Путешествия вокруг света - Отто Коцебу

Камчатка была открыта в 1696 г. якутским казаком Лукой Семеновым. Он отправился туда с шестнадцатью товарищами, поверив слухам о существовании этой страны, распространявшимся в течение многих лет в Якутске. Такие же походы устраивались и в последующие годы, но уже гораздо более многочисленными отрядами. Наконец Камчатка была присоединена к Российской империи, а ее население обложено данью.

Завоевание Камчатки стоило жизни многим русским, а вследствие тогдашних варварских нравов и трудностей, с которыми было связано поддержание дисциплины в столь далеко расположенных войсках, привело к почти полному истреблению коренных жителей. Впоследствии строгими мерами удалось остановить беззакония, чинимые грубыми казаками, но тем не менее и по сей день численность населения остается крайне незначительной. Можно надеяться, что при мудром и заботливом управлении оно вновь увеличится.

Русские назвали этот полуостров Камчаткой в честь самой большой местной реки, в туземном произношении Кон-чатки. Согласно преданию, название этой реки происходит от имени древнего героя Кончота, чье укрепленное городище стояло на ее берегу. Достойно удивления, что у камчадалов не было особого обозначения ни для своей страны, ни для своего народа. Они называли себя «кроша», что означает «люди», словно они являлись единственными обитателями земли, а может быть, они ставили себя настолько выше всех прочих народов, что только себя и считали за людей. Правда, полагают, что на южной оконечности полуострова жители называли себя ительменами. Однако остается невыясненным, что же они понимали под этим названием [258].

До того как на Камчатке появились русские, ее обитателям были известны лишь соседние народности — коряки и чукчи. Они знали также кое-что о Японии, ибо возле их берегов потерпело крушение японское судно.

У камчадалов не было никакого правителя. Они жили в условиях полной независимости и считали это наивысшим благом.

Камчадалы верили во всемогущего создателя мира, которого они называли Куткой. По их представлениям, он жил на небесах, но провел некоторое время среди людей и стал родоначальником камчадалов. У них также встречается предание о Всемирном потопе, причем они до сих пор показывают вершину горы, к которой пристал на лодке Кутка, чтобы заселить землю людьми. Желая подчеркнуть, что речь идет о далеком прошлом, на Камчатке и теперь говорят: «Это было во времена Кутки».

Помимо верховного божества Кутки у камчадалов было еще множество низших богов. Им казалось, что последние населяют горы и леса, воды и воздух. Камчадалы поклонялись этим богам, пока те выполняли их желания, и ругали их, когда терпели неудачи, подобно итальянскому простолюдину, который при какой-нибудь неприятности в раздражении снимает шапку, произносит в нее столько имен святых, сколько ему придет на ум, а затем топчет шапку ногами.

Особенно почитались камчадалами вырезанные из дерева изображения двух домашних богов — Ашушока и Хонтая.

Зимнее жилище камчадалов

Рисунок художника И. Вебера

Первый из них имел человеческий облик, а его обязанности состояли в том, чтобы отгонять от дома лесных духов. За это его ежедневно кормили, иначе говоря, обмазывали ему голову рыбной похлебкой. Хонтай, по их представлениям, был наполовину человеком, наполовину рыбой. Ежегодно в день очищения от грехов они изготовляли новую статую Хонтая, которую устанавливали рядом со старой, так что по числу его изображений можно было узнать, сколько лет жители прожили в этом доме.

Камчадалы верили в свое бессмертие, а также в бессмертие всех животных, но полагали, что и в будущей жизни им придется работать для поддержания своего существования. Они лишь надеялись, что работа эта будет менее тяжелой, а добыча — настолько обильной, что им не придется страдать от голода. Последнее доказывает, что уже тогда рыбная ловля не всегда обеспечивала достаточное пропитание.

Различные племена часто вели друг с другом войны, которые вспыхивали либо из-за похищения женщин, либо из-за недостаточности угощения при взаимных визитах. Подобное пренебрежение со стороны хозяина рассматривалось как величайшее оскорбление и влекло за собой кровную месть. Открытая война велась лишь изредка. Обычно против врага применялась хитрость, и победители расправлялись с побежденными с ужасающей жестокостью.

Этот маленький, невзрачный народ обладал геройским духом. Осажденные, потеряв надежду на спасение, не складывали оружия. Они сначала убивали женщин и детей, а затем бросались на врага, чтобы как можно дороже продать свою жизнь, или, как они выражались, «постелить себе ложе». Впрочем, в случае сдачи в плен камчадалы не могли рассчитывать на милосердие врага. Оружие их состояло из копий, луков и стрел, причем последние обычно бывали отравлены.

Чтобы обойтись с гостем возможно учтивее и не подать повода для войны, хозяин прежде всего так натапливал свое подземное жилище, что жара в нем становилась почти невыносимой. Затем как хозяин, так и гость раздевались донага и последнему предлагалось огромное количество кушаний, причем в очаге непрерывно поддерживался огонь. Наконец гость сознавался, что сыт по горло и не может больше выносить жару. Это означало, что все правила хорошего тона соблюдены, и теперь хозяин мог потребовать от гостя подарков за свое гостеприимство.

На подобных пиршествах в качестве опьяняющего средства обычно применялся мухомор. В небольших количествах он, по-видимому, возбуждает веселость, но в более значительных дозах может вызвать приступ помешательства, продолжающийся несколько дней. Придя в веселое расположение духа, хозяева и гости развлекали друг друга талантливым подражанием людям и животным.

Взрослые камчадалы выказывали мало любви к своим родителям и совершенно не заботились о них, когда те впадали в дряхлость. Иногда они даже убивали родителей, если последние сами напоминали о своем существовании и начинали становиться им в тягость. Поступая так, они отнюдь не считали, что нарушают свой сыновний долг. Камчадалы убивали также болезненных и хилых детей, ибо считали, что жизнь для них будет мучением. Когда кто-нибудь из членов семьи умирал, то труп не хоронили, а привязывали ему на шею ремень и выволакивали из дому, чтобы бросить на съедение собакам. Камчадалы верили, что тот, чьим трупом не пренебрегут эти животные, в будущей жизни сможет ездить на лучших собаках.

Обряд заключения брака был очень сложным и обременительным для жениха. Молодой человек, желавший жениться на девушке, приходил в дом ее родителей и без всяких объяснений начинал участвовать в домашней работе. Он становился как бы слугой этой семьи и должен был выполнять все, что ему прикажут, пока не сумеет завоевать склонность девушки и ее родителей. Это часто продолжалось несколько лет, а если жениху вообще не удавалось добиться поставленной цели, то он уходил без всякого вознаграждения за потраченные усилия.