Военное искусство. Опыт величайшего полководца - Наполеон Бонапарт

«Александр Великий. Его пути». Карта из «Военной энциклопедии» (СПб., 1911–1915)

В 331 г. он снова перешел через пустыню, расположился в Тире, вступил в Дамаск, перешел Евфрат и Тигр и на Арбельских полях разбил Дария, который вышел ему навстречу с армией еще более многочисленной, чем на Иссе; Вавилон открыл перед ним свои ворота.

В 330 г. он форсировал ущелье перед Сузою и овладел этим городом, Персеполем и Пасаргадою, где находилась гробница Кира. В 329 г. он снова пошел на север, взял Экбатану и распространил свои завоевания до Каспийского моря, наказав Бесса, подлого убийцу Дария; он проник в Скифию и нанес поражение скифам. В этот поход он опозорил столько побед убийством Пармениона. В 328 г. он форсировал Оке и, присоединив к себе 16 тысяч новобранцев, прибывших из Македонии, покорил соседние народы. В этом году он собственной рукой убил Клита и потребовал от македонян божеских почестей, от воздаяния которых они отказались; в 327 г. он переправился через Инд, победил в сражении Пора, взял его в плен, но обошелся с ним как с царем. Он намерен был переправиться через Ганг, но войско отказалось от этого.

В 326 г. он посадил часть своей армии на 800 судов и поплыл вниз по Инду; достигнув океана, направил Неарха с флотом вдоль берегов Индийского моря к Евфрату. В 325 г. он перешел в 60 дней пустыню Гедрозии, вступил в Караманию, последовательно возвратился в Пасаргаду, Персеполь и Сузу и вступил в брак с Статирою, дочерью Дария. В 324 г. он снова направился на север и, пройдя Экбатану, закончил свою жизнь в Вавилоне, где умер от яда.

Его способ ведения войны был методическим и заслуживает величайших похвал. Ни один из его обозов не был перехвачен. Войско его возрастало по мере движения вперед; всего слабее было оно при Гранике, то есть в начале похода; на Инде оно было уже втрое сильнее, не считая отрядов, оставшихся в покоренных провинциях под командованием губернаторов и состоявших либо из македонян-инвалидов или утомленных походами, либо из греческих наемных войск, бывших на службе у сатрапов, либо, наконец, из иностранцев, живших среди туземцев этих стран. Александр заслуживает той славы, которой пользовался столько веков у всех народов. Но что, если бы он потерпел поражение при Иссе, где Дарий находился на его пути отступления, примыкая левым крылом к горам, а правым к морю, между тем как македоняне примкнули справа к горам, слева к морю, а тылом к Киликийским ущельям? Что, если бы Александр был разбит при Арбеллах, где Тигр, Евфрат и пустыня находились у него в тылу, на расстоянии 900 лье от Македонии, без укрепленных пунктов? Что, если бы он был разбит Пором, имея в тылу реку Инд?

В 218 г. до Р. Х. Ганнибал выступил из Карфагена, перешел Эбро и незнакомые карфагенянам Пиренеи; потом – Рону, Альпы и в первом своем походе стал твердою ногою посреди цизальпинских галлов, постоянных неприятелей, иногда победителей римского народа, чаще побежденных, но никогда не покоренных им.

«Победоносный Ганнибал впервые устремляет взор на Италию с высоты Альпийских гор». Фрагмент картины Ф. Гойи, ок. 1770 г.

Не более как в шесть месяцев прошел он 400 лье, не оставив в тылу ни одного гарнизона и не учредив ни одного складочного пункта. Он не сохранил коммуникаций ни с Испанией, ни с Карфагеном, с которым только после сражения при Тразимене установил сообщение через Адриатическое море. Никогда никто не приводил в исполнение такого великого, такого обширного плана! Экспедиция Александра была гораздо менее смелой и гораздо более легкой; она имела гораздо больше шансов на успех. Однако эта наступательная война велась методически. Жители Цизальпинской Галии, Милана и Болоньи сделались для Ганнибала карфагенянами. Если бы он оставлял на пути крепости и складочные пункты, то ослабил бы себя, поставил бы под угрозу успех своего предприятия и стал бы уязвим повсюду.

В следующем году он перешел Апеннины, разбил римскую армию в Тразименском сражении, обошел Рим и, достигнув нижних берегов Адриатического моря, открыл сообщение с Карфагеном.

В 216 г. 80 000 римлян атаковали Ганнибала и были им разбиты при Каннах; если б победитель преследовал остатки неприятельского войска, то через шесть дней вступил бы в Рим и Карфаген, сделался бы властелином мира! Все же последствия битвы при Каннах были огромны: Капуя отворила свои ворота, все греческие колонии и множество городов Нижней Италии перешли на сторону Ганнибала и отложились от Рима.

Ганнибал следовал правилу: держать свои войска сосредоточенными; занимать гарнизоном один только укрепленный пункт, где находились заложники, военные машины, знатные пленные и больные, полагаясь в отношении охраны коммуникаций на верность союзников. Он продержался целых 16 лет в Италии, не получая подкреплений из Карфагена, и эвакуировал ее только по приказу своего правительства, поспешив на спасение отечества; счастье изменило ему при Заме, и Карфаген перестал существовать. Но если бы он был разбит при Треббии, при Тразименском озере или при Каннах, то не мог бы подвергнуться большим несчастьям, чем те, которые претерпел после битвы при Заме; понеся поражение под самыми стенами столицы, он все же не смог спасти свое войско от полного уничтожения.

Цезарю был 41 год от роду, когда он, в 58 г. до Р. Х., через 140 лет после Ганнибала, предпринял первую свою кампанию: гельветы, в числе 300 тысяч, покинули свою страну, чтобы переселиться на берега океана. Из них 90 тысяч были вооружены. Они вступили в Бургундию. Жители Отэна призвали на помощь Цезаря. Он выступил из Вьенны – крепости в римских владениях, – двинулся вверх по Роне, перешел Сону у Шалона, настиг гельветское войско в одном переходе от Отэна и после упорного сопротивления разбил его. Принудив гельветов воротиться в свои горы, он переправился обратно через Сону, овладел Безансоном и перешел через Юру, чтобы остановить Ариовиста. Он встретил его в нескольких переходах от Рейна и отбросил за реку. Это поле сражения находилось в 90 лье от Вьенны, а поле сражения с гельветами – в 70-ти. В продолжение этого похода он постоянно держал в совокупности шесть легионов, составлявших его войско, предоставляя союзникам охранять его коммуникации; у Цезаря всегда имелся запас продовольствия: на месяц в лагере и еще на один месяц – в крепости, где, по примеру Ганнибала, он держал заложников и размещал