Сбежать из рая (СИ) - Таня Роуз

Это был двор без праздничного марафета, грязный и вонючий, что скрывается за туристическими улицами, которые в последние годы пытаются массово привести в порядок.

У Тани перед глазами все прыгало и плясало из-за стресса. Она оборачивалась вокруг себя, чтобы найти выход. Это было очень неоднозначно. Калитка. Опять Таня стала все дергать и нажимать в попытках выбраться отсюда.

И наконец-то Таня была на улице. Она перебежала дорогу и кинулась к переулочку, где было больше всего людей. Она просто шла вперед, боясь обернуться и увидеть Сергея.

А он действительно был позади нее.

Таня почувствовала это своей спиной, ей даже не надо было оборачиваться.

Она ускорила свой шаг на легкий бег, обошла Галатскую башню и за поворотом узкой улочки резко рванула вниз. Таня сама не понимала, почему она выбрала этот маршрут, у нее не было в голове точки спасения, куда она сможет спрятаться. Ее тело действовало на основе своего инстинкта самосохранения, Таня просто бежала вперед, сердце готово было выскочить.

— Остановись, я сказал тебе! Таня! — она уже слышала его голос за спиной.

— Нет-нет-нет, — Таня просто твердила сама себе, пытаясь не поскользнуться на гладкой от времени и количества туристов брусчатки, все эти склоны к Галатскому мосту никак не были предусмотрены для бега.

— Стой, Таня! Ты не спрячешься!

Она врезалась в людей, обгоняла, кричала «Sorry» и бежала дальше. Сбежав по лестнице, Таня быстро пыталась понять, куда ей направиться дальше. Налево — в Кабаташ, или на Галатский мост.

Где она найдет спасение? Одна в этом городе, никто уже тебе не поможет, Таня! Тут ты лицом к лицу со своим зверем. Ты должна сама разобраться!

Но как?

У нее срабатывал единственный инстинкт — бежать!!!

Таня увидела приближающийся к остановке трамвай и рванула вперед, надо было перебежать самый оживленный перекресток и трамвайные пути. Так как в Стамбуле все плевали на цвет светофора, Таня давно уже научилась переходить дорогу, как местные. А это — беги в любое время!

Она ловко перебежала дорогу, махая водителям рукой, как бы останавливая их, обойдя автобус, вышла к трамвайным путям, нащупывая у себя в кармане джинсов транспортную карточку. Без нее к трамваю не попасть!

Трамвай уже гремел, обозначая свое прибытие на остановку, а еще, чтобы такие, как Таня перестали перебегать дорогу прямо перед ним.

Вдруг всю улицу заполнил пронизывающий звук гудков машин, скрежет тормозов и крики.

Таня впервые обернулась.

Вокруг как будто все замедлилось, растянулось, снизилась резкость изображения, как в замедленной съемке. Люди, машины, крики, как будто из-под воды доходили до Тани.

Она вышла с остановки трамвая, куда уже успела забежать, приложив карту.

Таня шла обратно, ничего точно не зная, но чувствуя все своим телом, что произошло. Она могла бы сейчас поспорить с кем угодно на это.

Просто, потому что резко ее тело перестало чувствовать опасность, Таня перестала чувствовать себя затравленным собаками зайцем, бегущим и запутывающим след.

Он лежал рядом с трамвайными путями, всего в нескольких шагах от остановки. Значит, он ее почти поймал.

Но нет.

Кровь и звуки сирены.

Таня стояла внутри толпы и молча смотрела на происходящее. Тело от усталости было такое тяжелое, что не хотело двигаться.

Его тело, как оно лежало. Видимо, его сбил трамвай, когда он пытался перебежать пути в погоне, и Сергей отлетел в металлические ограждения, а потом на асфальт. Потому что везде была его кровь.

Скорая помощь приехала очень быстро, как будто была совсем рядом. Полицейский отгонял толпу, пока скорая пробивалась к месту происшествия.

Его грузили на специальную переноску, и Таня увидела его лицо. Оно выражало полное спокойствие. И он был точно жив.

Когда Сергей был уже в машине скорой помощи, Таня подбежала к полицейскому, и как только могла сейчас говорить на английском сказала, что знает, как его зовут.

Полицейский все записал, взял Танин номер телефона и назвал больницу, куда везут сейчас Сергея.

Толпа расходилась по своим делам, спектакль был окончен. А Таня так и продолжала стоять у трамвайной остановки. Она не знала, что ей теперь делать. Ее спектакль тоже был окончен.

.

Она искала в больнице хоть кого-то, кто бы говорил на английском. Но Таня нашла даже русскоязычного сотрудника. Она сама себя не понимала, зачем она тут. Но не прийти не смогла.

Ее подвели к палате, где через прозрачную дверь было видно, что это он. Сергей лежал весь перевязанный с трубками во рту. Ее главный страх, ночной кошмар, человек, наводящий на нее ужас, был тут. В белоснежной палате. Беспомощный и тихий.

У нее все застонало внутри.

Зайти Таня отказалась.

— Что с ним?

— Множественные ушибы и переломы. Самая большая проблема с позвоночником. Если честно, сейчас никто не скажет, сможет ли он ходить.

Таня смотрела на него сквозь дверь. Ей нужно было еще какое-то препятствие, что-то защитное между ними. Хотя оно было уже очень велико.

— Тут его долго держать не будут, его нужно перевозить в Россию.

— Когда?

— Как только кто-то оплатит это.

— Сколько нужно? — Таня достала из сумки банковскую карточку с деньгами от продажи кольца.

.

Над головой, как дикие мартовские кошки, кричали чайки. Большие, белые и наглые. Был выходной и в центре Стамбула было невероятно много людей. Таня шла сквозь толпу, мастерски уворачиваясь и улыбалась.

Как будто все спокойствие мира легко ей на плечи. У нее сейчас не было денег, не было работы, не было жилья, не было друзей. Но она наконец-то почувствовала свободу, от которой хотелось рыдать, как будто кто-то наконец-то сдвинул задвижку и ей теперь позволительно дышать полной грудью. И этот кислород пьянил.

Не было страшно ничего! Ничего в это мире! Ты можешь все, когда ты свободен!