Полночные размышления семейного терапевта - Карл Витакер

Такова магия движущихся картинок!

Дар безусловного принятия

Много лет назад Карл Роджерс высказал утверждение, что одним из основных условий успешной психотерапии является состояние безусловного принятия (unconditional positive regard). Я всегда считал, что это состояние свойственно только младенцам до девятимесячного возраста. Но мне пришлось пересмотреть мое мнение после одного удивительного переживания, связанного с доктором Альберто Серрано, директором клиники Детской психиатрии и психического здоровья в Сан-Антонио в штате Техас. Много лет назад я заезжал к нему на обратном пути после конференции в Мехико. В течение одного дня я мог наблюдать его клиническое творчество в сфере защиты психического здоровья большого, говорящего на двух языках города. Я был на первой встрече, на которой присутствовали сразу три супружеские пары, каждая со своим терапевтом, социальным работником. Я наслаждался, глядя, как вторая и третья пары вдруг вспоминали вещи, о которых сначала забыли упомянуть, услышав аналогичный рассказ первой пары.

Прошли годы, и вот однажды доктор Серрано позвонил мне и предложил выступить на их ежегодной встрече группы общественных помощников: священников, монахинь и местных профессионалов в области психиатрии. Я согласился и спросил: «А о чем мне нужно говорить?» Доктор Серрано ответил: «Совершенно не имеет значения, о чем вы будете говорить». Тон его голоса был настолько пропитан безусловным принятием, что я оказался абсолютно не в состоянии думать о своей предстоящей речи (о том, что скажу) или хотя бы наметить тему, уже привычную мне по прошлым выступлениям. Я ничего не смог сделать не только в течение нескольких месяцев до назначенной даты встречи, но и во время моего путешествия туда, и в сам день встречи, и во время завтрака, предшествовавшего моему выступлению, и когда доктор Серрано представил меня, и даже когда я стоял перед семьюдесятью слушателями и должен был говорить. У меня не было ни записей, ни темы, никакой идеи о том, что я скажу. Я пребывал в некотором ужасе. Не знаю, как я преодолел свое волнение, но знаю, что это выступление было хорошо принято аудиторией и оказалось прекрасным, по мнению доктора Серрано.

Лишь позже ко мне пришло понимание, что безусловное принятие, которое выразил доктор Серрано стало для меня глубоким символическим переживанием. В ответ на это с моей стороны появилось стремление принимать то, что исходит изнутри меня, а не пытаться планировать и размышлять о том, что нужно людям в той ситуации, куда я попаду — будь то психотерапия, дискуссия профессионалов или выступление перед публикой. Не сразу я смог понять, насколько глубоким оказалось это изменение, насколько доктор Серрано помог мне перейти из мира социальной и культурной адаптации в царство творческой спонтанности и свободы, когда можно доверять себе и выражать собственную жизнь, а не просто манипулировать или приспосабливаться ради нужной реакции.

И я все больше убеждаюсь, что один из секретов профессиональной эффективности в сфере психотерапии есть то самое безусловное принятие, которое мне посчастливилось пережить, общаясь с доктором Серрано. Такое качество — великий дар этого человека; в согласии с его верой в то, что человек создан по образу Бога, безусловное принятие как бы стало его природой, хотя часто оно бывает невидимо за фасадом политики и социальной адаптации и неведомо тому, кто не имел счастья его узнать.

Психотерапевту в его профессиональном развитии не всегда удается понять, насколько все люди одинаковы. Как удивительно похожи тела разных людей. Так же похожи и души. Социальная адаптация — плод нашей жизни. Как замечательно выразился Карл Юнг, не мы проживаем жизнь — жизнь проживает нас. Мы плод не только хронологии собственной жизни, но и жизни разных поколений — родителей, семьи и ее окружения, дедушек и бабушек. Я думаю так, потому что могу наблюдать, как влияют на нас психологические и биологические переживания и события процесса жизни с момента рождения до самой смерти.

Рост терапевта

Предположим, вы теоретически изучили семейную терапию, научились проводить семейную терапию и даже сами стали семейным терапевтом. А что же дальше? Я думаю, с течением времени, с помощью разнообразного опыта и с помощью консультанта (сверстника, с которым вместе растете) вы делаете следующий шаг — к большей свободе заботиться о пациенте, не опасаясь его усыновить, не опасаясь оказаться в плену у собственной ограниченности. Если вы всегда находитесь в команде сверстников — во время второй встречи с семьей или когда вы обсуждаете то, что вас тревожит в работе, — это позволяет вам творчески и свободно расти и придает смелости становиться все более профессиональным психотерапевтом. Тогда появляются новые силы переносить напряженность терапии и вкладывать себя в терапевтическое исполнение роли приемного родителя.

Другая вещь, существенно важная для вашего роста, это тесный контакт с вашими свободными ассоциациями, воображением, фантазиями, с собственным безумием. И надо всегда помнить, что пациенты не связаны обещанием хранить тайну. Все, что вы говорите и делаете, может быть доступно публике, вашим соседям, журналистам. Вы на виду у всех, так что нужно себя защищать.

Еще одна черта, свойственная растущему терапевту, — все увеличивающееся умение находить обходные пути к тому, что не поддается лобовой атаке. Бред величия сходит на нет, но растет осознание процесса, где семья гораздо сильнее вас (и даже терапевтической команды). Развивается проницательность и умение делать выводы, появляется более гибкое восприятие тела, психики и духовности — всего того, что в своей цельности образует личность. Легче станет найти подходы к тому множеству систем, с которыми вы работаете: к отдельным людям, подгруппам, мужчинам и женщинам, матерям в трех поколениях, отцам в трех поколениях, к бесчисленным треугольникам отношений. Постепенно удастся четче отделять профессиональную роль от личной жизни. Вы будете увереннее себя чувствовать, сталкиваясь с универсальными вещами, которые присутствуют в каждой семье: с безумием, суицидальными импульсами, с фантазиями о смерти и убийстве, с мыслями об инцесте или всевозможных формах зависимости. Наконец, вы будете с большим удовольствием играть вашу роль, когда станете искуснее исполнять ее, не превращаясь при этом в раба, и почувствуете, как все время возрастает ваша собственная умиротворенность.

Примечания

1

К. Витакер, В. Бамберри. Танцы с семьей: Семейная терапия: символический подход, основанный на личностном опыте. М.: Независимая фирма «Класс», 1996

2

Парадокс — специфические образцы внутрисемейных взаимоотношений и одновременно определенные виды психотехнических приемов. Парадоксальные техники семейной терапии состоят в принятии психотерапевтом тех образцов поведения, которых придерживаются клиенты, и их преднамеренном преувеличении. — Прим. научного редактора.