Сонная ученица - Елена Ларичева

Я метнула клинок. Лезвие угрожающе вспыхнуло на солнце и перерезало натянутую тетиву лука. Эльф вскрикнул, ведь я намеренно задела его пальцы. Тетива стегнула кистеухого по щеке, оставляя алый след.

Эльф удержался на ногах лишь для того, чтобы Пучок вырубил его силовым ударом. Нечего под ногами болтаться. Я осталась не у дел, пока мои напарники разбирались с остальными ирицами. Быстро, надо сказать, управились. И мы под рев разгоряченной толпы перешли в следующий круг.

Уже уходя с арены, у самого бортика я увидела того самого полного мужчину, который выручил нас деньгами. В его взгляде было такое разочарование, что я запнулась. Он что, не желал нашей победы?

Дальше было не сложно. Как в насмешку, нам попадались гораздо более слабые противники. Схватки заканчивались за пару-тройку минут, и почти всегда благодаря Ветру, вернее его неиссякающему запасу артефактов. Колбочки, коробочки, колечки, карандаши и брелки, застежки и броши, хранящие в себе быстрые заклинания, выручали нас и смущали противников. Среди них уже слышались возмущенные шепотки, но использование сподручных предметов не возбранялось правилами, и поэтому сделать нам ничего не могли. Моя меткость в бросании "липких" кинжалов тоже снискала уважение. Мне даже предложили перебежать в другую тройку на место раненого. Естественно, не за просто так. Я выслушала предложение и витиевато послала приглашавших. Не обиделись, понимающе кивнули и удалились. Да, так и возгордиться не сложно!

Когда из претендентов на победу осталось шесть троек, против каждой выпустили чудовище. Я вспомнила недавний глупый сон, но втроем завалить страшного зверя оказалось абсолютно не сложно. И нас допустили к финалу.

- Этих мы точно не одолеем, - сквозь зубы процедил Элиадр, рассматривая вытянутый листик с номером очередных наших противников.

Два человека, оба из которых сильные чародеи. И ведьма эльфийского происхождения, о чем свидетельствовали заостренные уши. На вид, девочка лет десяти. Лицом страшнее пьяного орка, пухленькая, с короткой стрижкой, частыми треугольными зубками. Нерасторопные противники уже успели убедиться в ее проворности, болезненной безжалостности, остроте когтей на коротких ручках. Кто она? Классический образец чародейства ирийцев или просто оставленная в живых уродка, ошибка природы?

- Зачем было так издеваться над ребенком? - повернулась я к Пучку.

- Это не издевательство, а привет с моей родины, - невесело ухмыльнулся эльф. - Примерно также должна была выглядеть легендарная Тара, когда только стала главной королевской ведьмой Кавиры. Но ей удалось повзрослеть, а эта кхм… девочка , обречена. На полторы тысячи лет, до самой смерти. Недозрелка. Ей может быть и сто лет, и пятьсот и больше тысячелетия.

- Понятно, отчего она такая злющая, - без тени сочувствия пробормотал Элидар.

На нас смотрели как на смертников. Еще бы, вопреки правилам турнира, маленькая гадина уже успела покалечить четверых. Почему ее до сих пор не дисквалифицировали, оставалось загадкой.

- На нее самые высокие ставки, - послонявшись среди зрителей, пожаловался Ветер. - Первое место без сомнений. Будь мы в здравом уме, отказались бы от бойни. Но мы же сами отморозки, каких поискать? - он уставился на Пучка лихорадочно блестящими глазами, выуживая из бессчетных карманов очередной припасенный артефакт - темную блестящую коробочку с позвякивающим внутри неизвестным содержимым.

- Что у тебя? - спросила я.

- У-у-у, страшная тайна. Стырил в калесской Академии чародейства вместе с парочкой чуть менее мощных вещиц и записками двух оч-ч-чень нехороших чародеев. Таких нехороших, что одного из них, даже лишившегося большей части силы, до трясучки боится сам Император, - понизив голос, зашептал он. - А другой - теперь возглавляет Светлый Совет Ири.

- И как ты еще жив после совершенного святотатства? - по-прежнему без энтузиазма в голосе поинтересовался эльф.

- Как-то, - подмигнул мне чародей.

Чего он добивается? Видел же, как я Сокола обнимала. Нет у него шансов и не будет.

- Одной наговореной вещицы слишком мало, - пустился в рассуждения эльф. - Я Академию не заканчивал, но у орчьих чародеев по верхам знаний нахватался. Помогу тебе, если что. Ирава, ты как, сумеешь совершить чудо, если мы с Элидаром задержим недозрелку?

Я задумалась. Быстрый вход в Сновидение займет четверть минуты. И то, если не брать в расчет орущую толпу зрителей и всячески старающихся отвлечь меня помощников уродливой эльфы. Там внутри я буду действовать гораздо расторопнее, чем в Яви. Минуты три-четыре должно хватить для решительных действий.

- Пять минут, - для подстраховки назвала я.

- Лапуля, а я уж испугался, что ты настоящая чародейка, - как к законченной идиотке повернулся ко мне Ветер. - Пока-а-а это ты раскачаешься, пока-а-а создашь, скажем, простейший огненный шарик… Умеешь шарики создавать, а?

Он издевается. Ладно, Элидар, буду считать, что ты не со зла, а всего лишь со страху оплошал.

- Шарики огненные сам делай. А я отосплюсь, пока вам оборону держать. Ладно, хотя бы три, - сдалась я. Пять минут на арене - бесконечность. Три тоже можно сравнить с долгим эльфийским веком…

- Чего? - не понял Ветер. - Спать ты дома будешь, если живой из этой переделки выберешься. Еще у выпускника Академии есть шанс выстоять пару минут против ведьмы, но никак не у подмастерья чародея-отшельника, не способного вылечить собственные ноги!

Я отшатнулась, словно он собирался меня ударить. Он и так ударил меня, оскорбив Сокола. Больно ударил. Но тут подал голос спокойно следивший за нашей перепалкой Пучок.

- А если чародея-отшельника зовут Номар Сьятор, у нее есть шанс?

Элидар раскрыл рот и переводил взгляд с меня на эльфа и обратно. Сокол, чем же ты так прославился, милый?

- Эта рухлядь… Он… - выдохнул Ветер, и я поняла, что еще одно слово, и сейчас без всяких чар я его отметелю - мама не узнает…

- Тем не менее, это так, - спокойно продолжил Пучок. - И девочка нам обещала помочь.

- Лапуля, что же ты раньше молчала? Давай работай, мы прикроем!

Ну, Сокол, готовься. Завтра тебе предстоит ответить на очень, очень много вопросов.

Как жаль, что нельзя было войти в Сновидение еще до боя. По правилам, шагнуть на арену я должна была самостоятельно.

Мои отважные чародеи вышли первыми. Я, не смотря на всю ответственность и трагичность момента, чувствовала, как уголки губ тянет вверх дерзкая усмешка. Ох, что я сейчас сделаю! Вы не против, уважаемые противники и судьи, если я вздремну минутку-другую.

Я вышла за ворота и тут же улеглась не холодный жесткий песок, закрыла глаза. Успокоиться, собраться. Десять. Девять. Восемь…