А.Д.А.М. (СИ) - Хоффман Рита

— Не делай глупостей. Обещаешь? — взял сумку с вещами и остановился в дверях.

— Ты тоже. — обняла его, крепко, но не так крепко, как могла раньше.

На улицу вышел в полном смятении. Радость от первого рабочего дня улетучилось, будто ее и не было. Что там говорил Помпей? Все знают Лизу? Что ж, ребята, пора собраться и помочь ей.

— Я дома! — с порога предупредил Нанико, на всякий случай, вдруг теперь она любит ходит по дому голой.

— Ага! Да, погоди, сейчас…

Это что, чужой голос? Какого хрена происходит?

Вошел в комнату и почти не удивился — за столом сидит Рён, ест китайскую еду из коробки и размахивает палочками.

— Привет? — бросил сумку с вещами на пол и уставился на дружеский завтрак. — Стесняюсь спросить, а ты что тут забыл?

— Нанико обещала научить делать Пуляр.

— Кого? — сел на единственный свободный стул возле окна.

— Омлет Пуляр. — сказала Нанико. — Обалдеешь, только… Что-то случилось?

Способность биомехов считывать микровыражения почти приводит в восторг. Но не сегодня.

— У Лизы проблемы. Большие.

Рён отставил коробку с лапшой и развернулся к нему, Нанико сложила руки на груди и молча ждет продолжения.

— Глаз она уже потеряла.

— Твою мать… — Рён снял кепку и раздраженно бросил ее на стол.

— Ей нужна операция. Влетит в двести пятьдесят кусков.

— Сколько?! — он моментально поменялся в лице. — Даже если продать мою квартиру, ее мастерскую и чью-нибудь задницу, мы все равно не соберем нужную сумму.

Он бы рассмеялся, если бы кошки на душе не скребли. Ужасная правда, в словах Рёна нет ни слова лжи.

— Может, продать несколько задниц? — Нанико невесело усмехнулась. — Какой план?

— Сделай пост в моем профиле. — попросил Зисс. — Напиши, что Лизе нужна помощь. Оставь реквизиты карты, пара кредитов может спасти ей жизнь.

— О, писать такие сообщения я умею. — заверила его Нанико. — Давай телефон.

— Я тоже напишу. — Рён достал смартфон. — Ее все знают, мне кажется, ни одного человека нет, которого жизнь не свела бы с Лизой.

— Мне кажется, времени не так много. Она выглядит просто ужасно, совсем другой человек.

— За короткий срок нам даже четверть суммы не собрать. — по лицу видно, как в голове Рёна крутятся шестеренки.

На самом деле, он знает, где достать деньги. Может, не всю сумму, но достаточное количество для первого взноса. Но делать этого ужасно не хочет.

Подождал пока Нанико закончит, забрал телефон и сказал:

— Орси, набери Ньютона.

В этот раз гений снял трубку почти сразу.

— Видел пост. Что случилось?

— Все хреново. Нужны деньги.

— Сколько?

— Двести пятьдесят тысяч.

— Мои счета арестовали позавчера. — Ньютон замолчал. — Там лежит тысяч пятьдесят, как разберусь — отдам все. Время есть?

— Не так много, как хотелось бы. — он начинал впадать в отчаяние.

— Зисс, серьезно, сделаю, что смогу. Наберу заказов, сам знаешь, ради нее и сдохнуть за компьютером не жалко.

— Постарайся все же не умереть. Ты нам еще понадобишься.

— Как будут новости — сообщу. Ты тоже держи меня в курсе, о’кей?

— Конечно. До связи, гений.

Ну, пятьдесят тысяч — это уже больше, чем он рассчитывал. Если Ньютон уладит дела со счетами, у них появится хоть что-то. Самое ужасное, что у него самого на счету четыре сотни кредитов, через неделю придется заплатить триста за аренду и, если с чаевыми везти больше не будет, он окажется самым бесполезным другом Лизы.

— Не паникуй, ладно?

Вздрогнул, почувствовав прикосновение Рёна. Его ладонь сжала плечо и стало немного легче, будто случайный знакомый согласился разделить с ним эту ношу.

— Нужно договориться с Куртом на счет смен. Может, разрешит работать каждый день. — мозг лихорадочно искал выход из ситуации.

— Разрешит, только не угробь себя. И, это, гости видят, если ты на взводе. Нельзя приносить проблемы в клуб. — сказал Рён.

— Сколько ты там проработал?

