Обратный отсчет: Распад - Токацин

01 ноября 20 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Виклунд, ну что ты, в самом деле⁈ Кончай нудеть и начинай думать! — сказал Киган, недовольно глядя на сокамерника. — Десять лет назад была такая победа, а ты…

Виклунд только хмыкнул.

— У нас тут главный — теск, — вполголоса напомнил он. — Какие ещё мероприятия⁈

Киган раздражённо вздохнул.

— Ну я же не предлагаю в честь победы торжественно его побить…

— А ты попробуй, — буркнул Гедимин, переворачиваясь на другой бок. Смотреть на довольные ухмылки «макак» в этот день было особенно неприятно; утыкание лицом в стену спасало от взглядов, но не от звуков. Все праздничные мероприятия для Гедимина заключались в сидении в камере до следующего дня, — конвоир, как водится, взял отгул, и сам сармат никуда не рвался. «Подальше от превосходства расы,» — думал он, брезгливо морщась. «Что своей, что чужой. А они там пусть хоть чучела жгут…»

В коридоре загудело, и соседняя камера притихла. Судя по грохоту, в ангар вошли двое охранников, и оба были чем-то недовольны.

— Ну, у них такая работа, — пробубнил один из них, приблизившись к камере Гедимина. — И лучше так, чем бредить из головы.

— Да всё равно напишут бред, — отмахнулся второй, заглядывая сквозь решётку. — Только нас зря гоняют. Эй, теск, на выход! Без вещей, скоро вернёшься.

С наручниками Гедимина сегодня возились особенно долго — видимо, раньше не имели дела с такими гирляндами, но, когда они закончили, сармат едва мог шевельнуть руками, а по отдельности они вообще не двигались. Он раздражённо сощурился, когда его вдобавок пристегнули сразу к двум экзоскелетам, но промолчал — в конце концов, это охранникам теперь протискиваться в двери боком.

За воротами (ширины хватило, но впритык) экзоскелетчики развернулись к лестнице. Подъём затянулся; ещё в начале пролёта охранники начали приглушённо переругиваться — неудобства конструкции дошли и до них. Гедимин молча щурился на стену и старался не напрягать руки — в таком положении мышцы сводило от любого намёка на шевеление.

Мимо помещения для допроса его протащили, остановившись в относительно просторной комнате через несколько поворотов узкого коридора. Там в сопровождении двоих экзоскелетчиков (один из них был в звании капитана) стояла, нетерпеливо глядя на дверной проём, самка в комбинезоне с растительным орнаментом. Её респиратор был предельно облегчён, и Гедимин недовольно сощурился — такая маска могла фильтровать только пыль, а сегментированных баллонов, спрятанных под комбинезоном, хватило бы максимум на пять минут при герметично закрытых клапанах. «Не из местных,» — мгновенно определил сармат. «И добиралась сюда не на рейсовом барке. Туда с таким не пустят.»

— Гедимин Кет, — сказал капитан, и в его голосе слышалось плохо скрываемое раздражение. — У вас десять минут, и не забывайте об осторожности.

Самка сердито на него покосилась. Охранники вытолкнули сармата вперёд, придерживая его за плечи.

— Наручники снимите, — прошептал Гедимин.

— Да щас, — тихо отозвался один из охранников. — Тут человек без бластера, с одним дохлым шокером…

— Я задам вам несколько вопросов, мистер Кет, — сказала самка, на мгновение подняв взгляд к лицу сармата, и тут же судорожно сглотнула и уставилась в наручный передатчик. — Это нужно для статьи. Вы, как мне сказали, единственный сармат на Луне…

Гедимин молча кивнул, с любопытством глядя на самку. «И ей понадобился мой реактор? Так и будут теперь приходить с периодичностью в год?»

— Вы военнопленный? — спросила самка. Сармат мигнул, но ответить не успел.

— Он в тюремном заключении, — угрюмо сказал капитан. — На кой бы он нам сдался держать его в плену десять лет⁈

— Хорошо, — отозвалась самка, не оглядываясь на людей. — Значит, вас привезли сюда с Земли?

— Лунное гетто, — буркнул сармат. — Было. Сейчас нет.

— Ремонтная база, — пояснил капитан. — Пришлось депортировать. Жаль, от этих тесков было много пользы.

— Каким войскам вы сдались? — спросила самка. Гедимин снова мигнул. «Когда спрашивали про реактор, было понятнее…»

— Не сдавался. Схватили, — он пожал плечами. — Не знаю, кто. Повстанцы или наёмники.

— Здесь, на Луне? Вы из лунного гарнизона? — самка быстро оглянулась на капитана, но тот молчал.

— На Земле. Ураниум-Сити, — сармат досадливо сощурился, вспомнив, как его вместе с Хольгером взяли голыми руками.

— В каком звании вы встретили конец войны? — сменила тему самка.

— Рядовой, — Гедимин вспомнил полоски на плече, но не стал о них говорить. В глазах самки промелькнуло удивление, но лицо не дрогнуло.

— Хорошо… Вам доводилось служить… — она вдруг подобралась, как перед прыжком, и сделала паузу, прежде чем закончить фразу. — На атомном крейсере?

Гедимин кивнул. Последние несколько секунд он пытался вспомнить, как звали ту журналистку, из-за которой над ним посмеивалось пол-Ураниума. «Фостер,» — всплыло наконец в памяти. «Как местного шерифа. Родственники, что ли? Да не, навряд ли.»

— Очень хорошо, мистер Кет, — она довольно улыбнулась, делая какие-то пометки. — Это правда, что у ваших кораблей не было названий?

Сармат кивнул.

— Можете объяснить, почему? — самка снова подобралась, и её взгляд стал пристально-острым. Гедимин хмыкнул.

— Незачем.

— Понятно… — протянула самка. — Кто был вашим адмиралом?

— Тохиль, — Гедимин постарался не морщиться.

— Встречались с ним лично? — быстро спросила самка, на секунду подняв на него взгляд. Гедимин кивнул.

— Что вы думаете о высадке в Чикаго? — тут же спросила она, делая пометки. Сармат поморщился.

— Идиотизм. Но… — он повёл плечом. — Их предупреждали.

В этот раз самка выдержала вид его лица на протяжении трёх секунд.

— Есть сведения о заговоре с целью сорвать высадку, — сказала она. — Его организатором был один из стратегов…