Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

На сцене и киноэкране русские персонажи должны изображаться дегенеративными, тупыми, грязными, бездарными, вечно пьяными ничтожествами. Представителей Запада, напротив, следует изображать высоконравственными интеллектуалами в отличной спортивной форме, веселыми и доброжелательными. На эстраде наша финансовая поддержка должна в первую очередь поступать тем, кто пародирует и осмеивает все русское, и особенно культуру и искусство. Даже русская национальная кухня, национальная одежда у самих русских внутренне должна ассоциироваться с безвкусицей и безграничной глупостью.

Самыми разными мерами психологического характера, в том числе и вышеперечисленными, мы снивелируем самосознание русских, низведя его до уровня примитивного человека, которому безразлично — кто правит его страной, чем он питается, живы ли его близкие, жив ли он сам.

(Из меморандума совещания Рыцарей-Властителей высшего круга посвящения тайного ордена «Пламя Истины»)

…Стас Крячко снова ехал в Шереметьево на улицу Светлую. Его переполняли смешанные чувства. Предвкушение того, что ему должна была подарить Зойка-Зайка, и ощущение неестественности и пошлости происходящего. Сейчас он для популярной шереметьевской путаны — криминальный делец, в известном смысле — авторитет, Гоша-Костоправ. Это его роль. Теперь он должен будет показать, какой Гоша ненасытный, брутальный и в то же время обладающий уголовным шармом. Хотя самого себя играть всегда и легче, и проще. Ну и задача!..

Остановившись у дома номер сорок пять, он подошел к бронедвери подъезда и набрал на домофоне номер Зойкиной квартиры. Услышав донесшийся из динамика певучий голос, он простецки произнес:

— Зоя, это я, Гоша-Костоправ…

— Гошенька?! А я только что о тебе вспоминала! — защебетала Зойка-Зайка. — Заходи, заходи!

Электроника запорного устройства запиликала, освобождая стальную створку двери. Входя в подъезд, Стас вздохнул. Как же он надеялся услышать: «Ой, Гошенька, прости! У меня гости…» Ну а теперь — все. Теперь он Гоша-Костоправ, и он должен с этой ролью справиться в самой полной мере.

…Этот вечер Стасу запомнился надолго. И не только тем, что ему удалось получить весьма важную информацию, не только тем, что свидание с Зойкой-Зайкой превзошло все его ожидания…

Когда он, держа в охапке «донжуанский набор» — роскошный букет цветов и пакет с шампанским и коробкой дорогих конфет, открыл дверь квартиры, ее хозяйка встретила гостя в легчайшем халатике, источая ароматы каких-то чудных духов. Цветы Зойку-Зайку, можно сказать, ошеломили.

— Го-шень-ка-а! — принимая букет, восхищенно воскликнула она. — Какой же ты молодец! Вот это я понимаю — настоящий джентльмен со Ставрополья. У вас там все такие? Ну, проходи, проходи!

Вскоре Крячко, тоже облачившись после душа в халат, сидел с хозяйкой квартиры за столом и пространно рассуждал на всевозможные «деловые» темы. Они с Зойкой пили шампанское и говорили обо всяких разностях. Как бы что-то припомнив, Стас сообщил, что, используя свои связи в столичной «ментуре», он раздобыл фотороботы двоих парней из той четверки, которая сейчас так страшила его собеседницу. Выйдя в прихожую и достав из кармана ветровки небрежно сложенные вчетверо листы бумаги с распечатанными на ней на принтере черно-белыми портретами, он показал их Зойке-Зайке.

— Это они, что ль? — с оттенком пренебрежения в голосе поинтересовался Крячко.

— Да, Гоша, это они… — кивнула та. — Этот вот — Исмаил Мирзяров, а этот — Антон Рахимбеков. Он по матери русский, но, по-моему, самый злой из этой компании.

— Слушай, Зоя, а мы не могли бы заказать ментам портретики еще двоих? Ну, как их там? Куйраева и Сайфуллаева? — Стас выжидающе посмотрел на Зойку.

— Ну, если нужно — давай закажем. Только как это сделать? От меня-то чего требуется? — хозяйка квартиры недоуменно улыбнулась.

— Чего-чего… Да ничего особенного! — Крячко залихватски махнул рукой. — Я со своим корешем созвонюсь — он в главке компьютерщиком работает. Он тебя отведет к одним там ребятишкам. Они спецы по этой части — делать такие вот картинки. Час-два работы, и их тут же дают в розыск. А как только найдут, стуканут мне. Ну а уж я их угомоню, этих обормотов, в момент. Они от меня, твари, и под землей не спрячутся.

