Башни полуночи - Роберт Джордан

Айз Седай сжала его голову руками, и Перрин почувствовал омывший его тело пронизывающе ледяной холод Исцеления. Раны в ноге и на груди затянулись.

- Мы пытались Исцелить тебя, пока ты спал, - объяснила Фэйли, положив его голову себе на колени. - Но Эдарра нас остановила.

- Этого нельзя было делать. Всё равно ничего бы не получилось, - послышался голос Хранительницы Мудрости. Перрин слышал, что она где-то в шатре. Он несколько раз моргнул. Он лежал на своей походной койке. Снаружи было сумрачно.

- Прошло больше часа, - сказал он. - Вы уже должны были уйти.

- Ш-ш, - произнесла Фэйли, - Врата снова заработали, и уже почти всех переправили. Осталось всего несколько тысяч солдат, в основном двуреченцы и айильцы. Ты что же думал, что они или я уйдём, бросив тебя здесь?

Перрин сел, вытерев мокрый от пота лоб. Он попытался мысленно заставить его исчезнуть, словно до сих пор находился в волчьем сне. Конечно же, у него ничего не вышло. Эддара стояла за его спиной у дальней стенки шатра. Она внимательно его изучала.

Он повернулся к Фэйли:

- Нам нужно уходить, - сказал он хрипло. - Губитель не действует один. Готовится ловушка, возможно, целая армия. И кто-то ещё с этой армией. Они могут напасть в любой момент.

- Ты можешь стоять? - спросила Фэйли.

- Да.

Он чувствовал слабость, но с помощью Фэйли справился. Зашелестела створка шатра, и внутрь вошла Чиад с наполненным водой мехом в руках. Перрин с благодарностью принял его и отпил. Вода утолила его жажду, но жгучая боль внутри не унялась.

«Прыгун…»

Он опустил мех. В волчьем сне смерть была окончательной. Куда направится его душа?

«Мне нужно продолжать идти вперёд, - подумал Перрин. - Нужно переправить людей в безопасное место».

Он подошёл к выходу из шатра, уже гораздо лучше держась на ногах.

- Я вижу твою печаль, муж мой, - произнесла последовавшая за ним Фэйли, накрыв своей ладонью его руку. - Что случилось?

- Я потерял друга, - тихо ответил Перрин. - Во второй раз.

- Прыгун? - от неё повеяло страхом.

- Да.

- О, Перрин. Мне жаль, - нежно произнесла она, выходя наружу. Их шатёр стоял в одиночестве посреди луга, на котором прежде был лагерь его войска. На пожелтевшей и бурой траве ещё были видны следы палаток и протоптанные до глины перекрещивающиеся тропинки. Это было похоже на план города: выделенные под возведение зданий кварталы, проведённые линии, которым суждено было стать улицами и дорогами. Вот только в нём почти не осталось людей.

Рокочущее небо было тёмным. Чиад принесла фонарь, чтобы осветить участок травы перед ними. Неподалёку ожидало несколько отрядов солдат. Увидев его, группа Дев взметнула копья вверх и стукнула ими по щитам. Это был знак одобрения.

Поблизости находились и двуреченцы, которые начали подтягиваться, едва до них донеслась весть. Могли ли они догадываться о том, что он сделал этой ночью? Раздались приветствия, Перрин кивнул в ответ, хотя чувствовал себя на грани. В воздухе по-прежнему пахло неправильностью. Он считал, что причиной был Шип Снов, но, очевидно, он ошибался. Запах был словно из Запустения.

По центру бывшего лагеря стояли Аша’маны. Они обернулись навстречу подошедшему Перрину и отсалютовали, прижав руки к груди. Они выглядели бодро, несмотря на то, что только что переправили почти целый лагерь.

- Давайте, парни, забирайте нас отсюда, - обратился к ним Перрин. - Я не желаю больше ни минуты оставаться в этом месте.

- Да, милорд, - ответил Грейди с нетерпением. Его лицо приобрело сосредоточенный вид, и рядом с ним открылись небольшие Переходные Врата.

- Вперёд, - приказал Перрин, махнув двуреченцам. Они быстро перешли на ту сторону. Девы с Гаулом ждали вместе с Перрином. Как и Илайас.

«Свет! - подумал Перрин, оглядывая оставшееся позади поле. - Чувствую себя мышью, за которой наблюдает ястреб».

- Полагаю, сил на свет у вас уже не осталось, - обратился Перрин к Неалду, который стоял у открытых Врат.

Аша’ман вздёрнул голову, и вокруг него возникла группка сияющих шаров. Они взметнулись в воздух и поднялись над лугом.

Но их свет ничего не показал. Лишь оставленную лагерную стоянку. Последние отряды наконец прошли сквозь Врата. Следом прошли Перрин с Фэйли, затем Гаул, Илайас и Девы. Замыкала группа направляющих.

Воздух на противоположной стороне был холодным и пах освежающей чистотой. Перрин даже не догадывался, насколько сильно его беспокоил неправильный запах. Он глубоко вдохнул. Они находились на возвышенности, на некотором расстоянии от россыпи огней у реки, которые, скорее всего, были Беломостьем.

Увидев его, армия разразилась приветствиями. Огромный лагерь был почти установлен, часовые уже несли службу. Врата открылись на широкой площадке в задней части лагеря, которую аккуратно огородили изгородью.

Они спаслись. Цена была высока, но они спаслись.

Грендаль откинулась в кресле. Кожаные подушки были набиты пухом молодых каллиров, которые в этой эпохе обитали только в Шаре. Но ей едва ли было дело до этой роскоши.

Один из одолженных ей Моридином слуг стоял перед нею, опустившись на одно колено. Взгляд его был жгучим и только наполовину смиренным. Он был управляем, но с трудом. Он знал, что был особенным.

А ещё он, похоже, знал, что его провал падёт на её плечи. Грендаль не потела. Для этого она слишком хорошо владела собой. Внезапно ставни на окнах в просторной, выложенной красной плиткой комнате широко распахнулись. По помещению пронёсся холодный морской ветер, задув попутно несколько светильников. От их фитилей потянулись вверх струйки дыма.

Она не потерпит поражение.

- Приготовься захлопнуть ловушку в любом случае, - приказала она.

- Но… - начал было возражать слуга.

- Выполняй, и не смей препираться с Избранными, пёс! - Слуга опустил взгляд, хотя в нём ещё тлела искра неповиновения.

Неважно. У неё всё ещё оставался один инструмент. Тот, что она очень тщательно поместила. Тот, что она приготовила именно на подобный случай.

Всё нужно было проделать очень осторожно. Айбара был та’вереном, и пугающе сильным. Пущенные издали стрелы промахнуться, а в спокойной обстановке он будет настороже и может сбежать.

Ей нужна была буря с ним в центре. И вот тогда на него обрушится её меч. Мы ещё не закончили, Павший Кузнец. Ещё нет.

Глава 39. В Трёхкратной Земле

Авиенда вновь чувствовала себя в своей стихии. В Трёхкратной Земле присутствовало умиротворяющее совершенство. Мокроземцы считали однообразные цвета окружающей местности скучными, но Авиенда находила их прекрасными. Простые оттенки коричневого и жёлтого. Знакомые и надёжные, в отличие от мокрых земель, где и пейзаж, и погода мгновенно менялись, стоило только отвернуться.