Плесень (СИ) - "Майский День"

— Если разнесём корабль вместе с хозяевами, так он не наш, чего жалеть-то?

Внутри опять заволновалась ненужная прежде деталь организма, тепло пошло по нервам. Какую замечательную подругу послала судьба! Один он, может, и не выбрался бы на свободу, но вдвоём они всё тут разнесут вдребезги, и выставят с Земли зелёных и даже фиолетовых, если такие бывают и вдруг надумают прилететь.

— Пошли! Сначала в рубку.

Акиве помнил, что на маленьком посадочном модуле он быстро попал в это помещение, но тогда голова у него не кружилась, а время и расстояние оставались величинами понятными. Сейчас показалось, что пробежали уже порядочно, а цели так и не достигли. Более того вместо коридора, оба очутились в помещении, заполненном чередой полупрозрачных кубов. Раньше Акиве его вроде бы не наблюдал. Что происходит? Свернули где-то не там?

Тело уже научилось работать в новых обстоятельствах, но голова за ним не поспевала, мозг плавал в вязком тумане, испуганно шарахаясь от берегов черепа. Непривычное состояние угнетало, раньше ничего подобного не случалось. Неужели теперь так будет всегда? Ох, не хотелось бы. Привык как-то головой думать, а не коктейли в ней сбивать. Отравили их или облучили — сейчас разбираться некогда, но в уголке памяти Акиве постарался отложить, что одного зелёного надо оставить для допроса. Жаль, убили лаборанта. Он, скорее всего, и знал то, что нужно для поправления ситуации.

Поворачивать назад пока смысла не было, пришлось протискиваться мимо кубов. В них, как в сознании, колыхалась серая муть, а ещё от стенок резко пахло. Вонь надолго сохраняется в памяти, забыть её Акиве не мог. Получается, он точно здесь не был, значит, свернули не там. Ладно, корабль невелик, постепенно разберутся с его пределами.

Дальше открылось помещение, напомнившее Акиве гостиную в доме родителей: какие-то диванчики, уголки. В центре плавал шар аквариума, а в нём мелькали рыбки, а может быть, птички. Здесь отдыхали от трудов праведных целых два пришельца, и вампиры тотчас ринулись в бой. Зелёные даже встать не успели. Без оружия и скафандров они оказались слабее людей, хрупкие как куклы-марионетки. Акиве прикончил своего без долгих разговоров, но Эва не поспешила.

Глава 4–3 Зелёные со звёзд

Оглушённый инопланетянин слабо трепыхался в её руках, а она уже припала к тонкой зелёной шейке. Кровь оказалась синей. Акиве остановился понаблюдать. Лично у него цвет и запах этой жидкости не вызывали аппетита, а Эва поглощала новое блюдо с удовольствием. Учтивее было отвернуться и не мешать, но Акиве опасался за подругу. От голода начнёшь хватать всякую гадость, а что потом? Вдруг эта кровь ядовита для бессмертных, или кожа от неё посинеет? Учитель в школе как-то поставил в вазу белые цветы и добавил в воду чернил. Результат потряс юного Акиве и запомнился на всю жизнь.

Сейчас он маялся в гостиной, на всякий случай разглядывая и запоминая предметы. Скорее всего, помещение служило комнатой отдыха, вот и пришельцы сидели тут расслабленные и легко одетые. На убитом были облегающие штаны до колен и короткая свободная рубашечка. У Акиве задница зазудела от острого желания надеть что-то не столь ветхое как его древние брюки. Поискать шкаф с приданым или раздеть труп? Лучше бы найти комбинезон, чтобы как можно меньше белой кожи торчало наружу, и чужие не сразу соображали, что перед ними не свои, но сойдёт и это. Стоит потратить минутку на преображение.

Задачу он решил даже легче, чем представлялась вначале. Ткань свободно растягивалась во всех направлениях и почти ничего не весила. Стеснительно отвернувшись от занятой Эвы, Акиве натянул инопланетные шорты и рубашку. Бросать свои штаны не хотелось. Они вдруг стали дороги — единственная его собственность в недружелюбном послевоенном мире. Акиве надел их поверх инопланетных, всё равно те больше напоминали бельё.

