Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

поражало. Судя по гигабайтам результатов изысканий, которые были проведены им за эти годы, он пахал, как проклятый.

— Когда он, вообще, спал-то? — удивлялся парень, листая бесконечные страницы с формулами, мириадами показателей и графиками.

Больше десяти лет, если суммировать все время работы над этой темой, старик с фантастичным занудством проводил эксперименты с активными биологическими веществами, облученными в условиях, максимально приближенных к таковым в природных геомагнитных зонах. В этом и была его основная идея: генетическая аномалия возникла вследствие долгого проживания в непосредственной близости от особых природных объектов с сильным природным излучением. Это могли быть места геологических разломов, пересечений тектонических плит, частых извержений, выбросов нефти или газов. Именно здесь обычный геомагнитный фон, так называемая природная радиоактивность, оказывалась наиболее высокой, и в тоже время «мягкой» по воздействиям. Термин «мягкий» ученый использовал, судя по его записям, в значении постепенного воздействия на живой организм.

Словом, сегодняшний маг является никем иным, как мутантом.

— Занятная мысль... Хотя, если подумать, почему бы и нет... ведь, мутация — это изменения в наследственном аппарате клетки, возникшие под воздействием каких-либо внешних или внутренних факторов.

В какой-то момент Александр устало оторвался от экрана. Ему сильно захотелось пить. Судя по всему прошло уже довольно долгое время, как он очнулся, а поесть или попить парень так и не удосужился. Увлекся.

Немного поборовшись с желанием остаться за компьютером и продолжить чтение, парень все же пересилил себя и поднялся. Вода должна была быть где-то поблизости. Не мог же ученый, чтобы утолить жажду, бегать наверх.

— Вон, кажется, — его взгляд, наконец, «зацепился» за кран в небольшой подсобке в стене. Видимо, там была небольшая сантехническая комната.

Быстро пересек лабораторию и оказался в подсобке. Нашел рядом с краном самый обыкновенный стакан, что полностью подтверждало ему недавнюю мысль — ученый именно здесь утолял жажду, когда не мог оторвать от работы.

— А это еще что такое? — напившись, Александр обратив внимание на два герметичных бокса с датчиками температуры. Судя по последним там поддерживалась отрицательная температура. — Новые образцы?

Решив полюбопытствовав, нажал на панели управлению необходимую комбинацию. Крышка тут же с шипением пошла вверх, выбрасывая в воздух облачко холодного воздуха.

— Вот же, б...ь! — он едва не свалился. Пришлось вцепиться в край этого самого бокса, лишь поэтому устоял. — Твари! Проклятые твари! Что же вы за изверги такие?!

Прямо на него смотрело покрывшееся инеем обледенелое лицо матери.

Вот тут то у него, словно пелена с глаз спала. Воспоминания о последних днях, что были скрыты от него после нападения бандитов, хлынули сплошным потоком. Он вспомнил и пытки, и свою попытку отбиться, и стрельбу, и страшные хрипы матери и дяди. Ужасный коктейль из звуков, ощущений и эмоций накрыл его с головой.

— Что же вы, твари, наделали? Проклятые нелюди. Что вы никак не нажретесь? Никак не успокоитесь...

Отдохнул и хватит

-//-//-

Империю явно лихорадило. Сравнивая с живым организмом, в сети говорили о высокой температуре в отношениях между сословиями, о слабости центральной власти, о головной боли, имея ввиду нерешительность императора. Официальные СМИ, напротив, рисовали черезчур радужную картину действительности, окрашивая все в спокойные цвета. Рассказывали о невиданном единстве благородных и остальных сословий, о невероятном расцвете имперской промышленности, о всеобщей любви к императору.

Правда, истина, как это бывает, находилась где-то посередине, не склоняясь ни к одному из полюсов. Если водном все бурлило и развивалось, то в другом едва на ладан дышало.

Неплохо обстояли дела в экономике: ежемесячно имперские предприятия на-гора выдавали миллионы тонн промышленной продукции, товаров народного потребления, предметов роскоши, разнообразных продуктов питания. Магазины ломились от товаров самых разных категорий: от низшей категории «D» для едва сводящих концы с концами и до категории элит класса «А» для привыкших к роскоши и богатству. Развитая непроизводственная сфера предлагала самый широкий спектр услуг, способных удовлетворить самые невероятные запросы имперских поданных. Особенного расцвета достигла индустрия развлечений, превратившись в самостоятельную империю и перешагнув за все мыслимые и немыслимые границы. Человек любого статуса, знатности и толщины кошелька мог найти себе что-то по нраву, особенно в сфере секс-развлечений. Для только выбравшегося из сельскохозяйственных изолированных коммун переселенца предлагались механические гаджеты, с которыми он за копейки снимал стресс и получал удовольствие. Работяги из подземных городов по своим финансам могли уже рассчитывать на специальных программируемых кукол, которых в избытке производили предприятия группы «В». Гораздо дороже обходились живые люди — женщины или мужчины, обслуживавшие других женщин или мужчин. На вершине пирамиды развлечений располагались специально выращенные по индивидуальным предпочтениям заказчиков клоны и искусственно внедренные магами-менталистами воспоминания. Хотя последнее было доступно лишь очень богатым...

Но за завесой благополучия и сытости империя скрывала и другое, что крайне редко прорывалось наружу. Лишь в закрытых исследовательских центрах, занимающихся социотехнологиями, фиксировали крайне тревожные моменты, отголоски которых аналитики находили во многом: и в возросшем числе самоубийств среди самых широких слоев, и в росте числа банкротств в купеческом сословии, и в участившихся случаях заключения разного рода союзов между дворянскими и боярскими родами, и в бурном росте всяких общественных движений.

Не радостные сигналы шли и снизу, от той гигантской аморфной массы, которую уже давно редко кто принимал в расчет в политических раскладах. Низы, народ, общество, быдло, как бы кто не называл эту часть поданных, все чаще и чаще выражалонеудовольствием своим положением. Пусть это было еще не слишком явно и не четко выражено, но вектор уже довольно хорошо определялся — привилегированные сословия. Злость на обеспеченных и знатных все больше и больше облекалась в ненависть к одаренным, которые, собственно, большей частью и являлись наиболее богатыми и знатными.

Знаков об этом становились все многочисленнее. Социологи все чаще отмечали, что в обществе, особенно, в его маргинализированной и живущей за чертой бедности части, быстрыми темпами растет негативизм к правящему сословию. Различного рода интервью, фокус группы, проводимые с общественными активистами, культурными деятелями и разного рода лидерами мнений тоже свидетельствовали о явном нарастании социальной розни. Проявлением последнего стало быстро набиравшее популярность среди простых масс общественное движение, возлагающее всю вину за своей бедственное положение на людей, одаренных особыми способностями. У них были и другие, более известные, названия — магоненавистники, антимаги.

Первое время это движение, среди которого были и представители более обеспеченных слове, а не только городского дна, было лишь объектом интереса со стороны ученых, которые писали научные статьи