Гарри Поттер и Лес Теней. Альтернативное окончание. - Constance_Ice

- Да, мой господин… Я так виноват перед тобой! – раболепствование джинна, раньше не выглядевшее столь искренним, внушало Гарри сильное беспокойство. И как его угораздило не завинтить крышку бутылки? Что ещё учудил в его отсутствие этот восточный остолоп? Гарри и не заметил, что начал относиться к джинну как к слегка спятившему непутевому дядюшке, хотя по возрасту тот больше тянул на пра-пра-неизвестно-сколько-раз-дедушку.

- Вот что, давай-ка, рассказывай, - потребовал Гарри, усаживаясь поудобнее на кровати и делая очередной глоток из чашки.

- Я воспользовался одним из потайных ходов, пронизывающих в изобилии стены этого прекрасного и достопочтенного, хотя и не совсем в моём вкусе, замка… Да будет тебе известно, о мой юный друг, что никто, кроме построившего сей чертог колдуна, не знает о большинстве из них, а ведь почти в каждом из покоев есть замаскированный вход… («А вот это стоит взять на заметку. Значит, Слизерин тут тайных ходов понарыл», - подумал Гарри) … и прокрался я аки тать в покои луноликой пери. Она спала, господин, спала, откинувшись на подушки и даже не раздевшись. И так трогательно выглядела в своём белом платье, с разметавшимися золотыми кудрями, что не портили её ни пятна грязи и крови на белом шёлке, ни тень усталости на прекрасном лице. Умилившись этой картине, я решил не будить её, обрадованный, что у меня есть время подготовить обстановку для нашего первого свидания. Я усыпал её постель и пол возле кровати прекраснейшими персидскими розами, да не сравнится их красота с её устами, напоил воздух драгоценными благовониями, а на столе установил кувшин лучшего шербета и ларец с рахат-лукумом для услаждения нашей беседы. Едва я закончил со всеми этими приготовлениями и собрался разбудить белокурую усладу моих очей чтением соответствующего отрывка из Гафиза, в коридоре раздались шаги и затем стук в дверь. Пусть не подумает мой господин, будто Джамаледдин имел непристойное намерение подсматривать, просто я не успел ещё собраться с духом, и … словом, я снова укрылся за гобеленом, скрывающим потайной коридор. К расстройству моему, в комнату вошёл тот неприятный тип в чёрном, который, как ты уверял меня, тоже имеет на неё виды. Проснувшаяся пери вначале увидела его, а потом перевела взгляд на мои дары. Я сразу понял, что они произвели впечатление. Глаза несравненной раскрылись и стали ещё больше, она села и огляделась, поражённая щедростью и тонким вкусом твоего покорного слуги. К несчастью, одна из роз зацепилась за край платья, и, отцепляя её, пери укололась об острый шип.

«Чёрт подери!» – к моему прискорбию, о, Малик-бей, она выразилась именно так. (Гарри помирал со смеху, представляя себе, как озирающаяся Валери переводит взгляд с джимовых цветов на Снейпа и крутит у виска пальцем)

«Это – результат вашей щедрой фантазии? – спросила пери, с очаровательной небрежностью засунув в рот уколотый палец - хм… розы красивые. У вас хороший вкус... в отношении цветов, но не в отношении чувства момента. Предполагаю, таким образом, вы со столь неуместной в данных обстоятельствах иронией, хотели поздравить меня с бракосочетанием? Так вот, вы поторопились, профессор – оно не состоялось, и не состоится… - сказав эти слова, слегка встревожившие меня, звезда моей души повернулась к окну и не видела, какое глупое выражение приняло лицо чёрного дэва. Придя в себя, он поинтересовался с неподобающим при общении с дамой ехидством:

«Неужели? Великая любовь погибла в самом расцвете? Что же разрушило вашу трогательную идиллию с этим уродцем? Несомненно, важное обстоятельство?» -

«Не лезьте не в своё дело, профессор!» - эти речи пролили бальзам на моё сердце, ибо я подумал, что после такого ответа мой соперник удалится, но он оказался не в меру навязчивым и продолжил свою речь, сделав вид, что не услышал последних слов:

«Во всяком случае, не чувство ответственности за детей! События этого вашего … праздника окончательно убедили меня, что учеников вам нельзя доверить ни на минуту. Вы как преподаватель абсолютно безответственны, беспечны, безалаберны…. без… - дэв запнулся и продолжил с неожиданной яростью, - как вы могли позволить им принять неизвестное наркотическое зелье? Вы ведь, кстати, тоже принимали его?»

«Снова лезете в мою голову? Ну и как? Почерпнули для себя что-то интересное? - пери тоже разозлилась. - Думаете, спасение моей жизни дает вам на это право? Или воображаете, что ваша персона имеет какое-то отношение к моему отказу выйти за Глора? И вообще, лучше бы вовремя озаботились мыслями Драко Малфоя! Впрочем, я не удивляюсь, у вас, слизеринцев, это в крови – вы настолько эгоистичны и зациклены на себе, что не видите, где забота о своих интересах переходит грань предательства!»

- Даже мне было видно, - вздохнул джинн, - как побледнело мужественное лицо (Гарри хмыкнул от столь лестной характеристики) чёрного дэва от этих слов... А я пока решил подождать, чем окончатся их препирательства. Итак, пери с вызовом закончила:

«И говоря о ваших профессиональных качествах - поверьте, коллега, они оставляют желать лучшего!»

«Ответ на первую претензию, - голос дэва был холоден, как лёд. – Я и не думал интересоваться происходящим в вашей голове. И уж тем более льстить себе надеждой быть причиной вашего расставания с этой нелюдью: «гадкий алхимик из подземелья отбил невесту у благородного эльфа». Какая скандальная сенсация!»

«Ох, чёрт побери, вы не были столь саркастичны позапрошлой ночью!»

«Каюсь, проявил небольшую слабость. Что ж, я прошу у вас прощения за свою… хм… несдержанность и обещаю впредь избавить вас от своих … домогательств. Тем более что это не нужно нам обоим».

«Так вы не рады? Ну же, профессор, где ваш пыл? Вы ведь так стремились испоганить мне предсвадебные дни!» – бушевала пери.

«Если вам угодно, я рад, просто безумно: фанфары, овации, весь мир к вашим ногам… Что там ещё полагается в таких случаях? По крайней мере, вы хотя бы перестали обманывать саму себя, ну, и вашего карлика. Должен признать, я испытываю к нему нечто вроде сострадания, если, конечно, допустить, что такое чувство доступно подобному мне «существу» - так вы, помнится, выразились? А теперь вы пользуетесь знанием моих болевых точек. Ну что ж, вас оправдывает то, что я мерзкий, злопамятный и отвратительный… и от меня «несёт, как из конюшни». И, тем не менее, сейчас мы в одном лагере…»

Похоже, златокудрая слегка смутилась от этих слов.

«Хотите сказать, это вы мне как союзнику и соратнику насыпали роз на кровать? Или это и есть упомянутые вами фанфары»?

«А почему вы, собственно, решили, что я имею отношение к этим цветам? Тем более, ненавижу розы. Скорее всего, это прощальный подарок вашего недомерка».