Ветеран (СИ) - Ник Демин

   - Ну же, смелее, - подбодрил он нас. - Это совершенно безопасная процедура.

   Наконец вызвался придурок Билли, здоровенный детина с минимумом мозгов и огромным желанием выжить. Это недоразумение вбило себе в голову, что если он будет выполнять все команды и вызываться добровольцем. То шанс выжить у него повыситься, да и кроме того, его могут оставить сержантом здесь, в лагере. Мы пару раз видели, как он корчил рожи и орал подражая нашим командирам. Вот и сейчас, выпятив глаза, он шагнул вперед и заорал:

   - Я! Разрешите мне!

   Скорчив довольную людоедскую улыбку, толстяк сказал:

   - Вообще-то я рассчитывал на несколько человек, - все это он говорил, сноровисто надевая на руку добровольца железный браслет, грубой ковки с несколькими рунами.

   Я напрягся. Любое волшебство, колдовство, магию, в общем, как ни назови - я считал делом очень опасным. Использовать же магические предметы меня, а тем более испытывать, заставить было практически невозможно и напяливать себе на руку неизвестно что я бы поостерегся, тем более рунную магию./все мы в обычной жизни постоянно сталкиваемся с рунной магией. Это и разнообразные амулеты и артефакты, и невидные сельские маги с помощью нескольких наборов рун могущие остановить разрушение дома, привязать пчел к определенному месту и заставить их собирать нектар только с определенного вида цветов, это и руна стабильности, начертать которую умеет каждый над своим очагом, да мало ли где они используются. Однако мало кто знает, что все эти сугубо мирные дела вышли из боевой рунной магии./

   Этот же придурок, одетый в эту пародию на доспех, сверкал гнилой улыбкой и горделиво вскидывал вверх руку в каком-то подобие воинского салюта. Возможно мне показалось, но он посчитал её знаком отличия.

   С доброй отеческой улыбкой наблюдая за ним, толстяк произнес:

   - Так вот на что я бы хотел обратить ваше особое внимание. Несмотря на ваши высокие моральные качества и на то, что вы все как один являетесь добровольцами, иногда попадаются отдельные личности решившие расстаться до окончания срока с такой почетной королевской службой, как ваша. Вот этот браслет и служит для того чтобы защитить вас от таких тлетворных мыслей. Нет нет, - он вскинул в жесте защиты руки, - ни в коем случае во время битвы его вам одевать никто не будет. Другое дело пеший марш, с места постоянной дислокации, до места ведения боевых действий, именно в эти моменты солдата начинают посещать ненужные мысли. Так вот, чтобы вы не думали слишком много, наши маги подумали за вас и придумали... Придумали вот такие браслетики, которые любезно согласился продемонстрировать ваш товарищ.

   Тут эта тварь снова с отеческой улыбкой похлопала придурка Билли по плечу, а тот разулыбался, гордый хорошим отношением к нему сержанта.

   - Так вот, давайте я более подробно расскажу, что это за браслет и как он работает.

   Подозвав шелудивую собаку, служившую у этой обезьяны кем-то вроде денщика-ординарца-пажа-оруженосца-слуги, он приказал:

   - Значит так, сейчас берешь эту связку, садишься на лошадь и медленно едешь в ту сторону. Сигнал к возвращению - свисток и не дай бог повернешь без разрешения. Убью.

   Тот молча кивнул головой, собрал связку браслетов, забрался на лошадь и направился в сторону плаца, где развлекались остальные смертники. Толстый, дождавшись отправления своего слуги, повернулся к нам с такой довольной улыбкой, что вспоминался кот, на халяву стрескавший сметану в погребе и поднадкусавший все окорока, заготовленные на зиму.

   - Так вот, чем дальше уйдет человек со связкой, тем большую боль вы будете испытывать. Наконец она станет такой сильной, что вы просто умрете. Это сделано для того, чтобы вы на марше не удалялись слишком далеко от своего десятка, во избежание побега.

   Заметив крупные капли пота на лбу у Билли, до которого начал доходить трагизм ситуации в которой он оказался, толстяк подбодрил его:

   - Не переживай, малыш, я должен только показать, что эта штуковина работает. Как только станет действительно опасно, я подам свисток, лошадь повернет обратно и тут же тебе станет легче.

   Билли благодарно улыбнулся белыми от ужаса губами, все еще надеясь, что эта куча сала поступит как человек.

   Слуга прибавил сдавил ногами толстые лошадиные бока, та пошла быстрее и Билла скрючил болевой приступ. Он дернулся и закричал. Толстый громко заговорил, стараясь перекрыть вопль несчастного:

   - Все это делается для того, чтобы вы убедились - это все правда, никто вас не обманывает и остереглись сами обманывать нас. Два приступа сравнительно безопасны - они служат предупреждением. Во время третьего болевой порог настолько высок, что его может пережить разве что тролль или огр.

   Билли стоял не смея шелохнуться, видимо его немного отпустило и он еще на что-то надеялся, а нам же уже все было ясно. Лошадь ушла еще дальше и его скрутил второй приступ.

   Толстяк повернувшись сказал:

   - Ну все, все уже, сейчас свистну и верну, - и начал хлопать себя по карманам, ища свисток.

   Билл вспотел:

   - Пожалуйста, - бормотал он протягивая руки к толстяку, - пожалуйста...

   - Сейчас сейчас, - бормотал толстяк все так же шаря по карманам.

   Билл не выдержал, собрав все силы он рывком поднялся с колен и громко воя побежал за удаляющимся человеком со связкой браслетов, но успел сделать всего несколько шагов, как третий приступ обезобразил его лицо.

   Тело выгнулось в спазматическом приступе, порвав мышцы и ломая себе кости, потом согнулось. Сильный приступ рвоты выбросил остатки из желудка, возможно вместе с желудком, изнуряющий кашель, заставляющий за доли минуты выкашлять легкие. Лицо побагровело, из уголков глаз покатились тоненькие кровавые дорожки. Скрючены пальцы цеплялись за горло, вывалившийся язык норовил произнести какие-то слова.

   Мы как зачарованные наблюдали за его агонией, а я смотрел на толстяка. Лицо было глупым, пошлым и напряженным. Тоненькая струйка слюны катилась из сладострастно приоткрытого рта, глазки были масляные и к тому же мне показалось, что он кончил. Наконец он очухался настолько, чтобы обратить на нас свое внимание:

   - Вот так это и происходит, - произнес он хлопая себя по карманам, словно продолжая искать свисток.

   Потом он сокрушенно хлопнул себя по лбу, обозвал себя громко дураком из-за небрежности которого погиб такой хороший солдат и вытащил свисток, оказавшийся повешенным на его толстой шее.

   - Ну что ж, - радостно вскинулся он, - свисток нашелся. Может быть попробуем снова? - он испытующе посмотрел на нас.