Меч богов - Брюс Р. Корделл

проломил хитин, и таракан завизжал, подобно его сородичу. Приложив его ещё несколько раз, она сильным пинком отбросила тело твари ко входу в пещеру.

Кстати, о сородиче… Рилтана развернулась. Тот таракан, который напал на неё первым, валялся неподвижной грудой на расстоянии нескольких шагов поодаль. Она настороженно приблизилась к нему. Стоит ему только дёрнуться, и она его прикончит… Навершие вонзённого в его брюшко кинжала поблескивало в стремительно угасающем свечении алхимической смеси. Вырвав клинок из его тела, Рилтана тут же отпрыгнула назад. Таракан не шевельнулся.

Хорошо.

Алхимическое сияние почти угасло. Её утерянный солнечный жезл, скорее всего, давно сломался.

Наконец свет окончательно потух, и Рилтана повернулась прочь от пещеры. Оттуда по-прежнему доносился шум трущихся друг о друга тараканьих панцирей, но в полной темноте он почему-то казался громче. Неужели это действительно так, или воображение играет с ней злые шутки?

Она принялась осторожно шарить рукой по воздуху. Когда её ладонь коснулась стены тоннеля, Рилтана, используя её в качестве ориентира, направилась прочь от источника пугающих звуков.

Когда вызванный схваткой адреналин схлынул, боль в рёбрах и ноге вернулась. Она была вымотана до предела и с ног до головы покрыта синяками. А также голодна. Но чего ей действительно хотелось, так это…

Внезапно она споткнулась о камень. Сталь, которой были укреплены мыски её ботинок, спасла её от новых травм, но, не удержав равновесие, она упала.

Ноющая боль в рёбрах вспыхнула с новой силой - её словно пронзил насквозь раскалённый шип. Рилтана задохнулась, с трудом сдержав рвущиеся с языка ругательства. Не стоит лишний раз привлекать внимание живущих в пещере жуков. Слёзы навернулись ей на глаза. Лёжа в темноте, Рилтана ждала, пока боль не утихнет в достаточной степени, чтобы позволить ей сесть.

Плохо, что она не подумала запастись вдвое большим количеством источников света. Её перчатки, хоть и являлись бесценным сокровищем, могли вместить в своё подпространство всего пять предметов, поэтому она всегда держала одно место свободным на случай, если ей повезёт «наткнуться» на особо примечательный объект искусства или украшение, которое требовалось незаметно унести.

Учитывая, что солнечного жезла и алхимического эликсира она уже лишилась, в её распоряжении остался лишь маленький кусочек мрамора, который она называла Камнем Пленника, и шарф.

Жёлтый шарик она некогда извлекла из глазницы статуи, изображавшей изначального по имени Каршимис. При этом она чуть не лишилась жизни, но, как выяснилось, он того стоил. В некоторых ситуациях он действительно мог стать незаменимым.

К сожалению, не в данной. Тут не имелось никаких засовов, кандалов или закрытых дверей, которые препятствовали бы ей выбраться наружу. Поэтому от камешка не было никакого проку. Значит, осталась лишь полоса светлой ткани.

Учитывая, на что пришлось пойти её двуличному клиенту, чтобы раздобыть этот шарф, он просто должен оказаться чем-то большим, нежели обычным куском тряпки. Что там утверждал этот лживый ублюдок? Он хотел, чтобы Демаскус лишился его в «нужный» момент? Какая чушь.

Убрав последний оставшийся у неё клинок в ножны, она достала шарф. Учитывая, что вокруг царила непроглядная тьма, она его не увидела, но на её ладони опустилась почти неощутимая тяжесть. Обернув один конец ткани вокруг левой руки, Рилтана потянула за второй. Даже сквозь перчатки чувствовалось, насколько мягким и шелковистым был материал шарфа. Поднеся его к лицу, она принюхалась.

Пахло, словно в магазине пергаментов. Из-за полного отсутствия света Рилтана могла полагаться лишь на ощущения, обоняние и слух; лизать его она была не готова.

- Шарф, покажи мне свою силу, - еле слышно прошептала Рилтана. Она чувствовала себя крайне глупо, разговаривая во тьме с простым отрезом ткани.

Разумеется, ответа не было.

- Проклятье, если ты и правда нечто большее, чем кажешься с виду, то самое время продемонстрировать это, не то я засуну тебя в самую глубокую тараканью нору, которую найду!

По узелкам ткани забегали огоньки, похожие на тысячи маленьких звёзд. Замерев, Рилтана смотрела, как на полотне возникают слова. Надпись гласила:

Верни меня Мечу, и я выведу тебя отсюда.

Рилтана облегчённо выдохнула. Она здесь не умрёт! Очевидно, в шарфе и правда имелась сила. Он мог помочь ей выбраться на поверхность.

- Не сомневайся! – прошептала она. – Мечу, обещаю. Только скажи, куда мне идти!

Шарф шевельнулся, словно ожившая змеиная кожа. Она разжала ладонь, и конец ткани взвился в воздух, ещё сильнее напомнив ей змею. Из него вырвался направленный луч света, словно из ручного фонаря, и полотно повернулось, указывая нужное направление.

Рилтана поднялась на ноги. Несмотря на её плачевное состояние, губы её раздвинулись в улыбке. Рёбра и левая лодыжка по-прежнему пылали огнём, но внезапно вспыхнувшая надежда приглушила неприятные ощущения не хуже глотка алхимического бальзама.

Она направилась вперёд. Время от времени шарф поворачивался, указывая дорогу.

Идти оказалось нелегко. Рилтана встряхнула головой. Если бы ей пришлось преодолевать этот путь в темноте и наощупь, она непременно провалилась бы ногой в змеящуюся по центру тоннеля трещину или упала в одну из ям, которыми изобиловал пол. Учитывая её состояние, даже с источником света выбраться отсюда будет весьма непросто.

Через некоторое время её воодушевление сдулось, словно воздушный шарик. Каждый раз, стоило ей наступить на левую ногу, её лодыжку пронзала боль, и она пересмотрела своё мнение.

Надежда и в подмётки не годится алхимическому бальзаму.

Почему она не догадалась спрятать в подпространстве перчаток исцеляющее зелье? Потому что считала, что следует держать одно место свободным – план, идиотизм которого она осознала только сейчас. Когда она делала очередной вдох, сломанное ребро вспыхивало болью. Что мешало ей запастись всем необходимым, а в случае, если повезёт наткнуться на что-то более ценное, чем солнечный жезл, зелье или горшочек с алхимической жидкостью, просто выкинуть один из этих предметов? Если она выберется из этого треклятого подземелья, то непременно так и сделает.

Тоннель, по которому шла Рилтана, разделился на несколько проходов. Конец шарфа указал на один из них, и она послушно захромала туда. Коридор, в котором она оказалась, уходил вверх. Посередине него струился ручей – выглядело многообещающе, но она не могла изгнать из головы мысли о недавнем потопе. 

- Шарф, откуда тебе известно, куда идти? – спросила она.

На полосе ткани возникли слова.

Я – Вуаль Гнева и Знания; всё, что было записано, ведомо мне. Я подтверждаю имена тех, кого боги желают уничтожить.

- Что было записано? Боги желают уничтожить? Ничего не понимаю.

Очевидно, ждать ответа не имеет смысла.