Фантастика 2025-129 - Денис Старый

Ситуация, мягко говоря, напряжённая. Сейчас и так проблем навалом, так ещё и Акихибэ Шотаро, судя по всему, догадался, что его болезнь не могла пройти сама по себе.

Я, конечно, озаботился о том, чтобы все подозрения пали на реабилитацию. Якобы Акихибэ настолько старательно тренировал тело и нервную систему, что в результате кора его головного мозга смогла взять на себя функции повреждённых отделов.

Но судя по всему, этого оказалось мало.

— Ну, поведайте мне, Акихибэ-сан, в чём же вы меня подозреваете? — сразу же перешёл к делу я.

Посмотрим, что он мне ответит. Если что, попробую его переубедить. Не получится — придётся опять пользоваться «харизмой». Хотя её запасы тоже не безграничны. Я слишком много раз пользовался ей, пока общался с членами якудзы. Имеет смысл решить проблему своими силами, без магии.

— Кацураги-сан, с одной стороны, ваши методы мне нравятся, — произнёс Акихибэ Шотаро. — Но, с другой… На вашем месте я бы отнёсся к уринотерапии гораздо жёстче.

— Эм… Простите, можете, пожалуйста, повторить? — оторопел я.

— Я про Хибари Котэцу. Думали, я не узнаю, что он практикует в стенах моей клиники уринотерапию? Вы всего лишь лишили его премии, хотя на деле было бы неплохо и вовсе его уволить после такой выходки. И занести в его личное дело выговор, — заявил Акихибэ Шотаро.

Ах, так вот в чём дело…

Я с облегчением выдохнул. Разговор, как оказалось, вообще не о моих способностях. Всё-таки Акихибэ купился на придуманную мной легенду о чудодейственной реабилитации. На самом-то деле вопрос поднят на тему работы нашего гомеопата.

— В тот момент, когда всё это вскрылось, Акихибэ-сан, вы находились на больничном, — ответил я. — Хотя даже если бы вы были на рабочем месте, я бы не стал доносить вам о том, что натворил Хибари Котэцу.

— Да? — вскинул брови он. — И почему же? По-моему, он заслужил более суровое наказание.

— Во-первых, я не хочу устраивать тиранию в своём отделении. Хибари-сан и так часто практикует спорные методики, доказательств работоспособности которых не существует, но ему в этом никто не препятствует. А всё почему?

— Потому что он близко знаком с генеральным директором «Ямамото-Фарм», — вздохнул Акихибэ Шотаро. — Ну и что с того? Я бы нашёл способ объяснить Ямамото-сан, почему мы уволили его друга. Думаю, он бы понял.

— А зачем вам лишние проблемы? — пожал плечами я. — Хибари-сан терапевт толковый. И пациенты его любят. Просто он уж очень склонен рисковать и назначать сомнительные препараты. Однако мы с ним провели очень подробный разбор полётов. Думаю, он заслуживает ещё один шанс.

— Хм, — Акихибэ Шотаро коротко усмехнулся. — Вижу, вы за своё отделение горой стоите. Наверное, это к лучшему. Не хочу сказать, что Ватанабэ-сан был хуже вас, но он бы уже давно прибежал в мой кабинет, чтобы прокричаться и нажаловаться на всех, кто его не устраивает. С вами в этом плане гораздо проще. Вы меня сильно разгружаете, Кацураги-сан.

— Я прекрасно понимаю, сколько у вас работы, — сказал я. — Поэтому стараюсь не докучать лишними проблемами Эитиро-сан и вам. Смысл доносить на других сотрудников, если я и сам могу с ними разобраться? И на мой взгляд, тем более не стоит доводить эту информацию аж до генерального директора корпорации.

— Ваша правда, Кацураги-сан! — окончательно согласился Акихибэ Шотаро. — Однако с этого момента можете обращаться за помощью и почаще. Как видите, после того приступа мне стало гораздо лучше. Я и двигаюсь быстрее, и голова лучше стала соображать. Так что теперь у меня появится намного больше свободного времени, чем прежде!

— Рад, что вы пошли на поправку, Акихибэ-сан, — улыбнулся я.

Уж он-то точно заслужил это. Хороший главный врач и просто сильный человек с несокрушимой волей. Думаю, нетрудно поверить, что он и вправду добился таких результатов только за счёт реабилитации и ежедневных тренировок.

А я со своей магией лучше останусь в тени. Всё-таки лечением людей я занимаюсь не ради славы и похвалы.

— На самом деле, мне всё это кажется каким-то чудом, Кацураги-сан, — неожиданно произнёс Акихибэ. — Мне ведь стало гораздо хуже. А потом появились вы, и буквально на следующей день я встал на ноги. Вы там случайно ничего мне не вкололи? Может, вы скрываете от меня какой-нибудь новый препарат? Я ведь знаю, что вы с Окабэ Акирой работаете над каким-то секретным проектом «ВОЗ».

— Не было никакого препарата, Акихибэ-сан, — ответил я. — Чудо — это то, с каким рвением вы преодолели возможности своего организма.

Ложь во благо. На самом деле, очевидно, одной лишь реабилитацией Акихибэ-сан бы никогда не отделался. Уж слишком обширное поражение у него было.

Однако на этом наш разговор был завершён. Я отстоял право Хибари Котэцу поработать в нашей клиники ещё немного — до первой ошибки. А заодно укоренил в голове Акихибэ мысль о том, что никакого чуда в его спасении нет.

Из кабинета главного врача я направился сразу же в приёмное отделение. Работа закипела. Почему-то именно в Золотую неделю пациентов оказалось гораздо больше, чем обычно.

Однако один из них решил породить особо много проблем. Ближе к восьми вечера в приёмник поступил пожилой мужчина с высоким артериальным давлением. Оно уже успело превысить отметку в сто восемьдесят на сто.

— Тут без вариантов, госпитализируем, — сказал я дежурной медсестре, чтобы она начала готовить направление и стандартный шаблон истории болезни.

— Не понял, это что же получается? — потирая больные виски, проворчал старик. — Мной какой-то молодняк будет заниматься? А нормальные врачи у вас есть? Или они на вас скинули все выходные дежурства?

О-о, отличное начало разговора. Я уже предвкушаю, как этот старик растреплет нервы всем сотрудникам терапевтического отделения.

Однако спорить с ним лишний раз не стоит. По-хорошему дать бы ему подзатыльник, хотя бы словесно. Но любой стресс может увеличить его давление. Так, придётся набраться терпения. Как говорится в основах деонтологии, пациент может вести себя неадекватно из-за самого факта наличия болезни. Поэтому к таким людям нужно относиться с пониманием.

— Назовите, пожалуйста, своё имя, — проигнорировав его беспочвенное замечание, попросил я.

— Я вам, вообще-то, вопрос задал, юноша! — продолжил напирать он. — Меня здесь будут лечить или нет? Кто мой лечащий врач?

Мне даже пришлось магией снизить ему давление, поскольку он уже начал перегибать