Биржевая история - Сергей Семенов

Говоря о современном состоянии биржевого рынка, нельзя не упомянуть о том, что в цивилизованном мире осуществляется строгий контроль за инсайдерской информацией и публикациями в СМИ. Причем, например, в США за этим следят более пристально, чем в других странах мира. Что касается публикаций, то особое внимание к ним обусловлено тем, что на американском фондовом рынке большинство игроков – непрофессионалы (частные лица), вкладывающие средства в ценные бумаги через фонды, тогда как в Европе основными игроками являются крупные банковские и индустриальные группы. Поэтому разница в степени воздействия газетных публикаций в США и в Европе огромна – у крупных банковских и промышленных компаний есть свои аналитические отделы, которые не руководствуются информацией СМИ.

Проблема наглядно проявилась еще во времена краха 1929 года, когда выяснилось, что подкуп финансовых журналистов был для трейдеров рутинной практикой. Чтобы восстановить доверие к деловой прессе, большинство американских изданий ужесточили этические требования. С тех пор нарушения профессиональных норм сопровождаются скандалом. Так было, например, с Фостером Уайненсом, который в начале 1980-х вел биржевую колонку «Слухи с улицы» во влиятельной деловой газете The Wall Street Journal. Он сообщал знакомому брокеру, о каких акциях собирается писать в ближайшем выпуске, и получал долю от доходов. Комиссия по ценным бумагам провела свое расследование, и в результате суд обвинил Уайненса в мошенничестве – он получил полтора года тюрьмы.

Правила, касающиеся статей о ценных бумагах, были ужесточены, особенно в самой The Wall Street Journal. Сегодня подобные нарушения в США и многих других странах моментально обрывают карьеру журналиста.

Из скандалов последнего времени – расследование в отношении теперь уже бывшего комментатора CBS Marketwatch.com Тома Каландра, которого SEC уличила в мошенничестве: он заработал на продаже дешевых, вяло торгуемых акций компаний с малой капитализацией из своего личного портфеля, предварительно взвинтив их цену с помощью своего информационного бюллетеня. Каландра согласился выплатить ущерб в размере 540 тыс. долларов.

Кстати, нормы The Wall Street Journal распространяются и на ее российскую «дочку» – газету «Ведомости». Согласно принятым правилам, все корреспонденты газеты «Ведомости», все менеджеры высшего звена, а также сотрудники отдела рекламы не должны совершать краткосрочных сделок с акциями и с высокодоходными («бросовыми») облигациями. Эти ценные бумаги должны находиться у означенных сотрудников как минимум шесть месяцев, а досрочная реализация возможна только с разрешения генерального директора и в силу особых обстоятельств. Также сотрудники не должны покупать или продавать фьючерсы или опционы. Ни один сотрудник редакции или рекламного отдела (и даже их ближайшие родственники) не должен владеть ценными бумагами компаний, работающих непосредственно или частично в отрасли, на которой этот сотрудник специализируется. Остальные отечественные деловые СМИ, насколько нам известно, подобных строгих ограничений не устанавливали.

В Британии более жесткие ограничения для журналистов были введены на рубеже тысячелетий, в 2000–2001 годах. Правительство обязало журналистов, освещающих финансовую тематику, отчитываться перед публикой о своих частных деловых интересах, в том числе об акциях, которыми они владеют. Это решение было принято под давлением независимой комиссии по жалобам на прессу и стало результатом громкого скандала.

Все началось с аналитической колонки на страницах газеты городских новостей The Mirror, одного из самых популярных таблоидов Соединенного Королевства. Авторы этой регулярной колонки, подписывающиеся как «Городские пройдохи», давали читателям рекомендации, какие именно акции на бирже имеет смысл покупать. Например, 19 января 2001 года заголовок колонки гласил: «Шугар сделал 100 млн. фунтов… благодаря пройдохам». Далее пояснялось, как сэр Алан Шугар, владелец компьютерной компании Viglen Technology, разбогател на 100 млн.: в предыдущей публикации «пройдохи» предположили, что акции фирмы пойдут вверх, поскольку Viglen Technology намерена приступить к реализации агрессивной стратегии в Интернете. Уже на следующий день акции компании выросли более чем вдвое. Редактор отдела новостей The Mirror Пирс Морган тоже ликовал: утром того самого дня, когда «пройдохи» выпустили прогноз о росте акций Viglen Technology, он потратил 20 тысяч фунтов на акции этой компании – и уже на следующей день получил 20 тысяч фунтов чистой выручки. Морган отрицал тот факт, что знал о публикации на финансовой странице его газеты, и говорил, что купил бы эти акции в любом случае. Естественно, это объяснение не приняли во внимание, и Морган попал под официальное расследование.

