Абсолютная Энциклопедия. Том 2 - Гордон Диксон

Глава 41

Резкая трель звонка заставила Хэла повернуться к экрану связи на стене каюты. С остававшегося по-прежнему темным экрана к нему обратился столь же резкий женский голос:

— Прошу вашего внимания. Сядьте, пожалуйста, в закрепленное возле вашей койки кресло и включите удерживающее поле. Кнопка красного цвета находится в правом подлокотнике кресла.

Этот приказ на несколько мгновений оторвал его от глубоких раздумий, но как только он выполнил то, что от него требовалось, они снова овладели им.

Черная тень депрессии и чувства поражения, настигшая его в саду под балконом дома Амида на Маре, так до конца и не развеялась за все время перелета к Дорсаю, занявшего пять стандартных суток. Ему не удалось увидеть женщину, пилотирующую этот маленький корабль, на котором он, похоже, оказался единственным пассажиром; она так ни разу и не покинула служебную зону, куда посторонним вход был запрещен, хотя бы для короткого формального знакомства. Итак, за весь перелет никто не прерывал его размышлений.

Хэл включил экран, чтобы посмотреть, скоро ли они выйдут на стационарную орбиту.

То, что он увидел, заставило его выпрямиться в своем кресле. Они и в самом деле были уже почти на стационарной орбите. Бело-голубая сфера Дорсая с ясно различимой линией терминатора, разграничивающей освещенную и неосвещенную части планеты, закрывала почти весь экран. Однако их корабль вовсе не собирался зависать на орбите, короткими фазовыми сдвигами он продолжал двигаться прямо к поверхности планеты. Еще пятьдесят лет назад при физических перегрузках, связанных с быстрой серией сдвигов, подобных этим, ему пришлось бы заблаговременно принять специальные таблетки, но на Абсолютной Энциклопедии был найден способ защиты от таких перегрузок. Поэтому Хэла никто и не подумал предупреждать.

Он тут же вспомнил, что дорсайцы, в отличие от пилотов других миров, предпочитают входить в атмосферу планет, о которых у них имеются надежные данные, именно таким способом. Этот навык отрабатывается дорсайцами в ходе стандартного курса обучения пилотированию кораблей и позволяет им снижать затраты по эксплуатации своих кораблей, что немаловажно для этого не столь уж процветающего мира. Включение удерживающего поля было формальной предосторожностью на тот случай, если пассажир, почувствовав необычные маневры, запаникует и ненароком причинит себе вред. И все же Хэла наверняка выбросило бы из кресла, не выполни он приказ, так как после серии быстрых сдвигов скорость резко упала.

Теперь они находились на высоте не более тысячи метров, и корабль, перейдя на режим полета в атмосфере, начал плавный спуск в направлении космопорта, что виднелся за пеленой мелкого утреннего дождя. Сам космопорт занимал территорию значительно большую, чем расположенный рядом с ним маленький городок. Здесь, в Омалу, размещалась центральная администрация Объединенных Кантонов, территориальных образований Дорсая.

Однако, насколько было известно Хэлу, центральная администрация представляла собой не более чем библиотеку и хранилище договорных документов; кроме того, здесь в случае необходимости обсуждаются вопросы, которые невозможно решить на кантональном уровне или касающиеся нескольких кантонов.

Добрососедство — понятие, имеющее особое значение на Дорсае, — является в этом мире основой социальной организации общества. Кантональные власти имеют весьма формальные отношения с органами управления каждого острова в этом мире больших и маленьких островов. Взаимодействие местных органов управления островов с правительством Объединенных Кантонов в Омалу ограничивается лишь нечастыми контактами по каналам связи. Этот путь оказался единственно приемлемым для планеты, где граждане, а иногда и целые семьи постоянно вступают в прямые и независимые отношения с правительствами и отдельными представителями других тринадцати миров.

Корабль наконец приземлился, табличка над дверью погасла, и Хэл выключил удерживающее поле. Он встал с кресла и забросил за плечо заботливо приготовленную Амидом сумку с одеждой и личными принадлежностями — Дорсай не относился к числу планет, где можно свободно купить внезапно понадобившуюся вещь или предмет туалета.

Выйдя из каюты, Хэл начал пробираться к выходу, протискиваясь между разнокалиберными ящиками с экзотским медицинским оборудованием, заполнявшими все свободное пространство, включая центральный коридор корабля. Вся аппаратура — по большей части новая — предназначалась для замены износившегося оборудования дорсайских госпиталей, но попадались и уже послужившие приборы, которые возвращались из маранских мастерских после ремонта или модернизации. Хэлу даже показалось, что, когда он садился на борт, ящиков было гораздо меньше. Просто удивительно, как этот маленький корабль, доверху забитый грузом, смог оторваться от земли.

Найдя наконец выход, Хэл спустился по трапу на посадочную площадку и у его подножия увидел высокую худую женщину средних лет в сером комбинезоне. Она о чем-то оживленно беседовала с сухопарым пожилым мужчиной, сидящим за рулем небольшого грузовичка на воздушной подушке.

— ...тебе понадобятся рабочие! — донеслось до Хэла. — Судя по тому, сколько там набито оборудования, тебе одному не справиться, даже с помощью ручного подъемника. Чтобы вытащить один ящик, надо одновременно приподнять три других.

— Хорошо, — кивнул мужчина. — Вернусь через пять минут.

Он развернул свой грузовичок и, срезав угол посадочной площадки, быстро заскользил к виднеющемуся в отдалении массиву серых зданий. Женщина повернулась и заметила Хэла. Она долго внимательно разглядывала его.

— Ты дорсаец? — наконец спросила она.

— Нет, — ответил Хэл.

— Когда тебя привели на корабль, я присматривала за разгрузкой грузовика метрах в двадцати от тебя, — сказала женщина. — Я решила, что ты дорсаец, по твоей походке.

Он покачал головой:

— Правда, один из моих воспитателей был дорсаец.

— Понятно. — Она еще с минуту рассматривала его. — Тогда, выходит, ты никогда и не обучался пилотированию. Подобный рейс должны выполнять два человека, и я все удивлялась, почему ты не приходишь ко мне в кабину, чтобы предложить свою помощь. Сама я была слишком занята, и, когда ты так и не объявился, я решила, что, наверное, у тебя есть причины сохранять уединение.

— В каком-то смысле так и было, — произнес Хэл.

— Ну хорошо. Раз ты все равно не смог бы мне помочь, ты сделал самое разумное в этой ситуации — не болтался у меня под ногами. Ладно, все обошлось. Я прекрасно управилась сама, а ты прибыл туда, куда и намеревался.