Мое второе я (СИ) - Дарья Лисицына

- Я же сказал, надо поговорить, – я хотела ответить ему, но не успела, так как услышала знакомый голос, кажется, он доносился из-за спины Эрика.

- Ой. Дико извиняюсь. Я не хотел вам помешать. Ну, я, пожалуй, пойду...

А как это ещё могло выглядеть со стороны? Девка прижата парнем к стене, так ещё и голова парня находилась где-то в районе её шеи. Я бы подумала о том же, о чем и он.

Перед тем, как Эрик отошёл от меня на приличное расстояние, он прошептал:

- Иди, – будто я сама не знаю, что делать нужно. Как только за спиной закрылась дверь, я вздохнула с облегчением.

Когда я брала вещи из шкафа, то даже не посмотрела, что именно взяла. Теперь в полном одиночестве я их рассмотрела, и мой выбор меня не обрадовал. Первым, что я схватила, были: светлые джинсы в дырочку. Бабушка так и норовила их зашить, наверное, я никогда не докажу, что так и нужно, но джинсы это полбеды. Майка была с огромным вырезом, купила я её только из-за вредности и жадности. Она была последней, и мне не хотелось, чтобы её купил кто-то кроме меня, но никогда не носила и не собиралась, но делать нечего.

Когда я всё-таки оделась, отошла подальше от зеркала, чтобы увидеть себя практически во весь рост, но это было проблематично, так как зеркало было маловато. Мне удалось увидеть себя только по пояс. Вырез открывал прекрасный вид на мою грудь.

«Ну, хоть не голая, и то радует»

- Не знаю, голой тебе было лучше, – я подпрыгнула, когда услышала голос Лилии за спиной.

- Ты чего меня пугаешь?!

- Просто.

- Где ты была? Я тебя звала много раз.

- Не важно.

- Не важно?! Ты мертва, не забывай, где же ты можешь быть столько времени?!

Зря я упомянула о смерти. В её взгляде читалась чуть ли не ненависть. Я, конечно, задела её, но не до ненависти же. Она стояла и, кажется, пыталась прожечь во мне дыру.

- Прости, просто столько всего навалилось, и я не сдержалась, прости, – взгляд не изменился, хотя нет, изменился, в них читалась открытая ненависть и злость.

Неужели от какой-то случайной, идиотской фразы можно начать ненавидеть? Я всегда считала, что нет, но сейчас моё мнение поменялось. Она исчезла, но в воздухе осталась "висеть" злоба и ненависть.

Я вышла из ванной и ожидала увидеть Эрика и Мишу, но в комнате, на кровати, сидела Софи, когда она меня увидела, то улыбнулась во все тридцать два зуба.

- Что ты тут делаешь? – она пожала плечами и ответила:

- Эрик и Миша ругаются, а мне больше идти некуда. Ты же не против?

- Нет, не против. А почему они ругаются? – ответ был очевиден, но мне хотелось убедиться.

- Из-за тебя. Мне кажется, это глупо. У каждого своё мнение, правильно? И навязать кому-то свою точку зрения неправильно, – я ожидала всего, но не этого. Она была маленькой, но рассуждала не как ребёнок. Она очень сильно изменилась с последней нашей встречи вне этого строения.

- Ты где этому набралась? Точка зрения, мнение? Ты ещё ребёнок и тебе ещё рано философствовать.

- Я не ребёнок. Давно уже не ребёнок. Почему все так считают?

- Ты чего? Не злись. Я просто спросила. Эй, малышка...

Она опустила голову и начала тихо всхлипывать. Такого ещё не было. При мне ещё никто не плакал и, что делать, я совершенно не знала. В голову пришла только одна мысль. Я пошла, села на кровать и обняла её, как совсем недавно делала она. Как только я прижала её к себе, она начала плакать только сильнее. Теперь, что делать я не знала точно.

