. — Ты сам видел, в каком она состоянии была во время беременности. А сейчас ребенок уже куда больше, чем в первые месяцы.

— Да, но… — Настя, обняла Кирилла за шею и посмотрела на меня. — Она будет в порядке. Верь нам.

— Э нет, ребята, — хмыкнул я, качая головой. — Моё доверие вы уже утратили.

Не помня себя, я дошёл до машины. Слова Баевых не шли у меня из головы.

Они были уверены… Уверены?

Моё звериное, да и человеческое чутье, подсказывало, что от меня сейчас утаивают что — то очень важное, что- то…

Нахмурившись, я набрал номер Гийома.

Бывший врач моей пары ответил почти мгновенно.

— Да Альфа! — радостно воскликнул он. — Луна с вами? Всё получилось?

— Ты осматривал Луну в последние несколько месяцев и хорошо знаешь её состояние, — протянул я. — Скажи, ты бы мог сказать, что моя пара точно доживёт до родов без моей поддержки?

— Это вполне возможно, — медленно протянул Гийом. — Особенно когда самка — молодая чистокровная оборотница, а ребенок не слишком сильный оборотень.

— Мне не нужна информация про какую — то абстрактную суку, — рявкнул я. — Мне нужна информация про Луну!

— Как скажите, Альфа, — тут же повинился Гийом. — С учётом наших подозрений по поводу вашей дочери, и проблем вашей пары с её волчицей… — Врач ненадолго запнулся. — Конечно, Альфа — самки ещё мало изучены, но это было бы нонсенсом, чтобы неродившийся ребенок мог как-то помочь своей матери.

— И? — рыкнул я, теряя терпение.

— Простите, Альфа, вопрос в том, много ли шансов у Луны выжить без вашей помощи? Простите, великодушно, я просто не очень понимаю…

— Мне только что сказали, что Таис обязательно выживет. Обязательно.

— Оу… — Гийом громко запыхтел в трубку. — Тогда… да, это возможно. Но только в том случае, если они вскоре собираются извлечь ребенка из матери. Тогда плод больше не будет угрожать жизни матери.

Не дослушав объяснение врача, я скомкал телефон в кулаке, превратив пластик в мелкую труху.

Сука! Эта сука решила наказать меня, выкинув моего ребенка из своего тела.

Холодное бешенство плескалось во мне, требуя причинить ей как можно больше боли.

Я вспомнил своего отца — сильного, хладнокровного Альфу, рыдающего над розовым платьем для новорождённой. Вспомнил гогочущую мать — которая радовалась своему аборту как самому лучшему дню в своей жизни.

Если и эта сука…

Я сжал кулаки, понимая, что как и мой отец, поддался женскому обаянию. Таис ведь казалась такой искренней — любящей, жертвенной девочкой, глядя на которую невольно начинаешь верить, что счастье может быть не только у друзей.

Но если эта сучка решила из — за своих мелких обид рискнуть здоровьем моей дочери — раздавлю. Посаду под замок, в клетку — и буду трахать как последнюю шлюху.

Я усмехнулся, понимая, что сейчас я бы даже хотел, чтобы она заглянула в мои мысли — и увидела цену своего предательства.

Продажная, склизкая сука, которая лишь притворялась белой и пушистой пай девочкой.

— Альфа? — осторожно позвал меня Матис, протягивая мне наушник. — Бета на связи.

— Да, Марк, — хладнокровно произнес я, уже решив, что сегодня же отдам приказание о строительстве клетки — которая когда — то была убрана из отцовской спальни.

— Арман уже доложил, что местонахождение Луны в настоящий момент неизвестно, — отчеканил мой лучший бета. — Мне подключать чужаков?

Чужаков?

Я задумался.

— Давай пока попробуем обойтись своими силами. Включай поиск по всем направлениям — и найди мне её, во что — бы то ни стало. Найди её.

Отшвырнув наушник, я вспоминал, как моя сука лживо заботилась о нашем ребенке — как наглаживала свой животик, будто внутри неё настоящая драгоценность.

А сейчас, выходит, она просто играла со мной — усыпляя мою бдительность. Кто знает, может её вовсе не так уж и шокировали её мои воспоминания…

Нет. — Тут я уже сам осёкся, вспоминая непередаваемый ужас, который стоял в её глазах.

Шокировал. Ещё как.

Я вздохнул — а мой волк раздражённо рыкнул, напоминая, что это не повод избавляться от ребенка.

Мне стало нетерпимо тяжело.

Приказав остановить машину, я вылез из джипа и почти тут же обратился в зверя — решив ненадолго выпустить его на волю.

В течение суток я скитался по безлюдным местам, практически живя жизнью одичалого. Охотился, купался в ручье, пугал редких путешественников, невесть как попавших в дикие места.

Пока волк управлял моими поступками, человек корректировал свои планы — примеряясь с мыслью о том, что моя пара — такая же мстительная сука, как и все остальные. Это,