За тебя, Родина! - Илья83

— Что? — удивился Шольке, с недоумением глядя на него. — К телефону? Кто?

— Скоро сам узнаешь… — отмахнулся тот, кусая губы и отворачиваясь. — Наверное, что-то важное, мне не сказали.

Вздохнув и пожав плечами Гюнтер сошёл с крыльца и направился за Роске в сторону штаба. Интересно, кому он понадобился? И зачем? Можно было бы погадать но похмелье путало мысли, да к тому же совсем скоро Шольке и так всё узнает.

Зайдя в знакомый кабинет он увидел лежащую на столе снятую телефонную трубку и, усевшись на удобное кресло, взял её в руку, дождавшись когда непонятно чему ухмыляющийся унтершарфюрер закроет дверь. Приложил её к уху и хрипло сказал:

— Оберштурмфюрер СС Шольке у телефона! С кем я разговариваю?

— Ну наконец-то, Гюнтер! Почему так долго? — раздался весёлый голос фрау Грубер. — Я уж думала тебя всё ещё не выпустили!

— Ханна⁈ — поразился он, не ожидая этого. — Вот так сюрприз…

— Надеюсь, приятный? — рассмеялась та. — И что у тебя с голосом?

Шольке откашлялся, с неудовольствием ощутив что последствия пьянки всё ещё дают о себе знать.

— Конечно, приятный! — искренне заверил Гюнтер, расслабленно откидываясь на спинку мягкого кресла. — А голос… Да так, слегка простудился.

— Не вздумать заболеть! — озаботилась чиновница. — Иначе я твоей Лауре устрою! Куда она смотрит вообще? А ещё медсестра!

— Успокойся, это не болезнь, а так… ерунда! — махнул рукой Шольке, забыв что женщина этого не видит. — Пользуясь случаем хочу передать тебе и Еве огромное спасибо! Даже не представляю что бы я без вас делал! Наверное, уже был бы мёртв и лежал в земле. Честно говоря, я не ожидал что вы сможете уговорить фюрера, учитывая нашу с ним последнюю встречу. Но вы умудрились это сделать, так что снимаю перед вами шляпу! Точнее, шлем… или фуражку, на ваш выбор! — улыбнулся он.

— Я бы предпочла брюки… — понизив голос, призналась Ханна, от чего член Гюнтера тут же встрепенулся. — Но благодарность принимаю, и обязательно передам Еве так как во многом это именно её заслуга. Хотя и я тоже поучаствовала, не скрою. И это было нелегко, поверь! Так что ты у нас в долгу! Между прочим у меня уже во второй раз! — заговорщицки добавила она.

— Охотно верю и готов выполнить любое ваше желание! — усмехнулся Гюнтер, Ханна в своём репертуаре. — А у тебя их уже два. Конечно, в разумных пределах! — спохватился он. Мало ли что взбредёт в голову этой развратнице…

— Хм… Знаешь, я пока не буду говорить, как и тогда! — ответила фрау Грубер. — Пусть, как и первое, останется в запасе!

— Ханна, я уже боюсь к тебе обращаться… — рассмеялся Шольке, качая головой. — Скоро буду весь опутан долгами. Кстати, ты позвонила просто так или по делу? Вообще-то это служебный телефон самого Дитриха.

— Ничего страшного, он не обидится! — сказала Ханна и Гюнтер услышал как она приказала кому-то в сторону: — Да, Клара, пусть он зайдёт через две минуты… так, о чём я? Ах да! Я позвонила чтобы узнать о том выпустили ли тебя а также заставить мучиться от любопытства!

— В каком смысле? — не понял Шольке.

— В прямом! Мы с Евой готовим для тебя сюрприз, так что в скором времени… не знаю точно когда но в течении пары недель… ты очень удивишься! — по голосу было ясно что женщина в отличном настроении.

Гюнтер закрыл лицо рукой.

— Ханна, ты опять хочешь поставить меня перед фактом как тогда на стадионе? — поинтересовался он. — Ты помнишь чем всё закончилось для тебя?

— Конечно, помню! И мне очень понравилось! — тут же горячо заверила чиновница.

Шольке тяжело вздохнул, не зная злиться или смеяться. Вот как отучить её это делать если наказание превращается в удовольствие? Придумать что-то совсем уж этакое? Потому что если спустить, то эта замужняя шлюшка не угомонится, так и будет фонтанировать идеями на его счёт.

— Что за сюрприз? — спросил он без всякой надежды. — Скажи, чтобы я хоть подготовился и написал заранее завещание.

— Оно не понадобится, обещаю! — в трубке снова раздался радостный смех женщины. Она определённо была очень довольна собой. — От тебя требуется просто оставаться в живых, остальное моя… то есть, наша с Евой забота!

— Вот это меня и беспокоит… — печальным голосом ответил Гюнтер. — Если уж ты одна такое придумала то мне даже страшно подумать что будет если вы с Евой объединитесь.

— Милый, тебе понравится, точно говорю! — снова «успокоила» его Ханна. — Но пока больше ничего не могу сказать, секрет! Всё, дорогой, мне пора работать! Горячо целую тебя и ЕГО! Пока-пока! — и положила трубку.

— Мда… — только и смог сказать Шольке, тоже опустив трубку.

Что ж, он знает Ханну, так что следует заранее быть готовым ко всему. Хотя велика вероятность что подготовка не поможет и он снова окажется вынужден реагировать на ходу. Ох уж эта фрау Грубер, чтоб её раком!.. Ладно, время есть, сейчас от него в этом деле всё равно ничего не зависит так что следует заняться тем что можно, а именно — делами своего подразделения! Но сначала ещё пару часов вздремнуть, иначе так и будет ходить как полузомби…

Москва.

20 мая 1940 года. Полдень.

Наринэ Маргарян.

— Проходите, товарищ Маргарян, проходите! — пригласил её в свой кабинет начальник клиники Рубинштейн.

Сегодня Натан Иванович с утра был какой-то немного нервный и, похоже, растерянный. Глядя на неё он несколько раз тяжело вздыхал, порывался что-то сказать, но в последний момент терялся и проходил мимо. Сначала Наринэ удивилась и даже встревожилась но потом рабочая рутина закружила женщину и она забыла про странное поведение начальника. Но после нескольких часов колебаний Рубинштейн, видимо, решил больше не тянуть резину и сказать то что собирался…

— Наринэ Артуровна! — начал он, усевшись за свой стол и взволнованно потирая руки. — Сразу хочу сказать что я вас очень ценю и ни за что бы не расстался с вами, но… то есть, я хотел сказать… в общем, даже не знаю как вас обрадовать… или огорчить… — тут начальник окончательно сбился и как-то беспомощно посмотрел на неё.

Наринэ мягко улыбнулась и решила