Гранд-адмирал. Том шестой - Илья Сергеевич Модус

джедаев на службу. Один из сторонников джедаев, мастер Умакк рассылал воззвание…

— Я его видела, — сказала та, шевельнув пальцами и пламя на ее руке обрело вид мон-каламари. — Я не высказывала желания сотрудничать с кем-то. У меня есть свои интересы. И интересы моего народа. Сомневаюсь, что они совпадают с намерениями главкома Доминиона.

— Магистр Винду так не думает, — ляпнул Скорч.

На этот раз на безмятежном лице Аурелии появилось нескрываемое удивление от услышанного.

— Как интересно, — произнесла он. — Винду жив?

— И здоров, мэм, — подтвердил Босс. — Он разговаривал лично со мной перед отлетом. Сказал, что если вы не поверите нам, то стоит сказать вам то, что освежит вашу память.

В голубых глазах блеснула сталь.

— Так и сказал?

— Да, мэм. А еще произнес: «Тьма не отступила. Тени всегда были против Тьмы. Теням пора вернуться».

Джедай не сказала ни слова, но черты ее миловидного, больше похожего на подростковое, лица, словно заострились.

— Ну надо же, — хмыкнула она. — Похоже мастер «Уязвимой точки», проглядевший опасность под самым носом, решил нажать на больное. Впрочем, он как и всегда, слишком самоуверен, если думает, что старые обеты для меня что-то значат.

— Кто-нибудь вообще понимает, что происходит? — тихо спросил Скорч. — Сержант, если тебя еще что-то просили ей передать, можно это сделать так, чтобы она не бесилась? Я еще пожить хочу.

Сефи бросила взгляд на подрывника, и снова посмотрела на Босса.

Её взгляд оставался холодным и пристальным, будто она пыталась заглянуть под его черепушку.

Неприятное впечатление.

— Припоминаю вас, ребята. Ты, видимо, Главный — она указала пальцем свободной руки на Босса.

— А ты Огарок, ты Исправляльщик, и последний это Седьмой, — тонкий палец с алым лаком ткнул сперва в Скорча, затем в Фиксера, и в ТНХ-033.

Босс даже растерялся на мгновение.

А ведь говорили, что у джедаев отличная память, так какого хатта она коверкает их имена⁈

А потом до него дошло.

Ну да, он не «Альфа» и не «Нуль», чтобы быть гением.

Простой вояка.

Просто чуть умнее пехотинца.

Ну, не совсем «чуть», конечно…

— Я — Босс, мэм, — произнес он, после чего представил правильным образом членов своего старого отряда. — Четвертый боец — это ТНХ-0333, сержант, влившийся в отряд после потери Сева на Кашиике в конце Войн Клонов. Надеюсь, проверку на «вшивость» мы прошли?

Коммандос заметил, как пальцы женщины сильнее сжались на рукояти меча, когда он сразу не назвал Сева, но расслабились, когда сержант объяснил судьбу пропавшего товарища.

Но на ТНХ-0333 она смотрела с подозрением.

— Мы доверяем ему как самим себе, мэм, — уточнил Босс.

— Рада за вас, — сказала сефи. — Для меня доверие имеет намного большую ценность.

И вот прям обязательно говорить об этом здесь и сейчас⁈

— Мэм, — подал голос Скорч. — А вы еще жарите мясо нерфа по тому рецепту? С кореллианскими специями, вымоченное в синем молоке…

— Эм… А что?

— Просто спросил. Кушать очень хочется.

Огонь на руке Мейлис погас, а сама она прикрыла улыбку ладонью.

Но уже через секунду, когда она одним прыжком приземлилась перед клонами, сефи уже была сама серьезность.

— Что ж, вижу вы в самом деле те, за кого себя выдаете, — произнесла она, еще раз посмотрев на клонов.

— Разве вам не сложно отличать нас? — удивился ТНХ-0333.

— Мы же клоны, — напомнил Фиксер.

— На лицо может быть и одинаковы, — согласилась Мейлис, кивнув в сторону второго сержанта. — Ну, кроме этого. Но в Силе каждый из вас немного отличается от остальных. Опять же, кроме Тридцать Третьего. Он сильнее выделяется на вашем общем фоне.

— Показушник, — обиделся в шутку Скорч.

— Итак, вы на станции только, чтобы найти меня? — уточнила мастер-джедай, не выпуская из рук своего меча.

— Нет, мэм. Основную миссию мы выполнили раньше, — сказал Босс, не вдаваясь в подробности.

То, что у них есть общее прошлое еще не значит, что можно разбалтывать секретную информацию.

— Понимаю, — кивнула та. — У меня тоже есть задание. Не против помочь старой боевой подруге?

— Хотел бы я быть таким же «старым», — проворчал Скорч.

