Большой полёт крылатого коня - Владимир Иким

Последнее известие о туркменских несторианах относится ко временам "желтого крестового похода", позднейших сообщений - нет. Очевидно, в Туркменистане шло угасание несторианских общин, обусловленное целым рядом факторов. Первая из таких причин, конечно, распространение и утверждение Ислама, с которым несторианство уже не могло соперничать. Вторая причина: падение Мервской архиерейской кафедры и, как следствие, невозможность поставления духовенства на месте. Третий фактор: Самаркандская митрополия, под окормлением которой оказались туркменские несториане, сама клонилась к закату (ко временам Амира Темура самаркандская несторианская община действительно оказалась вне городских стен, "за арыком Даргом"). Кроме того: Самарканд находился в государстве Хайду, враждебном ильханству Хулагуидов, которому принадлежал юг Туркменистана, - и посылка священников через границы враждующих стран вряд ли была возможна. Таким образом, туркменские несториане остались без духовенства, и их общины были обречены.

Монгольский "передел Азии" поставил туркменский народ в тяжелейшее положение. Уже разорение края во время монгольского нашествия было ужасным. Затем Южный Туркменистан вошел в состав ильханства Хулагуидов, то есть (в который уже раз на протяжении истории) сделался персидской колонией. К этому нужно добавить, что ильханы Персии управляли государством крайне дурно. Северный Туркменистан вошел в Золотую Орду, державу несравненно более самобытную и лучше управляемую, чем ильханство, но и там туркмены оказались на положении "пограничной стражи", чьей кровью оплачивались монгольские междоусобицы. И в ильханстве Хулагуидов, и в Золотой Орде туркмены несли воинскую повинность: в постоянных войнах, которые вели между собой эти два Чингисидских улуса, в составе противостоящих армий туркмены Юга и Севера шли друг против друга, проливали братскую кровь ради чужих и чуждых интересов.

История Золотой Орды необычайно важна для понимания развития событий в Центральной Азии и для осмысления русско-восточных отношений. К сожалению, в большинстве исторических сочинений роль этой державы доселе трактовалась совершенно искаженно, как "татаро-монгольское иго над Русью". Но, если не идти на поводу эмоций средневековых русских летописцев, проявляется совершенно иная картина.

Вскоре же после действительно свирепого похода хана Бату на Южную Русь ("Батыева нашествия") характер ордынско-русских отношений резко изменился. Заслуга этой перемены принадлежит великому русскому патриоту и гениальному политику, святому благоверному князю Александру Невскому. Святой Александр по опыту княжения в Новгороде и столкновений с западными интервентами сумел понять, что папский Запад представляет для Руси несравненно большую опасность, чем татаро-монголы. Знаменитый воин и человек неколебимого мужества, святой Александр пошел на личные унижения, чтобы умирить завоевательную ярость монголов и превратить отношения Орды с Русью из вражды в союз. Северная Русь не была завоевана монголами: это святой Александр своею властью подчинил её Золотоордынской империи, сам жестокими мерами подавлял антимонгольские восстания - главарям повстанцев по его приказу выкалывали глаза ("вынимали очи"). Святой Александр сумел заключить договор о содружестве с ханом Бату, побратался с его преемником, ханом Сартаком, заслужил расположение хана-мусульманина Берке. Тогдашние русские "западники" ненавидели благоверного Александра, называя его "татарским угодником", - но после его кончины русичи поняли, кого потеряли: "застонала Русская земля", а Православная Церковь прославила его в лике святых. Завет святого Александра Невского для Русской земли: "Крепить оборону на Западе, а друзей искать на Востоке" - видится необычайно актуальным и в наши дни.

Благодаря деятельности святого Александра Русский улус вошел в Золотую Орду на правах отнюдь не колонии, а протектората, почти равноправной составной части. Пресловутое "иго" свелось к сбору государственного налога. При этом подати на русских налагались "с дыма", то есть с жилища, - это было почти вдвое меньше "подушного", индивидуального налога, который платили ханскому двору сами ордынцы. (Правда, для русских это тягота усугублялась необходимостью содержать собственных удельных князей и их дружины.) Как полагается в цивилизованных государствах, кандидатуры правителей отдельных областей (великих князей Русского улуса) утверждались верховной (ханской) властью. Русские дружины в случае войны несли общую для всего государства воинскую повинность. Тогдашние русичи видели в монгольском хане верховного главу своего государства: в летописях его именовали "царем". "Добрыми царями" называли Бату-хана (несмотря на его опустошительные походы), Мангу-Тимура, Джанибека. Хана Узбека, казнившего тверских князей и установившего на Руси твердый порядок, называли "царем суровым". Войдя в состав Золотой Орды, Русь оставалась независимой духовно и культурно; не было только формальной политической независимости. Вот и все "татаро-монгольское иго".