Эва отбросила умирающего и несколько секунд просто с наслаждением дышала. Лицо её налилось новой красотой, глаза сияли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Даже голова почти перестала кружиться, — виновато сообщила она. — Извини, что задержала.

— Ничего…

Акиве хотел робко предложить ей тоже одеться, но рот раскрывать не потребовалось. Девушка сама сообразила, что частичная маскировка лучше никакой. Её жертва хоть и довольно высокая была худа, так что тряпочки с трудом налезли на выразительные формы вампирши. Выпуклости, обтянутые серебристо-серой тканью, показались Акиве ещё более соблазнительными.

— Слушай, а они разного пола, — сказал он, разглядывая тела.

Белья зелёные не носили, без костюмов остались голые. Почему-то раньше все они казались Акиве мужчинами, он и теперь недоумевал, как пришельцы решали, за кем им ухаживать. Или у них полов больше чем у людей? Или для них пол что-то вроде атавизма, который скрывают от других, а размножаются они почкованием? Чего только не происходит во вселенной. Надо ко всему быть готовым. Трупы укрыли за мебелью, на час-другой секретности должно было хватить, а дольше оставаться на корабле Акиве не собирался.

Эва заметно взбодрилась после обеда. Она вырвалась вперёд и шлёпнула по клавише, отворяющей следующую дверь. Открылось новое помещение. Там в почти полной темноте плавали в воздухе овальные предметы, словно пухлые лепестки невиданных цветов. Они слабо сияли и одни только освещали помещение, но глаза вампиров быстро приспособились к привычному сумраку.

— Спальня что ли? — едва слышным шёпотом спросила Эва.

У Акиве мелькнула аналогичная мысль. Ему показалось, что летать на такой перинке в приятной полутьме было бы совсем неплохо. Наверняка это как парение в тёплой воде, когда перестаёшь чувствовать тело, словно осталась одна голова. Если не спальня, то место для расслабления. Инопланетяне выглядели чем дальше, тем плюшевей. Убивать таких доступных казалось немного стыдным, зато легким делом.

Левитировать вампиры не умели и не смогли разглядеть, что творится на верхних овалах, но те, что парили внизу, пустовали. Решив, что им тоже расслабляться некогда, пошли дальше.

Следующее помещение снова выглядело непонятным, но и рассмотреть его толком не удалось. Акиве услышал шум, словно несколько человек в тяжёлой обуви бежало по коридору. Этот самый коридор явно находился где-то рядом, но даже плавающий в мутном сиропе рассудок сообразил, что большая группа в защитной одежде и с оружием может оказаться двум вампирам не по зубам.

— Скорее отсюда!

Акиве потащил Эву сквозь непонятный лабиринт в сторону. Она сопротивлялась, рвалась в бой, но быстро пришла в себя. Инстинкт или случай вывели к новой двери. Акиве почти перестал ориентироваться и не знал, в какой части корабля они находятся, но за ней не грохотала поступь возмездия, значит, выбрали правильную дорогу.

Здесь снова оказался коридор. Тот самый или такой же, из синих и зелёных сегментов, кое-где с проёмами входов и разветвлениями. Побежали дальше. Акиве решил пробовать на открывание все двери и осматривать доступные помещения. Воевать с армией пришельцев два вампира не могли, а вот выщёлкивать их поодиночке — вполне. Они здесь бродили как диверсанты, а не регулярные войска, значит, и действовать следовало, по возможности, скрытно.

Очередная клавиша сработала, Акиве по инерции влетел в небольшую комнату. Свет здесь горел тускло, а в уютной овальной люльке дремал пришелец. Вот на нём и предстояло испробовать захваченное оружие. Трогать рычажок регулировки Акиве не рискнул, а выстрелил, используя настройки по умолчанию. Результат оказался сокрушительным. Зелёное тело буквально вбило в кровать, синяя кровь мгновенно испятнала всё вокруг. Получился, что называется, пришелец всмятку. Внезапно. Акиве почувствовал, что начинает сердиться. Ах вот как вышло! Они хотели размазать двух беззащитный вампиров, смешать в один коктейль кровь и кости. Они шли убивать, а не усмирять. Значит, чего другим пожелали, получите сами взапятки. Противник тогда встретился один, тоже боялся, но сейчас равенство сил потеряло значения. Быстро подтянулись бы другие, да с такой «пушкой» он мог обойтись и без поддержки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})