Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

- Конечно.

- А чем можно писать, тем можно и рисовать...

- Да. Но боги и демоны вряд ли спасут ситуацию.

- А кто говорит о богах и демонах?

Фландри, Эйрин и Траффорд, а также Граймс II и Мэгги Лэзенби с любопытством уставились на него.

- Думаю, мне стоит кое-что пояснить. Кларисса - не просто телепатка. Она правнучка пещерного художника, который провалился в наше время. Лет полтораста назад его обнаружили на Кинсолвинге. Он специализировался на том, что рисовал различных зверушек... а потом эти зверушки попадались в ловушки охотников. Кларисса унаследовала его талант...

- Невозможно, - категорически заявил Граймс II.

- Я бы не сказал, коммодор. Я сам видел, как это происходит, и Кен Мэйхью тоже. И Соня.

- Это правда, - спокойно подтвердила она.

- То есть Кларисса может сыграть роль троянского коня... - пробормотал Фландри.

- Вы уловили мысль. Конечно, есть одна неувязочка. Всякий раз, показывая этот... гхм... фокус, она принимала какой-нибудь галлюциноген.

- И остальные присутствующие - тоже, - презрительно ухмыльнулся Смит.

- Нет. По крайней мере, за подавляющее большинство я отвечаю. Так что основная проблема - привести ее в соответствующее состояние.

- Это не проблема, - вмешался Мэйхью. Казалось, с его плеч упала огромная тяжесть: наконец-то он мог что-то сделать, чтоб спасти Клариссу. Когда и муж, и жена - телепаты, их связывает нечто большее, чем любую пару нетелепатов. Они лучше чувствуют друг друга, больше... сопереживают. Если я что-нибудь приму, Кларисса почувствует то же самое. У меня будет "приход" и у нее тоже.

- Вот и славно, - с удовлетворением сказал Граймс. - Тогда свяжись с местным эскулапом и объясни ему, что именно тебе надо для входа в нужное состояние. Потом достучись до Клариссы и изложи ей нашу идею. Она должна просто нарисовать нас, одного за другим, и мы окажемся рядом с ней... коммодор быстро оглядел рубку. - Нет, Кен, ты еще будешь в дурмане. Как насчет вас, мистер Метцентер? А вы, Фландри? И мы с Соней...

- Посчитай и меня, - хрипло произнесла Эйрин. - Я в такие штучки не верю... но вдруг сработает? Я хочу поучаствовать.

- И меня, - безо всякого энтузиазма добавил Траффорд. - А за кораблем может присмотреть и Таллентайр.

Смит инициативы не проявил.

Мэгги Лэзенби собиралась было предложить свою кандидатуру, но под долгим мрачным взглядом мужа закрыла рот.

- Я не сильно расстроюсь, - произнес Граймс II, - если кое-кто из вас исчезнет отсюда и окажется у себя на борту.

Глава 21

"Быть такого не может: магия - или как это еще назвать? - в рубке межзвездного корабля", - подумал Граймс. Но на Границе законы природы хотя и не отменяются, но и не навязываются к строгому соблюдению. А дело происходило за Границей.

Коммодор покосился на Мэйхью, который недоверчиво рассматривал стаканчик с бесцветной жидкостью. Это, как небрежно заверил судовой врач, вызовет самые яркие и живые галлюцинации как минимум в семи измерениях... Под пристальными взглядами Граймса и прочих присутствующих псионик усмехнулся:

- Теперь я знаю, что чувствовал Сократ.

- Давай, Кен, - поторопил Граймс.

- Мне пить эту гадость, а не тебе. Ну, ладно. Ваше здоровье, господа.

Острый кадык псионика дернулся. Мэйхью облизал губы и провозгласил:

- А неплохо... не слишком плохо... - его лицо расплылось в неопределенной гримасе, глаза расфокусировались. Он покачнулся, почти бессознательно нащупал кресло и плюхнулся в него.

- Кларисса готова? - шепнул Граймс Метцентеру. - Вы с Триаланн следите за ней?

- Конечно, коммодор.

И тут Мэйхью удивительно ясно произнес:

- Черные ягнята Дамбаллы. Но этого не может быть. Нет.

"К черту твоих паршивых ягнят", - раздраженно подумал Граймс.

- Кларисса, - голос Мэйхью звучал совсем тихо, почти неслышно. - Ты не должна была убивать Лесси.

- К черту Лесси, - пробормотал Граймс.

- Лучший друг человека - его... его?.. Но ягнята черные, а овчарки нет. Да.

Метцентер взглянул на Граймса и ободряюще прошептал:

- Это ненадолго, коммодор. Она уже начала рисовать. И на рисунках будут не черные ягнята, а, скорей, паршивые овцы.

- Что верно, то верно, - хмыкнул Граймс II.

Граймс I позволил себе улыбнуться. Пусть Метцентер развлекается каламбурами, а Граймс II - игрой в свободные ассоциации.

Это все неважно. Главное - он скоро снова будет на своем корабле. Он осмотрел автоматический пистолет Минетти, одолженный напоследок двойником (к счастью, последний разделял вкусы коммодора по части оружия - как и всего остального). Граймс не сомневался, что окажется на борту "Поиска" первым. В конце концов, он познакомился с Клариссой даже раньше, чем Мэйхью. Он в последний раз оглядел группу, застывшую в готовности номер один. Все были вооружены: Соня, Траффорд и Метцентер - ручными лазерами, Эйрин - двумя уродливыми пистолетами пятидесятого калибра. Фландри сжимал непонятную штуковину, напоминающую творение иллюстратора подростковой фантастики.

Граймс припомнил те два раза, когда видел Клариссу за работой. Он живо представил голую, выметенную ветрами гору на Кинсолвинге, черное небо с туманной линзой Галактики над горизонтом.

Безо всякого усилия вспомнился яркий свет, заливающий мольберт с холстом, ящичек с красками. И женщина, обнаженная, если не считать небольшого клочка шкуры, делающая быстрые уверенные мазки кистью*.

______________

* Воспоминания о второй экспедиции на Кинсолвинг (см. повесть "Зал Славы, или Переполох на Кинсолвинге") оказались самыми яркими... (Прим. ред.)

Внезапное сомнение охватило его.

Тогда удалось создать идеальные условия. А сейчас, на борту "Дальнего поиска", захваченного врагами?

Мэйхью в своем кресле, похоже, полностью отключился: глаза закрыты, челюсть отвисла, по подбородку стекает струйка слюны. Может быть, телепат принял слишком большую дозу того, что намешал ему доктор? А вдруг Кларисса тоже без сознания?

Метцентер снова ободряюще улыбнулся коммодору и шепнул:

- В любой момент...

Фландри услышал и недоверчиво хмыкнул.

Граймс повернулся, чтобы окоротить нахала...

Но Фландри исчез.

Глава 22

Фландри исчез.

Граймс удивился. Почему не было хлопка? Воздух должен был ринуться во внезапно возникший вакуум. Может быть, точно такой же объем воздуха телепортировался из импровизированной камеры Клариссы, чтобы заполнить пространство, которое прежде занимал имперский капитан? Впрочем, какая разница? Магия - это искусство, а не наука.

Итак, первый - Фландри. Кто следующий?

Граймс был немало уязвлен: он знаком с Клариссой тысячу лет, Соня почти столько же. А она вызвала первым этого чужака, которого видела-то только один раз! Видимо, сэр Доминик произвел на нее сильное впечатление.