Дело в том, что в Британии и раньше при поступлении на работу в газету каждый журналист помимо контракта подписывает еще и разработанный комиссией по жалобам на прессу кодекс деятельности. В нем, в частности, указано, что «журналисты не должны покупать или продавать акции, о которых они писали недавно либо о которых намерены писать в ближайшем будущем». Комиссия посчитала, что случай Моргана подпадает под эту статью.

Теперь пара слов об инсайде. Инсайдерской информацией является любая существенная публично не раскрытая служебная информация компании, которая в случае ее раскрытия способна повлиять на рыночную стоимость ценных бумаг компании. К инсайду, например, относится информация о готовящейся смене руководства, о подготовке к выпуску нового продукта или к внедрению новой технологии, результатах переговоров о слиянии компаний, информация о тендерном предложении (на торгах) до его раскрытия публике и т. д. В более широком смысле, инсайд – это любая важная информация, известная лишь узкому кругу лиц, близких к ее источнику. Кто может быть инсайдером? Это, во-первых, руководство и сотрудники компаний, а также третьи лица, с которыми компания может в процессе работы обмениваться соответствующими сведениями (например, адвокаты, финансовые консультанты, банкиры и пр.).

Существует также понятие временного инсайдера. К примеру, сотрудник бухгалтерии компании – ваш знакомый. Он рассказывает вам о том, что компании на днях предъявили огромные налоговые претензии. Получив эту информацию, вы автоматически становитесь, как и он, инсайдером – до тех пор, пока эта информация не станет публичной. В мировой практике выделяются категории так называемых первичных и вторичных инсайдеров. Список первых достаточно широк, и в него могут быть включены не только представители высшего руководства компании. В зависимости от страны, это могут быть секретари компаний, архивные работники, а также специалисты, оказывающие внешние услуги: консультанты, аудиторы, юристы. В Китае и Венгрии первичными инсайдерами считаются также крупные акционеры. Кроме того, в Китае в эту категорию попадают и сотрудники регулирующего органа, а в Финляндии, Германии и Перу – сотрудники депозитариев, клиринговых компаний и бирж.

Законодательство ряда стран относит к первичным инсайдерам даже ближайших родственников лиц, имеющих прямой доступ к сведениям ограниченного распространения. К вторичным инсайдерам относят лиц, информированность которых вызвана, к примеру, близким знакомством с представителями первой категории. Сюда же относят и тех, кто мог получить важную информацию абсолютно случайно – услышав разговоры попутчиков в поезде, отрывок телефонного разговора и т. д.

В большинстве стран законы о ценных бумагах содержат нормы, направленные против использования инсайдерской информации в целях дестабилизации рынка и получения ограниченным кругом лиц, имеющих к ней доступ, несправедливой прибыли. Если бы такие законы существовали в XVI–XIX веках, никогда бы не появилось целого ряда огромных состояний: как вы помните из предыдущих глав, в то время в смысле доступа к информации и прав пользования ею творился полный беспредел.

В настоящее время одним из важных признаков состава инсайдерских действий с ценными бумагами является признак территориальный. Например, по законодательству Великобритании, лицо считается виновным в совершении инсайдерских действий в любом из трех случаев: если на момент совершения действия оно находилось в Великобритании; если рынок, где действие было совершено, Великобритания относит к регулируемым (то есть, по сути, это любая биржа); если профессиональный посредник (брокер и т. п.) на момент совершения действия находился в Великобритании. В США основным признаком инсайдерских действий является признак «географический»: правонарушителем признается лицо, совершившее любую сделку с «использованием инструментов и средств торговли между штатами США». Подразумевается, что торговая сделка должна быть совершена на американской бирже (включая электронную NASDAQ) либо продавец или покупатель «использовали телефонные линии США или почтовую систему США». А если продажа состоялась за пределами Соединенных Штатов, сделка не подпадает под американские законы, даже если продавцом или покупателем выступил гражданин США.