Опять беременна - Ирина Лазаревна Муравьева

Роберта кольнула ее в самое сердце. Эти растрёпанные волосы, и взгляд- немного безумный. Совсем не таким она помнила самоуверенного братца жениха. И губы, сложенные в прямую линию. Это она видела и раньше, чаще чем другие: когда Роберт смотрел на нее. Но затем она узнала как он улыбается… И как бы ей хотелось вернуть эту улыбку!

-Привет, Роберт,- мягко ответила Каролина.

-Как дела?

Роберт подошёл ближе. Поставил свою бутылку с виски на столешницу кухонного острова, разделяющего его и Каролину.

Девушка заметила, что бутылка на половину пуста. Когда только Роберт успел столько выпить?!

-Что ты делаешь?- спросила Каролина, взглядом указывая на виски.

-Провожу время,- пожал плечами Роберт.

При этом он как-то странно смотрел на Каролину, словно ожидая ее реакции.

-Мне нужно поговорить с тобой,- наконец сказала Каролина,- Есть некоторые догадки насчёт того, почему мы здесь.

-Неужели? Вау…

-Но, наверное, лучше я это сделаю когда мы вернёмся в начало дня, и ты снова будешь трезв.

В ответ на эти слова, Роберт рассмеялся.

-Я никогда уже не буду трезв, дорогая Каролина. Ни-ког-да. И хочешь узнать почему?

Нет, Каролина не хотела. Но что-то хищное, до селе незнакомое во взгляде Роберта, парализовало ее.

Между тем, Роберт обогнул кухонный остров и оказался совсем близко к Каролине.

-Я ведь пьян не виски,- усмехнулся он,- Я пьян тобой.

С этими словами Роберт поцеловал Каролину. От него пахло дорогим одеколоном и виски. Дыхание обжигали кожу. Губы настойчиво целовали губы Каролины, которая попыталась отпихнуть мерзавца, но вместо ее руки лишь легли ему на плечи.

На несколько секунд земля ушла у девушки из-под ног. Роберт обвил ее руками, и в этих его объятиях отчего-то было так хорошо, надёжно, что Каролине казалось, будто она хочет чтобы это мгновенье длилось вечно. Увы: всему рано или поздно приходит конец.

-Какого черта!- послышалось на пороге кухни.

Курт…Конечно, ведь примерно в это время они с Вероникой спускаются за шампанским.

Роберт оторвался от Каролины. Посмотрел на брата, одетого в одни только джинсы. На Веронику, высовывающуюся у него из-за спины, и ответил.

-Считай, что твоя невеста мстит тебе за измену, а я- за изрисованные школьные тетради.

Лицо Курта вытянулось.

-Ах ты…

И Роберт получил в нос от любимого младшего брата.

День 68

Теперь все точно были квиты. Курт спал с Вероникой. Роберт целовал Каролину. Курт разбил брату нос и, хоть он этого и не помнил, некоторое время назад его собственный нос был разбит Робертом. Круг замкнулся. Роберт лежал на диванчик в библиотеке, прижимая к носу пакет замороженных овощей. Каролина сидела рядом и читала книгу. Странно, что день обновился, но нос Роберта все ещё продолжал болеть. Ровно как голова, которая гудела от выпитого. Видимо виною тому был мозг, отчаянно пытающийся уцепиться за хоть что-то реальное.

Сейчас, конечно, Роберту было безумно стыдно за свое поведение. Особенно за поцелуй. Он не планировал его. Так вышло. И, черт побери, вышло прекрасно.

Он чувствовал, как Каролина поддалась ему, пустила в свой мир. Ее губы были мягкими, податливыми. Кожа-такой нежной. Но, главное, когда она была в его объятьях- пусть менее чем минуту- это казалось таким естественным, будто они принадлежат друг другу. Пока не явился Курт. Конечно после был скандал. И хорошо, что день перезагрузился. Так хотя бы младший братик снова был занят «делом» наверху, а Роберт мог подумать в тишине над тем, как быть дальше.

С момента начала нового дня они с Каролиной не говорили о поцелуе, но по одному молчанию девушки и тому, как изредка она бросала на него полу косые взгляды, Роберт видел что они могут кое о чем поговорить. И от того сердце его билось сильнее.

Наконец, Каролина прервала молчание.

-Я, конечно, понимаю, что у тебя похмелье после затяжного запоя,- сказала она, пытаясь казаться как можно более строгой,- Но, думаю, нам есть о чем поговорить.

-Неужели?

Роберту даже стало интересно: совпадают ли их с Каролиной темы для разговора?

-Мне нужно узнать все, что ты знаешь о будущем слиянии «Верном роадз» и «Братс индустри».

Да, темы не совпадали. Совсем не совпадали.  Впрочем, в выбранном Каролиной варианте Роберт вполне мог показать себя во всей красе.

-Об этой сделке я знаю все.

-Ты уверен?

-Безусловно.

-Почему?

Хороший вопрос. Конечно, Роберт знал все о слиянии. Ведь именно ему предстояло возглавить компанию после.

Аккуратно, он сообщил об этом Каролине. Та, конечно же, в одно мгновение пришла в негодование.

-А что же будет с моим отцом? Фирма- это детище его жизни.

-Успокойся,- холодно ответил Роберт,- Да будет тебе известно, что твой отец сам предложил уйти в отставку с руководящего поста. Безусловно, ему будет принадлежать весомый пакет акций. И отличные отступные. В остальном, и, не обижайся, я говорю это с чисто деловой точки зрения, у «Братс индустри» нет лучшего выбора для выхода из того кризиса, в котором сейчас находится компания. Твой отец же хотел заняться собой, своим здоровьем, будущим внуком,- Роберт многозначительно посмотрел на живот Каролины,- Это достойный выход на пенсию. Не переживай.

Каролина лишь фыркнула, поджав губки как ребенок.

-Если тебе интересно, то мой отец тоже уходит на покой.- открыл последнюю карту Роберт.

Каролина посмотрела на него с неким удивлением. Слишком большая была разница между словами «пенсия» и «покой».

-Каролина,- тихо признался Роберт в том, о чем он думал никогда и не с кем не говорить,- Мой отец болен. Смертельно болен. Врачи не дают хороших прогнозов. Поэтому управлять компанией и придется мне.

-Болен?- повторила за ним Каролина,- Курт ничего такого не говорил.

-Курт не знает.

Это было правдой. Курт не знал. Не знал и Роберт: почти до последнего. Алекс Верлом слишком привык быть во всем примером, несокрушимой скалой. Привык настолько, что признаться, даже сыновьям, в такой слабости как смертельная болезнь было невозможно. И все ж сказать все Роберту пришлось. В конце концов следовало оставить дело в надёжных руках.

Сам Роберт хорошо помнил тот разговор. Как и то, что известие отца не произвело на него сильного впечатления. Словно это говорил какой-то чужой, малознакомый человек. Хотя, наверное, так оно и было. После смерти матери Роберта, отец проводил мало времени с сыном, больше погрузившись в работу. Затем на горизонте появилась Синтия: секретарша, сумевшая пробиться на самую вершину( весьма тривиальным способом). Наличие мачехи не способствовало объединению отца и сына. Затем Синтия ушла, но восстанавливать мосты было