Сбежать из рая (СИ) - Таня Роуз

Собрать данные, проанализировать, заставить снизить расходы, попросить увеличить доход, потом заново все считать. Таня засыпала и просыпалась с цифрами перед глазами. Весь экономический отдел был на местах до позднего вечера, как, в прочем, и Таня.

Она больше времени проводила на встречах, где обсуждали стратегии и цифры, откуда Таня отправляла сообщения своим подчиненным, как горячие пирожки, что и как надо скорректировать. А потом все вместе, когда рабочий день заканчивался, они спокойно в тишине все пересматривали.

И так около месяца.

— Надо просто это пережить! Ребята, вы же знаете, так каждый год! Пару недель в июле, а потом уже в начале ноября добиваем цифры! И можно ждать Новый год. Всем обещаю подарки! Только сведите мне идеальный бизнес-план.

Таня старалась, в эту бюджетную кампанию она была уже руководителем отдела и отвечала за все сама. Она блистала первую неделю, но потом, как и все начала жутко уставать.

Была и еще одна отличительная черта в этом году. У нее был парень, который не давал ей растворить в цифрах, постоянно был крайне недоволен отсутствием времени на него, вешал трубки, проклинал ее работу, просил уволиться.

Таня была под гнетом с двух сторон.

Они виделись с Сергеем в обед или поздно вечером, когда Таня могла только свернувшись комочком, уснуть рядом. Она все чаще оставалась у Сергея, но переезжать отказывалась, она еще ни разу ни жила с мужчиной, если не считать пары поездок с Андреем, где они жили вместе по две недели.

Таня этого боялась. Так у нее была своя территория, ей было безопасно и хорошо.

Сейчас Таня сидела на совещание и посматривала на часы, уже полчаса в кафе напротив ее ждали Оля и Аленка, они не виделись около месяца с того фестиваля. Таня думала выбежать к ним на кофе, а потом вернуться в офис, а тут совещание, как круги ада. В какой-то момент, просто отключилась видеосвязь, какая-то проблема на сервере и все радостные вытерли лбы и высыпались из конференц-зала.

Таня прямо без пальто и в туфлях на шпильке перебежала дорогу из офиса и зашла в кафе.

— Ну наконец-то рабыню выпустили!

— И я рада вас видеть! — Таня подошла к каждой и поцеловала.

С ними тут уже сидела Вика, Таня их познакомила на своем дне рождении в прошлом году.

— Ну все, официально можно приступить к обсуждению твоего парня! Таня, быстрее садись! — Оля взяла ее за руку и усаживала рядом с собой.

— Мне кофе хоть можно взять?

— Да бери ты что хочешь, главное, рассказывай! — и все замолчали с нетерпением смотря на нее.

Таня заулыбалась:

— Он мне нравится!

— Ну это и так понятно! Красавчик, веселый, дома вон строит, как песчаные куличики. И у кого-то новый телефон, вы только посмотрите! — от Алены ничего нельзя было скрыть: — А серьги тоже подарок?

— Даааа, — Таня убрала волосы за уши, чтобы показать блестящие новые серьги из белого золота. Она только сейчас поняла, как ей было приятно говорить об этом. Что ее радуют, ей уделяют внимание, о ней заботятся.

Пока все рассматривали подарки, Тане принесли кофе, она сделала глоток и лицо стало серьезным:

— Но есть два момента. Сергей хочет, чтобы я переехала к нему.

— Ну и езжай, милая! — Оля всегда была в легком романтичном настроении.

— Ииииии….. Он хочет, чтобы я уволилась.

— Чего? — Вика чуть не подавилась, услышав это: — В смысле? Может в отпуск, чтобы пошла?

— Да нет, чтобы я перестала работать совсем и занялась обустройством нового дома загородом, куда он хочет, чтобы мы переехали.

— Тань, я не представляю тебя неработающую, — первая прервала повисшую тишину Алена: — Это какая-то безопасность. Что ты будешь делать дома?

— Да не сможет она сидеть дома! Таня может до ночи работать? Да! Дома? Нет! — Вика разгорячилась в обсуждении.

— А если я смогу? — сама не ожидая от себя, заявила Таня.

— Тань, да не сможешь! Что он там тебе наобещал? — они все смотрели на нее.

— Он ничего мне не обещал! Он просто заботится обо мне. Он переживает, что я до ночи тут пропадаю, что не вижу другой жизни, что, если у меня тут выяснения отношений, он не может ввязаться и заступиться за меня. Блин, за меня кто-то хочет заступиться! Понимаете?

— Тань, ты что уже говоришь его словами? — Алена это выпалила с красными щеками на лице: — А может сначала стоит какое-то время еще понаблюдать за ним. Зачем так все резко. Он классный, я согласна, но…, - она осеклась.

— Да вы что?! — Таня смотрела на своих подруг, по очереди переводя взгляд и чувствовала безумное давление: — Вы годами мне искали парня, а теперь, не торопись. Это он помогал мне там в больнице, договаривался с врачами, он лечение папе оплатил. Я даже не просила об этом! Может иногда стоит рискнуть? Рискнуть пожить другой жизнью? Я сама еще не знаю, что такое встать утром в понедельник и не бежать в офис. И я не предсталяю, что смогу. И я не собираюсь прыгать в омут с закрытыми глазами. Но может это можно попробовать? Я просто не ожидала от вас…

Таня встала, оставила на столике деньги и быстрым шагом направилась к выходу.

— Таня, прости!

Но этого она уже не услышала.

Таня услышала только визг тормозов и почувствовала резкий удар справа.

Глава 21

В лицо дул сильный ветер, пронизывающий, обжигающий, он предвещал наступление зимы. Она уже фактически была на пороге, не хватало только снега, и, поэтому, казалось, что все вокруг замерло, остановилось в ожидании этого момента.

Вода в заливе была, практически, черного цвета, тревожная, суровая, нападающая пугающими волнами на берег. На побережье не было никого куда только не посмотри. Это не самый туристический сезон на Финском заливе. Но в этой безлюдности, суровости погоды и застывшей природы вокруг и была романтика. Чем холоднее на улице, тем теплее дома в обнимку.

Таня сидела в плетенном кресле на террасе, вымощенной крупной доской и смотрела на воду. Ветер трепал выбившиеся из-под шапки пряди темных волос. На ней был теплый пуховик и сверху еще шерстяной плед на ногах, но все равно время от времени она ерзала и пыталась глубже провалиться в пуховик. Сейчас она чувствовала такое спокойствие, что сама была удивлена. Таня много спала, отдыхала и больше вообще ничего не делала.

— Может уже пойдешь в дом?

— Сереж, еще десять минут!

— Тебе там не холодно? — он высунул голову