Гранд-адмирал. Том шестой - Илья Сергеевич Модус

иных металлов), проходимостью и вооружением, построенный по модульной технологии в качестве альтернативы тяжелым мандалорским репульсорным штурмовым танкам типа «Кандерос», заявившим о себе несколько лет назад в составе армий «Консорциума Занна».

На данный момент, из-за сильного электро-магнитного излучения, сопровождавшего бомбардировку, практически вся репульсорная техника выведена из строя, в то время как «Завоеватель» превосходно справляется с разведкой и сопровождением эвакуационных конвоев.

Шагоходы… Не так уж и много их осталось после орбитальных бомбардировок.

Да и по скорости они проигрывают «Завоевателю», так что для броска до соседней базы точно не подходят.

Пусть лучше продолжают заниматься поиском выживших и их эвакуацией.

Да уж… Не знал он, когда разрабатывал прототип, что именно в таких условиях сможет заткнуть рты старшим офицерам, возводящих шагоходы и репульсорные машины в культ абсолютного оружия для наземного боя и маневренной войны.

Совсем скоро, конечно, ЭМИ рассеется и репульсорные машины вернутся в строй, но до того времени немало жителей погибнет, если их не разыскивать.

Средний гусеничный танк «Завоеватель».

— Слушай приказ, капитан, — полковник указал на заветную базу. — Двигаешься к 27-ой с максимально возможной скоростью. Если на базе кто-то есть, то проясняешь обстановку и мчишься с докладом назад. Сообщишь тамошнему командиру, что приоритет — спасение людей. В идеале, к моменту как ты до них доберешься, ЭМИ перестанет делать нам мозги и связь можно будет перезапустить, так что отчитаешься с места.

— Принял, сэр. Разрешите действовать?

— Не беги вперед АТ-АТ, капитан, — погрозил пальцем полковник. — Зайдешь на склад, получишь там два спутника связи. Если повезет, то на 27-ой уцелели склады. А на них есть старая пусковая установка баллистических ракет. Арсенал там на самом нижнем уровне и должен был уцелеть в любом случае. С помощью местного гарнизона монтируете установку, меняете боеголовку на спутник и выводите его на высокую орбиту, — полковник толкнул через голографический стол информационный чип. — Наши инженеры доработали программу управления и полетов, так что должно сработать.

— Понял, сэр. Мы хотим с кем-то связаться?

— Для начала я хочу убедиться в том, что этот идиот Добраму убрался с моей орбиты, — заявил Йоханс. — Спутники старые, работают по лазерному лучу. Следовательно, потребуется некоторое время на то, чтобы они сделали полный виток на орбите. Если противника нет, или у нас будет такая возможность, то отправим запрос о помощи и будем ждать.

— Не думаю, что кто-то из Империи нам поможет, сэр, — поделился своим мнением капитан Насбу.

— Я быстрее себе вторую почку отстрелю, чем свяжусь с этими психопатами из Империи, Республики или кореллианцами, — проворчал Йоханс, рефлекторно положив руку на то место, где раньше находился пораженный осколками орган. — Они быстрее разграбят то, что у нас осталось, а нас оставят умирать на этой ядерной пустоши. Нет, капитан. Мы будем пытаться связаться с ближайшими мирами-крепостями Доминиона. Их помощь нам явно недешево обойдется, но она хотя бы будет…

Их взгляды встретились.

Капитан все прекрасно понял.

Полковник говорит уверенно, для того, чтобы не ломать остатки дисциплины и надежд у своих подчиненных.

Он не может гарантированно знать, откликнется ли Доминион на призыв, учитывая, какой холодный прием им оказали в прошлый раз.

Полковник Йоханс надеялся, что среди стервятников, которые захотели бы полакомиться трупом Бринтуина, найдется тот, кто не просто проглотит остатки былой роскоши, но и поможет.

Хоть чем-нибудь.

Глава 46

Десять лет, шестой месяц и двадцать первые сутки спустя Битвы при Явине…

Или сорок пятый год, шестой месяц и двадцать первые сутки после Великой Ресинхронизации.

(Один год, третий месяц и одни сутки с момента попадания).

Уж чего-чего, а возвращаться в то место, которое он обязан был считать своим домом, вице-адмирал Пеллеон не любил.

Не сказать, что он всегда предпочитал проводить время на борту боевого корабля.

Наоборот, он любил увольнительные.

Ровно настолько же, насколько приходил в немой восторг от легкой вибрации палубы под ногами, когда разрушитель выдавал из своей энергетической установки максимум возможного, а черноту космоса вокруг корабля разрезали крохотные огоньки двигателей истребителей, а так же строчки их стреляющих орудий, превращающих в груды космического мусора своих противников.

