Танец с драконами - Джордж Мартин

— Конечно, Ваше Величество. Ее апартаменты тоже в Королевской Башне. Позвольте вас проводить?

Королева Селиса кивнула, взяла дочь за руку и позволила увести их от конюшни. Сир Акселл, браавосский банкир и остальная свита последовали за ними как утиный выводок, разодетый в шерсть и меха.

— Ваше Величество, — сказал Джон Сноу, — мои строители делают все возможное, чтобы подготовить Твердыню Ночи к вашему прибытию… и все же, многое остается в руинах. Это большой замок, самый большой на Стене, и мы смогли восстановить только часть его. Вам, наверное, будет удобнее вернуться в Восточный Дозор-у-Моря.

Королева Селиса фыркнула:

— Хватит с нас Восточного Дозора. Нам там не понравилось. Королева должна быть хозяйкой в собственном доме. Ваш Коттер Пайк показался нам неотесанным и неприятным человеком, к тому же сварливым и скупым.

Слышали бы вы, что Коттер говорит о вас.

— Я сожалею, но, боюсь, условия в Твердыне Ночи понравятся Вашему Величеству еще меньше. Это крепость, не дворец. Мрачное и холодное место. Тогда как Восточный Дозор…

— В Восточном Дозоре небезопасно, — королева положила руку на плечо дочери. — Вот истинная наследница короля. Ширен однажды сядет на Железный Трон и будет править Семью Королевствами. Ее нужно беречь, а на Восточный Дозор будет совершено нападение. Твердыня Ночи — место, которое мой муж выбрал для нашего пребывания, и там мы обоснуемся. Мы… оох!

Из-за остова башни лорда-командующего возникла огромная тень. Принцесса Ширен пронзительно закричала, а три рыцаря ахнули хором. Еще один выдохнул:

— Семеро, спасите нас, — произнес он, c перепугу совсем позабыв своего нового красного бога.

— Не бойтесь, — сказал им Джон, — он безобиден, Ваше Величество. Это Вун Вун.

— Вун Вег Вун Дар Вун, — голос великана грохотал подобно рухнувшему с горы валуну. Он опустился перед ними на колени. Даже в таком положении он был выше всех. — Преклоняю колени перед королевой. Маленькая королева, — без сомнения, этим словам его научил Кожаный.

Глаза принцессы Ширин стали словно блюдца.

— Это великан! Самый настоящий великан, как в сказках! Но почему он так смешно разговаривает?

— Он пока знает всего несколько слов на общем языке, — ответил Джон. — В своих землях великаны говорят на древнем языке.

— А можно я его потрогаю?

— Лучше не стоит, — предостерегла ее мать. — Посмотри на него. Мерзкое созданье. — Она сердито повернулась в сторону Джона. — Лорд Сноу, что это чудовище делает по нашу сторону Стены?

— Вун Вун такой же гость Ночного Дозора, как и вы.

Королеве не понравился такой ответ. Как и ее рыцарям. Сир Акселл скривился от отвращения, сир Брюс издал нервный смешок, а сир Нарберт произнес:

— Мне говорили, что все великаны мертвы.

— Почти все. — Игритт оплакивала их.

— В темноте мертвяк танцует. — Пестряк зашаркал ногами в нелепой пляске. — Уж я-то знаю, я-то знаю.

В Восточном Дозоре кто-то сшил ему разноцветную мантию из бобровых шкур, овчины и кроличьего меха. Со смешных рогов на его шляпе свисали бубенцы и длинные бурые уши из беличьей шкурки, прикрывающие его собственные. Каждый его шаг сопровождался звоном.

Вун Вун в восторге глазел на него, но едва великан протянул к нему руку, шут с позвякиванием отскочил в сторону.

— Ой нет, ой нет, ой нет.

Тогда Вун Вун неуклюже поднялся на ноги. Королева схватила принцессу Ширен и оттащила ее в сторону, рыцари потянулись за мечами, а Пестряк в панике метнулся прочь, потерял равновесие и шлепнулся задом в сугроб.

Вун Вун расхохотался. Смеху великана мог позавидовать драконий рев. Пестряк заткнул уши, принцесса Ширен уткнулась лицом в меха матери, а самый отважный из рыцарей королевы выступил вперед с мечом в руке. Джон поднял руку, преграждая ему путь.

— Вы же не хотите его разозлить. Уберите оружие, сир. Кожаный, отведи Вун Вуна назад в башню Хардина.

— Поесть теперь, Вун Вун? — спросил великан.

— Поесть теперь, — согласился Джон. А Кожаному приказал: — Я пришлю для него бушель овощей и мяса для тебя. Разжигай огонь.

Кожаный осклабился:

— Я-то разожгу, м'лорд, но в башне Хардина промерзаешь до костей. Может, м'лорд пришлет нам немного вина, чтобы согреться?

— Для тебя. Но не для него. — Вун Вун никогда не пробовал вина, пока не попал в Черный Замок; но однажды отведав, проникся к нему всей своей великаньей любовью. Слишком большой любовью. У Джона было и так достаточно проблем, не хватало только пьяного великана. Он повернулся к рыцарям королевы: — Мой лорд-отец часто говорил, что мужчина никогда не должен обнажать свой меч, если не собирается им воспользоваться.

— Я собирался им воспользоваться. — Лицо рыцаря было гладко выбритым и обветренным, под плащом из белого меха он носил накидку из серебряной парчи, украшенную голубой пятиконечной звездой. — Мне дали понять, что Ночной Дозор охраняет королевство от подобных чудовищ. Никто не упомянул о том, что вы держите их в качестве питомцев.

Еще один чертов дурак-южанин.

— Вы…?

— Сир Патрек с Королевской Горы, если будет угодно милорду.

— Я не знаю, насколько вы соблюдаете законы гостеприимства на вашей горе, сир. Но у нас на севере они священны. И Вун Вун здесь гость.

Сир Патрек улыбнулся.

— Скажите, лорд-командующий, если придут Иные, вы тоже собираетесь проявить гостеприимство? — рыцарь повернулся к своей королеве. — Ваше Величество, вот там Королевская Башня, если я не ошибаюсь. Окажете мне честь?

— Как вам угодно. — Королева приняла его руку и прошла мимо бойцов Ночного Дозора, больше не взглянув на них.

Эти языки пламени на ее короне — самое теплое, что в ней есть.

— Лорд Тайхо, — позвал Джон. — Минутку, пожалуйста.

Браавосец остановился.

— Я не лорд. Только простой слуга Железного Банка Браавоса.

— Коттер Пайк сообщил мне, что вы прибыли в Восточный Дозор с тремя кораблями. Галеас, галера и когг.

— Именно так, милорд. Пересекать море — довольно рискованная затея в это время года. Один корабль может пойти ко дну, в то время как все три помогут друг другу. Железный Банк всегда предусмотрителен в подобных вопросах.

— Возможно, прежде чем вы уйдете, мы могли бы поговорить наедине?

— Я к вашим услугам, лорд-командующий. И на Браавосе говорят: "нет лучше момента, чем нынешний". Вас это устроит?

— Вполне. Отправимся в мои покои, или вы предпочли бы побывать на самом верху, на Стене?