— У тебя и в самом деле такие крутяцкие связи… — с восхищением произнесла Зойка-Зайка. — А как получилось, что ты можешь какие-то дела решать через ментов?

Стас, которого уже «понесло», не моргнув глазом тут же выдал вполне правдоподобную версию.

— Как-то на подъезде к МКАДу увидел, как одного парня подставщики метелят. Типа, сами свой «Ауди» подставили, чтобы бабки слупить, а чтобы сговорчивее был, сами и «воспитывать» начали. Лупили почем зря. Ну, мне это не понравилось. Для меня — западло, если трое одного месят. Ну, остановился, вломил им так, что на четырех мослах к своей жестянке поползли. А парень тот оказался ментом. Он из правильных. На чужой беде погоны не зарабатывает. Я, конечно, свою подноготную выкладывать ему не стал, но смекнул, что иметь своего человечка в ментовке — дело неплохое. Он мне и сам сказал: «Гоша, если какие проблемы — звякни». Вот этим и пользуюсь. Вот, недавно через него еще на одного вышел. Тот такой инфой владеет — закачаешься! Ну а что? Они-то думают, я — предприниматель. Коммерсант… А у меня бизнес немножко другой. Какой? Хм… Если в двух словах, кое-что с ребятами из-за «бугра» завозим. Кое-что — за «бугор» вывозим… По мелочишке набегает.

— Как здорово! — мечтательно воскликнула Зойка. — Ты такой классный мэн — сроду таких не встречала!

Они не спеша пили шампанское, одним глазом поглядывая в телевизор, вели неспешные беседы. В какой-то миг Зойка вдруг сжала своими неожиданно сильными пальчиками кисть Станислава и, окинув его выразительным взглядом, жизнерадостно объявила:

— Гоша, вперед! О-о-дея-я-ла и по-душ-ки ждут ребят!.. — пропела она строчку давнего «хита» из детской телепрограммы.

…Остывая после недавнего шторма эмоций, Стас лежал на спине. Одну руку он заложил под голову а другой обнимал за плечо Зойку, которая лежала, устроив голову у него на груди. Водя кончиками пальцев по его рукам, шее, лбу, щеке, девушка неожиданно призналась:

— Мне давно уже не было так хорошо, как сейчас с тобой! Такой улет!.. А ты, я смотрю, в постели профи — хоть куда… Где только такую академию кончал? Хотя и так понятно, что тут нужен особый талант. А у тебя, можно сказать, талантище. Значит, правильно я сделала, что отфутболила этого клопа занудного, Витяку Мамайцева. А то он еще днем начал названивать: «Сегодня вечер — мо-о-й! Сегодня вечер — мо-о-й!..» — передразнила она кого-то, Станиславу совершенно незнакомого.

— А кто он, этот Витяка Мамайцев? — поинтересовался Крячко.

— Отморозок — каких поискать… — с досадой сказала Зойка. — Без башни и тормозов. Его и кличут-то Псом. Только если его так назвать в глаза, сразу глотку перережет. Сам себя он зовет Джеком. Ну, намек на Джека-Воробья… У него и вся его кодла такая же — отморозки и козлы. Он в страхе тут целый район держит. Говорят, его даже Азнаур-Колун побаивается.

— Азнаур-Колун? Хм… Тоже раньше не слышал. Это что за фрукт? — Стас негромко рассмеялся. — Дровами, что ль, промышляет?

— Нет, он мастер спорта по какой-то там борьбе. И вот там бросок через плечо называется «колуном», а он через плечо бросает классно. Азнаур тут большой авторитет. Его многие признают, даже китайцы. Ну, он приличный такой клиент. Не то что этот Пес. Это… Слов нет, какая тварь. Он все хвастался, что много лет прожил в Сибири, и теперь он настоящий сибиряк.

— А где ж он там обретался? — подавив зевак, спросил Крячко скорее для поддержания разговора.

— Где-то на Алтае… Какой-то город, по-моему, Булей. Там озеро Булей, и город так же назвали.

— Занятное название — Булей… — лениво произнес Стас.

— О! Вспомнила! — Зойка руку вскинула вверх. — В последний вечер Исмаил говорил по телефону и упоминал это название. Сказанного им я не поняла, а вот «Булей» уловила сразу.