— Достаточно. — он убрал руку в карман и отошел.

— Может, дашь пару советов?

— Ты неплохо справился вчера. Они тебе не нужны.

— Откуда ты знаешь?

«Кто сливает тебе информацию?» — хотел спросить он, но сдержался.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Марли написала.

Надо же, офицер смутился, опустил глаза, но уголки губ поползли вверх. Стыдится того, что следит за ним? Очень мило.

— Марли — это та, которая самая молчаливая, да? — именно ее имя он не запомнил вчера. — Что еще сказала?

— Спроси у нее сам. — Рён смахнул челку с лица. — Я информаторов не сдаю.

— Обсуждать человека за его спиной невежливо.

— Может, в Шестом и не вежливо, но не забывай, где ты находишься. В пакете еда для тебя. Поешь, никто не будет платить за компанию парня с мешками под глазами.

— Для меня? — вот это поворот.

— Уже уходишь? — разочарованно спросила Нанико.

— Нужно встретиться с Хлоей и ехать в участок. — он надел кепку, черный бомбер и отсалютовал. — Держите в курсе.

Сначала разозлился, что он заявился без предупреждения, а теперь жаль, что он уходит. Как давно у него нет друзей, с которыми можно поужинать, посмотреть какой-нибудь бред по UwUtv, обменяться смешными картинками с котиками? Ах, да, у него их никогда и не было.

— Выглядишь так, будто что-то задумал. — Нанико прищурилась и подошла ближе. — Зисс, о чем ты думаешь?

— Мне нужно идти. — схватил пакет с едой и крикнул: — Поем по дороге!

— Можно мне с тобой?

Но он уже захлопнул дверь и мчался по лестнице вниз. Главное не останавливаться, иначе он передумает, начнет сомневаться и, в конце концов, испуганно сбежит обратно в Двенадцатый, в спасительную тень его трущоб.

Добирался больше трех часов, сначала с помощью метро, потом на автобусе. Уже там на него начали коситься с подозрением, будто в пакете могла оказаться не остывшая китайская еда, а что-то опасное. Думал, что эти взгляды уже не способны заставить его сомневаться в себе, но ошибся — опустил глаза и старался не смотреть на окружающих. А ведь унижения только начинаются.

На входе в Шестой пришлось остановиться перед постом охраны. Женщина в белоснежной рубашке подошла ближе и ненавязчиво положила руку на кобуру.

— Что-то ищете, сэр? — последнее слово произнесла с нажимом, чтобы он понял, кто он и чего стоит.

«Ты здесь ради Лизы». — напомнил он себе и выдавил дежурную улыбку.

— Пришел навестить родителей.

— Я проверю ваши документы. — светодиод над бровью замигал, ее глаза забегали. — Ноэль Александр?

— Он самый. — закивал слишком активно, зеленоватые пряди волос упали на лицо.

— Ваш рейтинг… — патрульная замялась.

— Я знаю, поверьте. — он перестал улыбаться. — У меня нет наркотиков, я их не употребляю, можете меня обыскать. Мне нужно поговорить с матерью.

— Расставьте ноги, пожалуйста. — видно, насколько тяжело ей обращаться к нему с уважением.

Похлопала по карманам, присела, тщательно ощупала такие места, за которые его уже несколько лет никто не трогал. Унизительно и противно, но терпеть нужно, не ради себя, ради Лизы.

— Смочите слюной. — протянула экспресс-тест на наркотики.

Лизнул полоску и передал полицейской. Убедившись, что тест отрицательный, она неохотно открыла ворота и даже попыталась улыбнуться, соблюдая регламент, но вышло у нее из рук вон плохо. Нужно будет поставить ей одну звезду на UwUmaps.

Лапшу выбросил в ближайшую урну, есть ее все равно уже невозможно, а идти с этим домой просто смешно.

Домой, надо же, уже вспомнил жизнь, от которой отказался. В спальном районе Шестого ничего не меняется — чистые улицы, образцовые дома, постриженные лужайки, блестящие автомобили. Здесь живут те, на ком держится общество, — средний класс, успешные люди, которые рвутся еще выше, заботятся о своей репутации и ломают психику детям в погоне за рейтингом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А вот и дом, в котором он провел детство. Двухэтажный, сложенный из бежевого кирпича, с темно-коричневой крышей, белым забором и чердаком, на котором он скрывался от гнева отца. Интересно, кто сейчас дома? Кристофер? Мама? Пэйтон, скорее всего, в школе.