Звено цепи - Маргарита Гуминенко

— Ничего! — Аршинов выдохнул в досаде. — Пришлось импровизировать. Вышел, поднялся следом, сказал, что узнал о заметке в интернете и приехал поговорить. Всё равно не понимаю: откуда там взялся этот ствол?! Ну откуда?!

— Надо что-то делать, — напомнила женщина, сворачивая от моста на набережную.

— Куда мы едем? — спросил Аршинов, заметив наконец, что они двигаются совсем не в том направлении, в котором он ожидал.

— В укромное место, — уклончиво ответила женщина. — Так что теперь делать?

— А я знаю? Не надо было меня вытаскивать! — возмутился он. — Придумал бы я что-нибудь с этим тт-шником! Ты понимаешь, Марго, они сами бродят вслепую! Ты надеялась, что с их помощью можно узнать имена, хотя бы примерное направление — но они ничего не знают! Или меня не посвятили… Кого нам теперь искать? Столько трудов — и всё псу под хвост…

Она остановила машину у арки старого дома. Он посмотрел на неё и сморгнул. Зрение всё ещё подводило.

— Где искать этого "доброго человека", который помог журналистам выйти на объект? — спросил он, хотя на ответ не рассчитывал. — Мы только имя его знаем, да и то, мне кажется, что это — не имя… Слушай, Марго! У меня башка раскалывается! Может, поговорим утром?

— Как скажешь, — согласилась она.

Потом с глазами Аршинова что-то произошло. Женщина, машина, фонари — всё начало расплываться, погружаясь во тьму…

* * *

— Всё! — Людмила Кирилловна отодвинулась от пульта и набрала команду на сброс программы. — Глубокая фаза сна. Больше ничего не добьёшься!

— Этого вполне достаточно, — задумчиво проговорил Сокольский и выглянул через раскрытую дверь в соседнюю комнату. — Матвей! Как у тебя?

Киппари показал большой палец. Вид у него был довольный.

— Что будешь делать? — спросила тётя Люся, со свойственным ей любопытством глядя на полковника. — Кстати, как ты догадался, что нужно подсунуть ему образ Рауш, а не Курковой?

— Отвечая на детекторе, он оговорился и сказал "Марго" вместо "Зоя", — пояснил Сокольский. — Гаврилов говорил о наёмном киллере из полиции. Его подельник, покойный Артур Переверзев, пользовался услугами Рауш. Я рискнул предположить, что речь идёт о ней.

— Это могла быть другая Марго, — заметила Бердникова. — Тогда ничего бы не получилось.

— Пришлось рискнуть, — признался Сокольский, после чего встал со стула. — Примите мой комплимент! Вы быстро освоились с машинкой наших Вершителей.

— Аршинов принадлежит к числу легко убеждаемых людей, — отмахнулась тётя Люся. — И скажи спасибо Марусину, что он отдал мне это устройство.

— Скажу! — пообещал Сокольский и позвал охранников. — Переправьте парня в палату и сообщите, как только он придёт в себя.

Выходя, он бросил короткий взгляд на распростёртое под сканером тело Вовы Аршинова и подумал: "Осталось лишь совместить все части головоломки и узнать у госпожи Рауш, какого звена недостаёт"…

Глава шестая. Шоковая терапия

Александр Павлович поймал себя на том, что наблюдает за Леной. Высокая, всё ещё стройная, с тугой "шишкой" поседевших волос на затылке, она сновала от стола к плите. Тонкая рука Лены держала ложку на длинной ручке, изламывалась над кастрюлькой и становилась похожа на лапку насекомого. Что-то нервное владело каждым её жестом. Голова на длинной шее покачивалась в такт мыслям. Сейчас, когда двоюродная сестра не куталась в шаль, прямые плечи её ещё больше усиливали впечатление, будто смотрел он не на женщину, а на златоглазку. Зеленоватый абажур добавлял впечатления и не хватало лишь прозрачно-радужных крылышек за спиной…

Мегавой коснулся рукой лба, потом решительно встал с диванчика и направился к двери на веранду.

— Холодно сегодня, — сказала Лена не оборачиваясь. — Если хочешь покурить, можно открыть форточку.

— Ничего… — ответил Александр Павлович. — Я просто подышу.

Он вышел и затворил за собой дверь. На узорно застеклённой, высокой веранде, действительно было холодно. Снаружи наступали ранние сумерки. Голые деревья закрывали от взгляда изгородь и дорогу, но можно было разглядеть палисадник. Темнели головки засохших цветов, неопрятным веником торчал куст садовой пижмы.

"Что я тут делаю? — в который раз спросил себя Мегавой. — Может, это было ошибкой — соглашаться на предложение Сокольского? Или он пошутил, для каких-то своих собственных целей отправив меня именно сюда?"

Старинный дом в Лужково нравился Саше Мегавому, пока он был мальчиком и гостил тут. Он играл с Леной, воображал себя её защитником, потом сбегал на речку с окрестными ребятишками, потому что это было интереснее, чем возиться с девчонкой младше себя на несколько лет. Что он знал о Лене? Она выросла и стала неплохой женой его другу, покойному Нату Астафееву, общалась с Раей — женой Мегавого. Он даже не потрудился спросить её мнения: почему, прожив двадцать лет вместе, они с Натом вдруг решили развестись? Только из-за молодой любовницы? У них ведь даже детей не было. Впрочем, как и у него самого. Рая в молодости перенесла неудачный аборт и вторично забеременеть не смогла, несмотря на всё лечение.

— Саша! — Елена Макаровна вышла из кухни на веранду, кутаясь в шаль. — Здесь холодно, а ты недавно болел.

— Это была не простуда, — неожиданно жёстко напомнил он, нехорошим словом помянув Сокольского. Подставил же с этой "белой горячкой"!

— Извини, — отступилась она. — Я просто хотела сказать: Наташенька… Помнишь Наташеньку? Так вот, она приглашает в субботу на вечеринку, в город. Они откупили ресторан, пригласили всех самых близких друзей. Нас тоже.

Мегавому идея совершенно не понравилась. Повод для отказа был, поэтому он ответил:

— Ты же знаешь, доктор посоветовал подобных мероприятий не посещать. — Он виновато улыбнулся. — Придётся тебе одной ехать. Повеселишься за двоих.

Елена Макаровна подошла и положила руку с тонкими пальцами на его запястье.

— Сашенька! Я же вижу, тебе надо отвлечься. Ты слишком сильно коришь себя за случившееся. Каждый человек может однажды сорваться, тем более, у тебя был повод. Я предупредила, что ты у нас непьющий.

"Только этого не хватало! — мысленно взмолился Мегавой. — Сколько ещё народу просклоняет эту историю?!" Наверное, в более устойчивом психическом состоянии он не обратил бы внимания, кто и что о нём думает, но сейчас возможность прослыть алкоголиком раздосадовала его не на шутку. Он хотел резко ответить, но Лена опередила его.

— Саша! Каждому человеку хочется пережить тяжёлые времена с меньшими потерями. Мы все ищем, где лучше, веселее, где нас поймут и примут. Некоторые даже сбегают из привычной обстановки и едут развеяться за тысячи километров от мест, где они родились. — Она сделала шажок и теперь стояла перед ним, заглядывая в лицо, а потом медленно и раздельно произнесла: — А бабочка Адмирал