Желание возвращаться домой у него пропало с недавних пор.

И, будь он на тридцать лет помоложе, то махнул бы рукой на свои переживания, да нашел бы себе увлечение.

Длинноногое, с хорошими формами и не самым противным характером, способное скрасить увольнительную для любого космического волка, каким бы черствым и прожженным тибанной он ни был.

Сейчас же…

— Прибываем, вице-адмирал, — сообщил интерком шаттла типа «Мю» доминионского производства голосом пилота. — Посадка пройдет штатно, в соответствии с графиком.

— Ты б еще мне рассказал про температуру за бортом, влажность и содержание пыльцы в воздухе, — негромко пробубнил себе под нос Гилад.

На пилота он не был в обиде, но в то же время он чувствовал острую тоску по тем временам, когда командовал всего лишь одной «Химерой» и максимум его дополнительных служебных обязанностей заключался в том, чтобы время от времени выполнять обязанности флаг-капитана и адъютанта у гранд-адмирала Трауна.

Никаких заискивающих почестей от молодых пилотов и специалистов, никакого сидения в кресле, отчего у него начал расти живот, а свободное время сокращалось так же стремительно, как время жизни противника вышедшего нос к носу с основным звездным разрушителем «Доминиона».

И как только Трауну удается выглядеть всегда молодо и подтянуто?

Гилад секрета чисса не знал, а спрашивать напрямую у вышестоящего офицера такие мелочи, Пеллеон не собирался.

Не по статусу.

Он даже начинал скучать по Рукху и его неуемному желанию подловить Пеллеона в тамбуре апартаментов Трауна.

Сам бы себе не поверил, если б еще полгода назад подумал бы о том, что начнет скучать по этим временам.

Быть командиром флагмана Трауна — значит всегда находиться в тонусе, в гуще событий, в которой даже рутинная работа объективно не замечается и выполняется быстрее скорости света.

Но Гилад со всей ответственностью мог себе заявить, что руководить штабом Вооруженных Сил Доминиона, у него получается намного лучше, чем быть на острие атаки вторым после Трауна.

Заржавел старый ловелас, закостенел и прекрасно это понимал.

А оттого еще больше завидовал своей молодой копии, у которого, считай, все его знания имеются, и еще немного жизни в запасе.

И опыт есть, и мозги варят, и есть чему учиться у Трауна.

Из своих ворчливых мыслей Гилад вышел только тогда, когда идущие впереди него гвардейцы в красно-черной броне распахнули шикарные парадные двери резиденции.

Ничуть не обращая внимания на группу охраны своих собратьев, что отвечали за безопасность резиденции и лиц в ней проживающих.

Оставшись наедине со своими мыслями, Гилад направился в просторный гостевой холл, в котором намеревался отдохнуть.

Инспекция линии обороны Доминиона не дается вот так легко.

Государство расширяется, и должностным лицам следует в максимально короткие сроки не просто обеспечить их безопасность, но и решить какие из старых границ необходимо оставить на своих местах, а какие можно убрать.

Дело тут отнюдь не в том, что Доминион стремился максимально облегчить логистику внутри метрополии, а потому вычищал места расположения старых участков Периметра от мин, астероидов и гравитационных генераторов.

Дело в банальной экономии.

«Периметр» обходится в миллиарды и миллиарды кредитов, а его содержание — это едва ли не десятая часть всего военного бюджета.

Гилад прекрасно понимал, что Траун стремится создать непреодолимые рубежи, чего до него в рамках целого государства не делал никто.

Обычно оно как происходит в галактике?

Административные границы государств весьма условны.

Они имеются в специальных реестрах, указываются с точностью, какую предоставляет правительство.

Но никаких контрольно-пропускных пунктов на границах не стоит.

Все сводится непосредственно к обороне конкретных миров и работе таможни на их поверхности или орбите.

Никому в голову даже не приходило, что можно поставить заслоны из различного рода смертоносных ловушек на гиперпространственных маршрутах или наиболее удобных путях проникновения в сектора.

Потому что это банально дорого.

Необходимо иметь не просто баснословный бюджет, но и немалый персонал для подобного.

Потому о вторжении сил одного государства на территорию другого жители и правительство последнего обычно узнавали, когда к ним на высокую орбиту ложились звездолеты нападающих.

И затем флот противника мог передвигаться от планеты к планете, пока хитроумие обороняющихся не раскрывало планы их оппонентов.

И тогда