Полночные размышления семейного терапевта - Карл Витакер

Я видел женщину, которая шесть лет ходила на индивидуальную терапию. Она оставила мужа, потому что тот бил ее. Я отказался с ней встретиться индивидуально, у нее и до меня был хороший терапевт. Я прорабатывал с ней и ее одиннадцатилетним сыном проблемы эдиповой стадии, отражающиеся на поведении подростка. Так я работал лет пять или шесть. Каждый раз она снова возвращалась к роли пациента.

В один прекрасный день женщина наконец сказала:

— Я хочу привести моих родителей.

— Отлично!

И она пришла с матерью, которая жила за сто миль отсюда. А где же отец? Она ответила, что отец очень занят и она думала, что тот мне не нужен. Тогда я сказал:

— Люди, вы прогорели. Вам придется заплатить за этот час, но заниматься я с вами не собираюсь. Сожалею, что маме пришлось прокатиться. Но, скажу я вам, хотя это и дурная шутка над мамой, вы поступили еще более дурно по отношению к папе. Потому что отец очень важен. Так что приводите его или давайте оставим это дело.

Наконец, на следующий раз они пришли втроем, и что же прои-зошло? Тридцативосьмилетняя дочка и шестидесятилетний отец стали драться — физически. Когда они успокоились, отец произнес:

— Это, наконец, смешно. Она всегда подозревает меня в инцестуозных чувствах. Мы всегда деремся, как психи. Абсурд.

Я спрашиваю:

— Как вы думаете, связано ли это с ее бывшим мужем?

Она отвечает:

— Я не видела такого-то растакого-то девятнадцать лет. Между нами нет ничего общего, и я не намерена его видеть!

Я говорю:

— Блеск, а? Похоже на правду. Позвоните ему и скажите, что он нужен мне. Вы тут целые годы жужжали про что-то, и мне кажется, это не касается вас и родителей, а только вашего бывшего.

— Но он не придет. Он женился и развелся.

— Тогда я позвоню ему.

Она звонит ему, и он соглашается:

— Хорошо, приду. Когда встреча?

— В среду.

— Хорошо, приеду в понедельник.

Он приезжает в понедельник, и она приглашает его остановиться в своей квартире, где живет сама со своим девятнадцатилетним сыном. И еще до среды она успела избить его — впервые, через девятнадцать лет после того, как ушла от него из-за битья.

Следующие четыре дня подряд они провели, борясь с моим вопросом: «А почему бы вам опять не пожениться? Бог мой, раз вы так много значите друг для друга, какого рожна жить отдельно? Ведь вы могли бы драться каждый день, а воскресенье сделать выходным».

Они сомневались. Было очевидно, что он развелся со второй женой потому, что остался прочно привязан к первому браку. Годом позже они все еще обменивались телефонными звонками на эту тему. Потом провели вместе неделю и решили, что не будут из этого устраивать брака. Вот уже четыре года они так и качаются туда-сюда. Два-три месяца назад она опять позвонила и сказала:

— А я, знаете, теряю работу.

Я ответил:

— А может, вы просто хотите его опять заполучить?

В конце концов, она выросла как личность совсем в новом смысле. Догонит ли он жену в ее индивидуации, окажутся ли они через три года снова вместе, я не знаю. Человек делает, что может, а жизнь — все остальное.

Измена: взаимная неверность

Том и Кэти вместе уже пять лет, и температура их брака понижается. Она не возбуждает его, потому что до тошноты похожа на его собственную мать. Он не вызывает трепета в Кэти, поскольку ей противно его сходство с ее отцом или, скорее, с матерью. Взаимоотношения умирают. Они оказались в одном из многих тупиков брака.

Они начинают обмениваться намеками. Однажды утром Том читает газету и произносит: «Смотри-ка, ну и дела! Там написано, как этот мужик и та женщина…» Через неделю Кэти рассказывает: «Я разговаривала с соседом, и знаешь, что они делают? Неподалеку живет там одна…» Пара собирает истории о том, какая прекрасная вещь — измена.

Вскоре они неосознанно решают, что один будет изменять, а другой — ничего не подозревать. Затем они устраивают так, что она находит презерватив в его кармане. Разгорается кошмарный пожар.

Когда супруги говорят мне: «Мы оба изменяем, и это нас обоих устраивает, но как быть с нашим браком?» — я отвечаю: «Хорошо, приходите, приводите пару ваших возлюбленных и обоих их супругов, и тогда мы поработаем». Вы не представляете, как помогает такое предложение.

Одной такой паре я сказал: «Я буду рад помочь вам одним из двух способов. Либо вы прекращаете бегать друг от друга и начинаете трахаться — в эмоциональном смысле, либо вы приводите сюда всю команду. Меня устраивает и то, и другое, но я не согласен работать так, как это предлагаете вы». А потом я добавил: «У вас два психотерапевта на стороне (любовник и любовница), а вы знаете, что я не выношу неверности».