В установлении власти Орды над Русью видится деяние Всеблагого Промысла Божия. На Руси, раздираемой игрой княжеских честолюбий, православные люди проливали кровь друг друга в нескончаемых междоусобных войнах. Князья-властолюбцы попирали святыни, то и дело нарушая "крестные целования" клятвы о мире, жгли монастыри и храмы Божии в уделах своих соперников. Голос духовенства и Святителей, голос Матери-Церкви был не в силах остановить это безумие. Раздробленная и обескровленная Русь катилась к гибели, вот-вот должна была стать добычей хищного Запада. Что это сулило русскому народу, известно: в областях, захваченных Польско-Литовским Королевством, немедленно начиналось подавление Православия и искоренение русской культуры. Монголы брали дань, но не касались веры и обычаев. Латиняне стремились умертвить саму душу русского православного народа. Л. Н. Гумилев отмечает: "В рамках Запада русичей ждала участь людей второго сорта". Золотая Орда воцарилась над Русью: для Русской земли это была кара Господа Правосудного за братоубийство - и зов Господа Милующего к объединению. Монголы явились, по воле Всевышнего, как суровые спасители Православной Руси от внутренних смут и погибельной западной угрозы.

Случавшиеся в дальнейшем монгольские набеги на Русь были продолжением все тех же междоусобиц русских удельных князей. В Орде всегда находились свободные воинские отряды, скучавшие без дела и готовые идти куда угодно, чтобы "погулять и пограбить". Князья-братоненавистники приводили на Русскую землю монголов точно так же, как прежде - половцев, для сведения счетов со своими соперниками. Особенно усердствовал в этом князь Андрей Александрович, недостойный сын святого Александра Невского. К нему благоволил хан Тохта - пользуясь этим, князь Андрей руками монголов жег города и опустошал земли неугодных ему князей. Так, в Переяславль он ворвался в самый день Рождества Христова, - залил город кровью и, вопреки даже монгольским законам, не пощадил и храмов Божиих.

Однако самим повелителям Золотой Орды вскоре опротивели постоянные беспорядки в Русском улусе. Со времен хана Мангу-Тимура по образцу монгольских курултаев начался созыв общерусских княжеских съездов, где враждующие стороны должны были не мечами, а словами выяснять свои отношения. Представителями хана на эти съезды направлялись епископ Сарайский и один из монгольских вельмож, обязательно - православный, таких было в Орде уже немало. Выполнения решений общерусских съездов ханы требовали от князей под угрозой присылки карательных отрядов. Однако и эта мера не всегда оказывалась действенной. Только казнив четырех князей из Тверской династии, хан Узбек сумел положить конец вражде между Москвой и Тверью.

Тем временем Православная Русь уже начинала оказывать духовное воздействие на своих завоевателей. Паству Сарайской епархии составляли не только русские посольства. Золотая Орда разорвала связи с другими монгольскими державами. Ханы были мусульманами, к несторианству они относились неприязненно, несторианское духовенство было изгнано ещё ханом Берке. Золотоордынские монголы-несториане, оставаясь без священников, начали заглядывать в православные храмы. Русские иереи обращали их в Православие. По поводу организации Богослужений для степняков епископ Феогност Сарайский в 1269 году запрашивал святителя Кирилла, митрополита Киевского: можно ли, освятив Трапезу, переносить её с места на место и на ней совершать Литургию? Святитель Кирилл отвечал: "Подобает, если есть в том нужда. Ходящие люди (то есть кочевники) не имеют у себя спокойного места; но беречь Трапезу со страхом и трепетом, в чистом месте поставить её и служить на ней".

Каждый хан Золотой Орды имел своего любимца из числа русских князей. У Бату, Сартака и Берке это был святой Александр Невский, у Мангу-Тимура благоверный Феодор Ярославский, у Тохты - Андрей Александрович. Ханы Узбек и его сын Джанибек покровительствовали князьям Московским: помощь ордынских властителей помогла Москве объединить вокруг себя Русь.