Прыжок барса - Майя Малиновская

Эл помолчала, улыбнулась и покачала головой.

- Ты полагаешь, что мне не хватает развлечений? Ни один твой совет не был напрасным. И о каком кодексе ты говоришь?

Глава 5

Нику привлек незнакомец. В нем было что-то захватывающее. После тяжелых переживаний рядом с Дмитрием, болезненных страданий после полета, ей хотелась "отряхнуться".

Эл притащила ее сюда, значит, позволит остаться. Одно воспоминание о Дмитрии заставляло Нику морщиться. Этот мир потянул ее назад к воспоминаниям детства, когда война была далеко, а она не знала, что пропала Эл, что она в плену, а ее жизнь потеряла ценность. Она пребывала в блаженном неведении детства. Этот мир избавлял ее от той тесной связи с воспитательницей, предлагая взамен возможность увлекаться, познавать и экспериментировать со своими способностями. На Земле такое было невозможно, люди не обладают таким развитием, они слишком ограничены. Эл научила Нику уважать людей, но это не делало их выше, чем они были на самом деле. По телу то пробегал холодок, то приятная волна покалывания, в душе - чувство восторга. Она была рада, что вернулась сюда. Поэтому незнакомец, столь проницаемый для местных сил и необычный на вид, привлек Нику.

Она подошла к искусственной изгороди, у которой он стоял. Он ее не видел или, как многие местные, не был заинтересован в компании посторонних. Изгородь была ажурно-прозрачной, доходила ему до талии, дальше был обрыв и он смотрел туда, на долину внизу, усыпанную мозаикой цветов. Он любовался видом.

- Красиво, неправда ли? - задала она вопрос про себя. Для многих обитателей здешних мест речь была излишней.

Сознание Игоря было для Ники кладезем хороших манер. В его лексиконе было много образных конструкций подобных этой, а его манеры дипломата были приемлемы во многих культурах, не только в земной. Игорь не просто умел почтительно общаться словами, он был дипломатом внутри, в том, как себя держал при посторонних чутких инопланетянах. Ника этот арсенал знала не хуже дурных выражений Дмитрия или сленга двадцатого века. Ей хотелось быть приятной и вежливой.

Незнакомец ничего не ответил. Он мог ее не понять или не услышать. Ника добавила, переходя на речь, сопроводив свое извинение образным посылом:

- Я нарушила ваше уединение?

Незнакомец обернулся и посмотрел на нее. Он был в светлом балахоне с капюшоном, тело не угадывалось и Ника, с некоторым разочарованием, увидела человека. Он не землянин, такие мелочи Ника умела различать, "общие предки", как однажды выразился кто-то при Нике, у него и землян наверняка они были. Как это земной вид смог проникнуть так далеко? Тут? Сначала ее смутили существа при пробуждении, но едва придя в себя Ника смекнула, что это только акт вежливости по отношению к ним, их встретили те кому смена формы не доставляла неудобств. Но этот - определенно не мутант, не мульти-форма. Ника боролась с диким любопытством и такой же силы подозрительностью, но то что "источал" этот тип вызывало внутри нее трепет и восторг.

- Приятно с кем-нибудь разделить наслаждение красотой, - произнес он тихо.

Он обладал лицом с красивым овалом, четкими чертами лица, ясным взглядом и светлыми, почти белыми волосами, вьющимися как у Эл. Нику это потрясло больше того, что он заговорил на понятном языке с приятным не низким тембром голоса. Колкое ощущение чего-то странно знакомого заставило Нику отстраниться. Но он сделал жест, указывая рукой на долину, и произнес еще:

- Прекрасные краски. Тысячи живых существ, виды и классы сил, они мирно сосуществуют вместе. Жизнь в полном согласии на маленьком пятачке мира. Благословенное согласие.

Ника оцепенела. Он передал это не только словами, она моментально смогла уловить до мельчайших деталей его восприятие. Это было выше всего, с чем она сталкивалась последнее время. Это было сильнее того, что могла чувствовать Эл. Ника забыла обо всем.

- Как у тебя это получается? - вырвался у нее вопрос.

- Так же, как у тебя.

Она сосредоточилась на нем, а он увлекал ее туда, дальше в долину, ее уносило с потоком многогранного восприятия. Это уникальная его способность созерцать и чувствовать до мелочей покорила ее. Восторг, возвышенные чувства, жадное желание постигать, безграничность ощущений! Она как будто постигла все мгновенно! То, что ее недавно терзало, осталось далеко. Никаких угрызений совести оттого, что она готова бросить все ради того, чтобы научиться у него такому чувствованию. Позволит себе так чувствовать.

Они все еще оставались у изгороди? Ника с удивлением обнаружила это. У нее кружилась голова, мягкое прикосновение незнакомца к ее лицу и его заинтересованный взгляд, заставили Нику сосредоточиться.

- Кто тебя этому обучил? - спросил он с улыбкой.

- Никто. Я такая, - ответила она.

- В твоем мире все такие?

Ника не знала, что ответить. У нее не было мира. Какое пространство считать родным? Он понял ее. Это было замечательно. Он понял, что у нее нет мира.

- Тебе не нужно отвечать. Ты - гибрид.

Последнее слово резало слух и прозвучало обидно. Она сразу вспомнила, как Эл перед переброской сказала, что они три разных вида. На больную голову она не придала этому значения.

Он прочел ее ощущения.

- Ты путешествуешь не одна?

- Не одна.

Ника почувствовала, что надо бы смолчать про Эл и Димку, запуталась, догадалась, что он уже понял. Растерялась и готова была уже вопить, призывая на помощь Эл.

- Не нужно никого звать, - он предупредительно положил ей на плечо свою ладонь, тем самым успокоив участившийся пульс. - Ты боишься меня? Я не причиню вреда. Нет-нет. Я изучаю. Мне интересно. Я редко встречаю подобных тебе. Это любопытство. Я наблюдаю. Если я тебе мешаю, я исчезну.

Когда он начал отступать, она беспомощно схватила его за одежду.

- Я просто растерялась. У меня мало практики. Не обращай внимания. Я забыла, как здорово так общаться! Не уходи.

Он предложил путешествовать. Ника с радостью приняла это предложение. Ей хотелось новизны и остроты ощущений, которую мог дать ее новый знакомый.

***

Дмитрий бесцельно слонялся недалеко от места переброски, новых впечатлений ему было не нужно. Одиночество на острове Эл, на острове Тома и здесь отличались. Здешний мир действовал на него, как Эл. Он размышлял со всей ясностью ума, на какую теперь был способен. Он был не рад тому, что озадачил и отчасти напугал друзей. Был благодарен Расселу Курку за его уравновешенность, совсем как Эл, Рассел тоже действовал на него благодушно. Вероятно, сказалась старая привязанность, Рассел как-то резко постарел в его понимании, Дмитрий не мог вспомнить, сколько времени не видел его. Окружение казалось чужим и далеким, а Рассел - нет. Объяснения Дмитрий не нашел.