Позже я получил от них письмо: «Мы не будем продолжать терапию: слишком это трудно и слишком дорого». Через два месяца пришло еще одно письмо: «Большое спасибо за то, что вы нам помогли. Все намного лучше. Терапия была для нас очень важным событием».

Они вместе решились на измену, запланировали ее в терапевтических целях. Психотерапевты-любители все же лучше, чем ничего. Совсем отчаявшись в своем браке, пришли наконец и к профессионалу — посмотреть, кто поможет лучше. Вопрос все еще остается открытым!

Самоубийство брака

Почему некоторые люди не могут оставаться в браке? Задавая этот вопрос тому, кто вот уже пятьдесят лет как женат, можно ожидать самых разнообразных ответов. Но, боюсь, это вопрос, где невозможна двойственная позиция. У меня есть главный ответ: каждые несколько лет я был как бы женат на новой женщине. Те, кто остаются вместе, не просто «остаются», но движутся от единства брака к индивидуации, а затем возвращаются в брак как в новое единство. И такой же процесс повторяется каждый день и час, начиная с первой недели брака.

Причины, из-за которых люди расходятся, разнообразны. Один из очевидных факторов сегодня — появление новых ценностей в культуре: сексуальной свободы и одновременно свободы брака. Кажется, любому решению можно дать обратный ход. Эта иллюзорная идея вскармливает детскую фантазию: «Существует именно такой человек, какой мне нужен. Мама не такая, папа не такой, и мой предыдущий партнер не такой». Или, как сказал один знаменитый артист: «Моя восьмая жена — это женщина, которую я искал все эти годы!»

Другая причина развода — проникновение битвы между родителями мужа и жены в следующее поколение. Жена бунтует против своей матери, подчинявшейся своей матери, и не хочет сдаваться ни перед кем. Наша культура помешалась на независимости и агрессивно настроена по отношению к любой системе контроля. Научившись сражаться с ненавистной системой контроля своих родителей, супруги продолжают сражаться с контролем и ограничениями, которые неизбежны в любом браке. Никакой союз не сочетается с полной свободой, каждый теряет в нем свою индивидуацию, как и свое одиночество. Рост брака на самом деле таков же, как и рост личности. Как я уже говорил, это бесконечный процесс диалектических колебаний между полюсами соединения, чреватого порабощением, и индивидуации, несущей опасность изоляции. И нет никакого разрешения этого бесконечного процесса, колебания между полюсами сопринадлежности и отделенности.

Возможно, некоторые браки разваливаются из-за того, что один или оба супруга боятся, что это помешает им взбираться по лестнице успеха в обществе. Иногда причиной развода бывают трения между двумя семьями, откуда вышли муж и жена. Детские впечатления от сражений папы с мамой также заставляют воспроизводить подобные сцены в браке, даже если человек ненавидел их и клялся себе, что в его жизни такого никогда не будет.

Некоторые браки основывались изначально на принадлежащей обоим бредовой идее, что, соединившись, они станут взрослыми и преодолеют муки неуверенности, свойственные подросткам. Когда двое 16-летних пытаются слиться в одного 32-летнего, долго ли просуществует такой союз? Современный призыв к поиску сексуальных приключений также мешает парам примириться с ответственностью и требованиями, которые существуют в их партнерстве — а что же такое брак, если не партнерство?

Наконец, множество браков заключаются прежде того момента, как молодые люди успешно развелись со своими родителями и утвердились в своем праве быть отдельными личностями. Попытка стать членом новой семьи, когда человек еще не рискнул отделиться от старой, рождает фобию. Тогда оба супруга ожидают, что их усыновит родитель-партнер. Позже из этой парадоксальной ситуации можно выйти, совершая серию движений к индивидуации и к возврату в союз, но этот процесс мучителен и бесконечен. Психологический развод и повторное вступление в брак приближают к равенству, но, если при каждом шаге болят суставы, нужно что-то покрепче аспирина, даже алкоголь не поможет. И психотерапия тоже не панацея.

Разводы совершаются теперь все чаще не только в первом браке, но и во втором, третьем, четвертом. И тогда накапливается калейдоскоп биологических отцов, отчимов, опекунов, приемных отцов, а сегодня, когда все больше смешиваются мужские и женские роли, появляются новые комбинации отчимов и мачех или возникают ситуации, когда гомосексуальный партнер может играть роль и матери, и отца. Вопрос о том, что происходит, находится все еще в процессе исследования, но по этому поводу ведутся многообразные и бурные теоретические дискуссии.