Хякки Яко (СИ) - Ступников

бы его брата скука и жажда действия, если бы Мэдока-сан не подсказал ему идею с назначением того Наставником одной из команд первого выпуска Академии. Конечно болезнь сильно ограничивала его возможности, но опыт и мастерство никуда не делись!.. И будучи честным с собой, стоило признать, что «пожертвовать» тройкой, пусть и весьма перспективных шиноби, было предпочтительней, чем разгребать весь тот бардак, что неизменно натворил бы его неугомонный, и не иначе как шуткой судьбы уродившийся старшим, брат.

Но спустя годы Тобирама вынужденно признал свою неправоту. Толи ученики Хашираме попались столь гениальные, что и в Наставнике толком не нуждались, то ли Хаширама проявил несвойственные ему ранее таланты, этого Тобирама до сих пор так и не понял, ибо дел у Каге всегда было в избытке, и довольствоваться чем-то большим, нежели просто парой строчек в отчёте, что брат и его подопечные живы и целы, он просто не мог, но ни смотря ни на что, эта команда представляла из себя более чем пристойную боевую единицу, мало чем уступающую его собственным подопечным. Что делало Хашираме честь.

Впрочем это едва ли означало, что сам Тобирама был рад узнать весть о том, что брат потащил их с собой. Да, по всем правилам и законам они не просто имели право быть здесь, но обязаны, как и всякий шиноби Листа, однако сумев избавить себя от долга следить за собственными воспитанниками, на него тут же упала новая ноша. Ведь брат ни за что не бросил бы своих учеников, не при каких обстоятельствах, а значит, чтобы оградить его буйную голову, пришлось приглядывать и за ними.

Это едва ли облегчало ему жизнь, а если говорить прямо — сжирало непозволительного много времени и внимания, которое должно было идти на вещи куда более важные и нужные. Потому визиту Хаширамы он не был раду.

— Брат! — сверкая широкой улыбкой, при этом то ли действительно не замечая его недовольство, то ли умело делая вид, поприветствовал его Хаширама, — Я думал ты закончил. Солнце уже почти зашло.

— Это лишь значит что надо разжигать светильники. Ты сам знаешь, что дел у Каге всегда больше чем хотелось бы.

— Да, прости, не хотел мешать, просто… Мне неспокойно.

— О чём это ты? — тут же насторожился Тобирама.

— Не знаю как объяснить… — старший из братьев на мгновение замолк, подбирая нужные слова, но видимо не преуспел, — Не могу объяснить, просто я постоянно ощущаю не что… странное. Всё пару раз в день, и то на долю мгновения, но… словно бы что-то мелькает в восприятии. Ты знаешь, после того как за меня взялся Тэкеши-сан, моя сенсорика, даже без использования Режима Мудреца, качественно возросла. И потому мне сложно поверить что это всё мне просто мерещится.

— Хорошо, — серьёзно кивнул младший, — Я прикажу усилить дозоры. Правда если это кто-то столь умелый, то толку от этого будет немного. А Кагуя среди нас нет, так что тебе тоже придётся быть настороже.

— Думаешь это опять наш таинственный недруг?

— Вполне может быть и так, отбрасывать этот вариант, не убедившись в обратном, мы не можем. Но всё же пока что я склоняюсь к тому, что Суна наконец сделала свой ход и заслала в глубь наших территорий своих разведчиков.

— Нет, на шиноби это мало походило, — неуверенно возразил Хаширама, но тут же просиял, — Марионетки!

— Вполне вероятно. Это многое бы объяснило.

— В таком случае скоро стоит ждать атаки?

— Если это действительно были пустынники со своими куклами, то увидев наш лагерь они должны были убедится, что здесь лишь пара тысяч шиноби. Скрывающие барьеры делали Узумаки, потому реальную нашу численность им узнать было неоткуда. Так что да. Я думаю не пройдёт и недели, как они атакуют.

— В таком случае стоит ещё раз проверить ребят, — озабоченно пробормотал бывший Хокаге, а Тобирама всё же не выдержал и спросил прямо:

— Зачем ты взял их с собой?

На несколько минут воцарилась тишина, но когда Тобирама уже подумал что брат просто предпочтёт молчание, тот всё же ответил:

— Они в любом случае должны были пойти воевать, этого я изменить не мог, да и они сами бы не пожелали иного. Так пусть хотя бы будут там, где я могу их защитить.

Говорить что ему и самому не помешает защита Тобирама не стал. Брат стойко пережил факт собственной временной недееспособности как шиноби, при том что кого другого это могло бы сломать, но он справился. Однако это не значит, что он не видел какие долгие взгляды тот порой бросает вслед бегущим по верхним путям чунинам и как по долгу засиживается на тренировочных полигонах, в надежде ускорить процесс собственного выздоровления.

— Хорошо. Только не забудь подать им пример. Всем отрокам порой свойственна излишняя бравада и самонадеянность.

— Хей! — сбросив наконец с лица угрюмую гримасу и натянув привычную и родную улыбку, воскликнул брюнет, — Мне кажется или ты сейчас говорил обо мне а не о них⁈

— Всё может быть.

* * *

— Зря мы это затеяли, — тоном приговорённого прошептал Хомура.

— Да хватит тебе ныть! — зло прошипела на него в ответ Кохару, — Если ничего не сделаем, то так до конца войны и будем в дозорах ходить!

— И чем это плохо? Дело полезное, нужное и нам на пользу. Стольких рейдеров и диверсантов переловили, что в пору заявку на перевод в отряд Ойнинов подавать.

Девушка уже хотела возразить, и явно весьма бурно, но заговорить ей не дал третий в их дивной компании:

— Ни чем не плохо, но мы можем больше. На фронте наши навыки будут куда полезнее!

— Было бы так и Тэкеши-доно давно бы перевёл нас туда.

— Он просто опекает нас по просьбе Сенсея! Как ты не понимаешь⁈ — вновь взвилась девица, — Они все видят в нас детей, и если мы и дальше будем молчать в тряпочку то ни чего не изменится!

— В любом случае что-либо менять уже поздно, — подытожил Хирузен когда из-за очередного поворота им показалась массивная дверь, выкрашенная в мягкий лазурный цвет, — Мы пришли.

Это действительно было так. Именно здесь располагался временный рабочий кабинет Тэкеши Кагуя. При этом ни охраны, ни почётного караула тут не было и в помине. Те из Клана Повелителей Костей, с кем Хирузен успел свести знакомство за эти месяцы, нередко шутили на этот счёт, что мол, это их Глава приставлен к армии чтобы её охранять, а не наоборот. И сам Наследник Сарутоби признавал, что в этой шутке была доля шутки. Весьма малая, если уж на то пошло.

Сам Хирузен не безосновательно считал себя сильным шиноби. Во всём их выпуске с ним могло сравниться от силы пара человек, среди которых особенно ярко выделялся его давний друг и соперник — Данзо, но… При всём его уважении