Манипуляция - Юлия Рахматулина-Руденко

Так что подписчики видели отфильтрованный вариант Анжелы — с более тонкой талией, более выдающимися бедрами и грудью, с более гладкой кожей, чем в жизни.

— Зачем же вы, девушки, так себя доводите? — вслух размышлял Максим. — И ведь ты, Даша, умный человек, тебе сколько лет, напомни? Ну тридцати же нет еще явно, да? И не восемнадцать уже. Ты ведь сама маркетолог, сама прекрасно понимаешь, как создаются эти культы тонкой талии и больших поп… Они создаются теми, кто продает курсы по фитнесу, по питанию, кто делает деньги на этом. Как же ты сама смогла так поддаться этому культу?

— Я просто не могу подвести компанию, с которой у меня контракт. Это молодой бренд повседневной одежды, очень износостойкой и немаркой. Я предложила им создание креативной вирусной рекламы. Мы снимаем веб-сериал с короткими минутными сериями, где главная героиня — девушка, которая попадает во всякие смешные и не очень ситуации. Она всегда носит одежду этого бренда и остается чистой, буквально выходит сухой из воды. Так мы подчеркиваем миссию бренда — создать одежду для самых нестандартных ситуаций. Так вот роль этой девушки играю я…

— Ты еще и актриса. — Тон Максима стал дружелюбнее.

— Есть немного. — Даша смущенно улыбнулась, и на ее правой щеке образовалась очаровательная ямочка. — Если захочешь снять креативный клип на какую-нибудь из твоих песен, я, как сценарист и актриса, — к твоим услугам. Но знай: это будет стоить недешево.

Разговор шел так легко и непринужденно, что, похоже, эти двое напрочь забыли, зачем они здесь собрались. Вспомнив рекомендации врача, Корольков предложил Даше прогуляться на улице. Погода стояла не слишком жаркая, пройтись решили в парковой зоне, что находилась недалеко от кафе. Было у Максима излюбленное местечко, куда он мог сбегать иногда от суеты и от толп людей, если появлялось свободное окошко.

До парка добирались, оба натянув на лица маски и кепки, а оказавшись в почти безлюдной зоне, в тени деревьев, сняли маски и присели на лавочку.

— Как чувствуешь себя? — поинтересовался Макс, ставя на лавочку Дашину сумку с ноутбуком, которую нес всю дорогу в руках.

— Уже намного лучше. Вернемся к нашему разговору?

— Да. Мне нужна твоя помощь. Нужно найти этого Уборевского. Перелопатил все соцсети, но по имени и фамилии найти не могу. Чтобы и по возрасту совпадал, и по месту учебы.

— Где искал?

— Везде.

— А чем он занимается?

— Без понятия. Знаю, что вроде в Болгарии живет.

— Фото есть?

— Нет.

— Что, даже на общеклассных фотографиях нет?

— Там, может, есть. Но где я их найду?

— Ладно. Уборевского я беру на себя. ВКонтакте Лика по-любому указывала, какую школу закончила, так что я поищу официальные страницы этой школы в соцсетях, изучу профили ее одноклассников. Найду, в общем, фото, а по нему уже можно будет и на человека выйти. А ты с Настей, подругой Анжелы, разговаривал уже?

— Нет.

— Как? Ты пытаешься докопаться до правды и ни разу не обсудил с лучшей подругой Анжелы ту информацию, которая у нее есть?

Корольков задумался. В последнее время ему вообще казалось, что он попал в зазеркалье: и сам вел себя нелогично, и события вокруг складывались крайне странно.

Гибель Лики была чем-то противоестественным, неправильным, неприемлемым. Но то, что она открыла собой какую-то нереальную черную полосу, вовсе выбило из-под ног всякую опору. И без потери работы и общественного гонения ему было бы крайне тяжело пережить потерю любимой. И, скорее всего, он бы так же нелогично и вел себя. То заглядываясь на красоту Даши и проникаясь к ней неожиданной симпатией, словно неловко закрывая этим дыру в душе. То, не додумавшись позвонить Насте, чтобы узнать ее версию произошедшего. Хотя она и высказалась у себя в соцсетях, что считает гибель лучшей подруги несчастным случаем, и заверила своих подписчиков: гуляющие по Сети скриншоты якобы их переписки с Ликой — фейк. Правда, желающих обвинить Макса это никак не переубедило.

Корольков достал телефон и набрал номер Насти. Благо все контакты сохранены на телефоне.

— Алло, — ответил нежный, почти детский голос. Настя была немного младше Лики.

— Настя, это Максим. Парень Лики.

— Слушаю тебя, Максим. — Девушка выдержала паузу, прежде чем ответить.

— Мы можем встретиться с тобой? На этой неделе.

— На этой неделе точно нет. Мы сейчас в рекламном туре на Камчатке. Потом будут другие туристические зоны Дальнего Востока. Дальше в планах возвращение в Казахстан…

— М-м-м. У тебя хорошие рекламные контракты пошли. Молодец. Я, знаешь… хотел с тобой кое-что обсудить. Твои публикации о гибели Лики я читал, ты говоришь, что считаешь произошедшее несчастным случаем. Но это твоя официальная версия. Она совпадает с тем, что ты думаешь на самом деле?

— Все, что думаю на самом деле, я рассказала следователю. Те подозрения, что я могла озвучить на публику, уже озвучила в рамках телепрограммы «Чистая правда». Мне тебе добавить нечего. Извини. У нас тут уже поздно, мы спать собираемся.

— Вот как. Хорошо, давай.

Настя положила трубку.

«Если Стася ведет себя так же, как Лика, то очень скоро я начну получать сообщения со всем, что она хотела сказать, но произнести не смогла. Ох уж эти люди, которым проще написать, чем позвонить или встретиться лично!»

— Рекламный тур на Камчатку, — не отрывая взгляда от телефона, проговорила Даша. — Ты знаешь, что после смерти Анжелы у Насти выросло число подписчиков почти в два раза и достигло миллиона? И это только в ТикТоке. Аудитория в Телеграм увеличилась до двухсот тысяч человек. А стоимость рекламной публикации в Телеграм, ВКонтакте и там, где нельзя называть, достигла семисот тысяч рублей. Надо же, раньше она просила за рекламу сорок тысяч рублей в одной соцсети.

— Ого…

— Да, Максим, так работает этот гениально продуманный, но беспощадный рынок. Я помню, как после гибели одного блогера его друзья получили миллионные приросты аудитории. А значит — и более высокие расценки на рекламу.

— А я вот потерял все.

— Я думаю, найдутся бренды, которые на фоне последних событий с удовольствием разместят рекламу у тебя. Знаешь, что-нибудь типа клиники, оказывающей психологическую помощь. Если включишь старую сим-карту, наверняка обнаружишь там какие-нибудь неожиданные предложения от гениальных маркетологов, которые не стесняются продвигать своих заказчиков на хайпе.

— Спасибо, что-то мне не хочется связываться с этим вашим беспощадным рынком и подкармливать его. К тому же все эти предложения сваливаются на Вику, а она уже фильтрует, что нам подходит, а что нет.

Они еще немного посидели молча.

— Ты знаешь, если бы мы взяли за основу моей работы версию о