— О, да ты кроме шуток научился еще и комплементы делать, — улыбнулась сефи. — А любовь ко взрывам не прошла, а, Скорч?

— Никак нет, мэм, — ответил тот. — Я живу в надежде, что под старость лет, когда мои суставы поработит артрит, а информационный порт я буду путать с силовым, то уж точно умру в самом красивом в своей жизни взрыве, какой только смогу устроить.

— Как трогательно, — флегматично произнесла сефи. — Тогда, Босс, как насчет того, чтобы заработать немного доверия перед переговорами с вашим начальством и помочь мне взорвать эту базу?

«Шаб!», — выругался про себя командир «дельт». — «Это задание явно не будет простым».

А, с другой стороны, им приказано доставить информацию и мастера-джедая Мейлис.

О том, что топливозаправочная станция должна уцелеть, никто и слова не сказал.

Интерлюдия III

Адмирал Добраму любовался результатами своих кропотливых трудов.

Только идиоты тратят время на наземные сражения, когда в их руках вся мощь орбитальной группировки.

И звездный суперразрушитель.

И кое-что из запрещенных средств войны.

Хотя, надо признать, он долгое время потратил на то, чтобы подавить средства ПВО и ПКО, не раз высаживал десанты для захвата плацдармов.

И каждый рад полковник Йоханс и его «Адские Молоты» оправдывали свое название, срывая высадку и уничтожая десант.

Сколько бы их баз и городов не было стерто с лица земли — они все равно продолжали действовать Акрею на нервы.

Мало того — они умудрились разрушить три его звездных разрушителя — наличие на Бринтуине планетарных турболазеров стало для него (как и для разведки) полнейшей неожиданностью.

И ладно бы это были ионные пушки — после их выстрелов можно привести корабль в порядок.

Но планетарные турболазеры… в рука опытных расчетов… да еще и с явным использование погодных спутников в качестве средств телеметрии.

Три точных попадания в надстройки и вместо трех звездных разрушителей у Добраму остались лишь обезображенные корпуса, расстрелянные до состояния «в решето» уже через минуту после потери командных башен.

Сейчас эти звездолеты эвакуированы и брошены за дальней орбитой Бринтуина — спасать их не имеет никакого смысла, потому что проще построить новые звездные разрушители.

А ремонтировать эти…

Почти полная переделка внутренностей, выпотрошенных «Адскими Молотами»…

Нет, к хатту.

Акрей отвел свои корабли за пределы поражения планетарной артиллерии, потеряв уничтоженными еще два звездных разрушителя и немалое количество авиации.

Семь легионов штурмовиков сложили свои головы на Бринтуине в попытке завоевать планету.

Про пилотов и МЛА адмирал предпочитал не вспоминать.

Он не позволил бы какому-то там мазутному червю с поверхности урвать у него триумф.

Акрей Добраму придумал превосходный план, реализовать который он сумел благодаря беспринципным торговцам с черного рынка.

И собственной тактической смекалке — он пожертвовал еще одним крейсером, но доставил свой груз на планету.

И он победил «Адских Молотов».

Одним приказом.

Который, естественно, заставил его врагов «гореть» от бессильной ярости и отчаяния — единственные возможные реакции на его действия.

Но кому какое дело до древних законов, когда требуется выполнить приказ самого Императора⁈

Здесь все средства хороши.

Чем нагляднее показательная казнь, тем меньше идиотов будут задумываться над тем, чтобы идти поперек воли Императора.

Чем больше умрет предателей, тем меньше их останется.

Тем лучше будет Империи, в которой каждый будет знать — одно слово поперек воли Императора и твоя планета будет уничтожена.

Сквозь мысли о триумфе, до него донеслись торопливые шажки, цокот каблуков форменной обуви по металлу центрального прохода.

И, кажется, он догадывался, кто пришел.

Но даже это не оторвало его от любования очередными вспышками в облаках Бринтуина.

— Адмирал Добраму! — голос агента Элизабет Лор буквально лучился от гнева и растерянности. — Потрудитесь объяснить свои действия!

Акрей вальяжно развернулся на каблуках, встретившись с разъяренным взором агента возрожденного Убиктората.

— Какие-то проблемы, агент? — поинтересовался он скучающим голосом, демонстрируя полное пренебрежение к собеседнице.

— Какие-то⁉ — вспыхнула та, в бессильной ярости сжав руки в кулак и пытаясь прожечь адмирала взглядом. — Какие-то⁈ Вы…

— Кажется, — елейным тоном произнес он, улыбаясь, — у вас нет слов, агент Лор, не так ли?

— Да вы просто…!!!

— Ну-ну-ну, вижу эмоции захлестывают вас, — продолжал улыбаться Добраму,