Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

Он мысленно выругался. Эти суда не могли быть из флотского округа Гомес – разве что Бринкман засыпался, и вся операция лопнула с другого конца… но в этом случае здесь было бы много больше тридцати боевых единиц. Может, все-таки наемники? Какой-нибудь запоздавший союзник Монкото?

Это было не важно. Важно было, что, если он хочет избежать боя с ними, надо принимать бой с Монкото… а это самоубийство.

Но, может быть, не для всех. Кто-то сможет пробиться сквозь наемников и стать настоящими пиратами или поступить на службу в каком-нибудь из отдаленных от Франконии Миров Беззакония, где не проявят излишнего интереса к их прошлому. Это было немного, но это было все, что он мог им предложить. Это и шанс убить какое-то число мерзавцев, устроивших засаду.

– Ну-ка, сюда, идите к папочке, ублюдки, – шептал Симон Монкото. Он надеялся дать еще несколько залпов сверхсветовыми и ожидал, что пираты начнут ускоряться, чтобы спрятаться в черную дыру. Вместо этого они спрятались за приводами, направленными теперь прямо на него. Бой становился гаже, но его корабли парировали маневр пиратов. Из-за броненосцев их максимальное ускорение было меньше, чем у противника, но достаточное, чтобы обеспечить долгий и смертоносный контакт.

– Давай, Мегера! – рычала Алисия.

<Ты уверена, Алли? Я не смогу много добавить к огневой мощи Монкото в моей теперешней форме.>

Обеспокоенность Мегеры ослабила кольцо насилия, стягивавшее разум Алисии. Она сжала зубы, потея и пытаясь заставить себя думать. Часть ее «я» вопила, предостерегая. Сеть защиты от безумия звенела от напряжения, ее нити лопались. Она чувствовала метания Тисифоны, латавшей сеть, сама корчилась в кресле, стараясь сдержать свои губы, чтобы из них не вылетел приказ о вступлении в бой. Она могла отойти. Она могла уклониться от Хоуэлла и оставить его свежим силам Монкото, она должна была это сделать. Она и ее подруги были единственными, кто знал правду о Тредвелле. Они не могли рисковать. Алисия знала это, но не могла остановиться. Она придерживалась прежнего курса, но пока заставляла себя сдерживать приказ о модификации ускорения.

Авангард Хоуэлла обгонял наемников. Заслоны из эсминцев и легких крейсеров внезапно оказались противостоящими борт о борт на расстоянии всего пятьдесят тысяч километров. Защита не успевала реагировать, промахи почти невозможны. Боевые экраны казались сиянием, в которое закутана хрупкая стальная броня. Два эсминца и легкий крейсер рейдеров исчезли в пламени, но флагманский тяжелый крейсер коммодора Фалькони погиб вместе с ними. Смерть только начинала собирать свой урожай.

Монкото и его союзники поняли, что произойдет, когда увидели, что Хоуэлл не собирается удирать. Они могли отойти сами, но не для того они сюда прибыли. Противники смешались в общей схватке, яростно колотя друг друга.

Мощные лучевые и энергетические батареи «Проциона» открыли огонь, и дюжина эсминцев и легких крейсеров наемников погибла от его первого залпа. «Верден» добавил было своего огня, но два линейных крейсера О'Кейна сосредоточились на нем, и все больше энергии отсасывалось в его боевой экран. «Верден» корчился в огне, и «Процион» разнес одного из нападавших в куски и облака расплавленного, испаряющегося металла. «Верден» это не спасло. Его боевой экран отказал, сфокусированный залп лучевого оружия вонзился в борт, и он пламенем вознесся к звездам.

«Процион» мстительно обратился к его убийце, но «Бесстрашный» и линейный крейсер «Убийца» вцепились в него, как бульдоги. Они были меньше и медленнее, но их искусственный интеллект работал, молнии пронизывали вакуум. К ним на помощь подошли еще два линейных крейсера, затем еще один, и все они метали огненные дротики в дредноут.

Восемь миллионов тонн астролета содрогнулись, когда что-то проникло сквозь местную брешь в боевом экране, наемники вонзили свои когти в разодранный бок саблезубого. Хоуэлл бросил взгляд на экран и подавил стон. «Процион» привлекал все больше внимания наемников, но вокруг этого эпицентра сражения завязывались стычки между эсминцами и крейсерами. Корабли вспыхивали, как искры, тревожные сигналы звучали в наушниках. Наконец стало ясно, кто еще появился на поле боя. Линейные крейсеры Флота уже нацеливались на «Процион» в спешке отрицательного ускорения.

Хоуэлл покосился на красную кнопку щита ОКМ. За ним он мог не беспокоиться об атакующем Монкото. Но ускоряться он, прикрывшись щитом, не сможет, только дрейфовать, а когда он наконец вынужден будет убрать щит, враг будет его поджидать, соответственно подготовившись. Он яростно поднял брови и обернулся к коммандеру Рахману:

– По броненосцам!..

Ногти Алисии вонзились в ладони, когда взорвался броненосец «Убийца». Она помнила нежные карие глаза Эстер Тарабано, и в ней полыхнул прорвавшийся вулкан.

К черту Тредвелла! К черту все! Наемники сражаются в ее битве, умирают ее смертью. Она чувствовала, как Мегера и Тисифона бьются с ее безумием, но ей было все равно.

– К черту! Вперед!

Мегера, плача, повиновалась. Привод загремел и зарычал, и «альфа-синт» начал сближение с циклоном смерти.

Симон Монкото закусил губу, не чувствуя боли, когда исчез «Убийца». Сначала Арлен, потом Тадеоши и Эстер. Но он достал гадов! Искусственный интеллект его корабля нащупал брешь в обороне врага, которую, конечно, заметил бы и интеллект самого «Проциона», если бы функционировал. «Бесстрашный» отдал по сети приказ, и броненосец и три линейных крейсера спустили лавину лучей и торпед в открывшуюся им щель. Привод Фассета «Проциона» взорвался.

Вопль Алисии отразился от перегородок, когда она увидела, что дредноут лишился привода. Ее глаза светились безумием. Наемники отваливали от «Проциона», не желая оставаться в зоне ближнего огня. Они обломали крылья чудищу, лишили его возможности маневра. Как только они отойдут достаточно, чтобы не пострадать от своих же сверхсветовых ракет, ему конец.

Но Алисия уже не думала о сверхсветовых ракетах. Она вообще ни о чем не думала. Она лишь видела перед собой врага, которого должна убить.

Корабль Его Величества «Цусима» замедлялся в направлении отчаянной схватки. Голова у капитана шла кругом от кажущейся нелепости поступающей информации. Корабли Флота дерутся смертным боем с наемниками! Это не укладывается в голове. Чего не случается на свете – ее память хранила инструктаж сэра Артура: если наемники здесь для того, чтобы сражаться с пиратами, то корабли Флота и есть те самые пираты, каким бы абсурдом это ни казалось. Такое жестокое сражение не может быть столкновением по недоразумению. Обе стороны в этой битве точно знали, за что они сражаются.