- Эй, Софи, успокойся. Всё хорошо. Ты чего? Что случилось? Ну прости, я идиотка.

- Почему все думают, что я маленькая?

- Потому, что тебе семь, а это значит, что ты ещё совсем ребёнок, которого хотят защищать и оберегать от всех опасностей.

- Мама умерла... а мне никто ничего не сказал. Сказали, что она уехала, и вернётся не скоро...

Что?! Этого быть не может. Просто невозможно. Это так нечестно.

- Эй, просто тебя любят и не хотят расстраивать. Тебя сейчас, как я уже говорила, хотят защитить от боли. Не плачь, малышка.

Больше я ничего не сказала, а просто прижала её к себе ещё сильнее. Она была такой маленькой, хрупкой, казалось ещё чуть-чуть и она развалится. Ей хотелось скорее повзрослеть, но зачем? Зачем портить детство болью, обидами и плохими воспоминаниями?

Софи потихоньку успокоилась и уснула прямо у меня в объятиях. Так, чтобы её не разбудить, я легла на кровать, так же прижимая её к своей груди.

Где моё детство? Правильно, нигде, я его не помню, а значит, не помню обид и боли. Сейчас в голове крутился один вопрос: А хочу ли я вообще вспоминать, то, что забыла?

Мысли уносили меня все дальше и дальше, и я заснула, так и не ответив на свой же вопрос.

Глава 16

Впервые за долгое время я проснулась не от кошмаров, не от ударов, не от ещё чего-нибудь, а просто проснулась, просто открыла глаза без боли и особой трудности. Проснулась так, как просыпалась раньше. Для меня сейчас это огромная роскошь.

Сев на кровати, я потянулась, разминая затекшие конечности. Как оказалось, Софи рядом нет, и, пока я спала, кто-то укрыл меня одеялом. Встав и заправив кровать, я пошла в ванную, к зеркалу. Я смотрела на себя обычную, самую обычную, заспанную с растрепанными после сна волосами, когда я смотрела на себя последний раз, то была похожа на ходячего мертвеца, а сейчас все нормально. Внешне все было нормально, но морально я до сих пор выжата досуха.

Умывшись и почистив зубы, я пошла за косметичкой, краситься, хотя бы для себя, чтобы убедить саму себя, что все ещё может насладиться в моей жизни. Так, стрелки, тушь, таналка, блеск и можно сказать, что мой вид идеален. Конечно, это звучит ужасно, ведь недавно я пряталась в ванной. Сейчас мне кажется, что я могу свернуть горы и настроение приподнятое.

- Откуда такой прилив сил? – спросила я у самой себя.

Надо пользоваться моментом, а то "убежит" он от меня и все.

"Майка" – подумала я и пошла к шкафу, чтобы переодеть этот ужас на себе. Джинсы на мне были белые, поэтому я достала белую футболку и надела её. Теперь я довольна своим видом.

В животе предательски заурчало. Конечно, я же не ела несколько дней, и это только по меньшей мере. Я буквально вылетела из комнаты и побежала в столовую. Так хорошо, физически, я не чувствовала себя уже давно. Когда я была возле двери в столовую, то дыхание моё сбилось, бежала не очень долго, но чувство было, что пробежала целый марафон.

Как только я зашла в столовую, почувствовала на себе огромное количество глаз. За дальним столом сидели все те же знакомые лица, только белобрысая была уже не белобрысой, а черной. Кажется, она все-таки последовала моему совету. За другим столом сидели: Эрик, Софи и Миша. И все втроем сверлили меня взглядом, если на всех остальных я смотрела мельком, то на лице Софи задержалась. Я переживала за нее очень сильно, но она лишь улыбнулась и слабо мне помахала, я сделала тоже. Эрик откровенно был удивлен моим видом, на это я лишь ухмыльнулась, и села за стол спиной ко всем. Был обед, передо мной появились: первое, второе, чай, ложка и вилка. Недолго думая, я начала есть.