Золотая кариока - Станис Фаб

В открытом море Молчун нападет не на Любимчика, упаси бог, это слишком грубая технология, а на его лодку. Пришельца мы и пальчиком не тронем, и никто нас в этом не обвинит. Его задача – затопить лодку, а с Любимчиком в таком случае расправятся священные акулы. Мы же выйдем из Черного дела с чистыми руками.

Главный бандютюк не выдержал и глубоко вздохнул.

– Ваше величество, я против плана Алхимика. Это скверный план, подлый и грязный. Зачем избавляться от такого умненького Любимчика? Кто еще сможет устроить в вашу честь такой фейерверк, как Любимчик, или сделать вашу честь такой фейерверк, как Любимчик, или сделать летательный аппарат? Цертура и Пентула не подумали, что пока замены Любимчику нет!

– Не беспокойтесь, подумали, – съехидничал Цертура. – Вот Молчун выполнит Черное дело и вполне заслужит право на столь высокий титул.

– Я, если можно, протестую, ваше величество. Народ не любит молчунов. Они всегда подозрительны. Нам много раз внушали, что молчание золото, а что тогда не золото – болтание?

Акулька-13 скривился и с опаской поглядел на своего Главного алхимика, большого любителя поболтать.

– Вот и я о том же. Появление нового, молчаливого Любимчика может вызвать волнения. А этим обязательно воспользуются ваши враги.

– Мы из любого молчуна сделаем говоруна. Странно, однако, что Главный бандютюк, призванный по своему имени и отчеству поддерживать черные дела и молчунов, защищает вашего недруга! Или, может быть, Главный бандютюк с ним заодно? Караул, заговорщики во дворце, – завопил Главный алхимик.

– Имя бывает обманчиво, так же, как и ученость, – спокойно произнес Главный бандютюк. – Если ваше правящее величество перестало мне доверять, я готов приступить к разжалованию.

Впрочем, рев Главного алхимика не вызвал особого благоволения у Акульки-13. Всем в Акулии был известен взбалмошный характер Пентулы.

– Ведь Любимчик еще ребенок! – продолжал Главный бандютюк.

– А вы взрослый ребенок, если не видите опасности для трона в его участии в предстоящей рыбалке.

– Я готов уйти в отставку!

Акулька-13 встал. В покоях наступила тишина.

– Я утверждаю план Цертуры, хотя я ничего не видел и, следовательно, не слышал. Отставка Главного бандютюка принимается на время Черного дела. Отныне все воины-акульки подчиняются моему величеству. Я сделаю Молчуна Любимчиком, если он выполнит Черное дело. А теперь – я устал и желаю спать…

Глава восемнадцатая, из которой мы узнаем, как проходила рыбалка на Теплом море

Принять участие в рыбалке Коська решил после разговора с Главным бандютюком. Ему не нужно было огромное состояние, дворец и уж тем более трон правителя акулек. Во-первых, он испытывал чисто спортивный интерес, а во-вторых, думал таким образом помочь самим акулькам, ведь и за неделю правления можно многое успеть сделать.

Искатели счастья отправлялись в море без торжественных проводов. Какое может быть торжество, если каждый рыбак претендовал на трон? Нужно было только письменно известить Цертуру и получить номер, который следовало нарисовать на борту,

Предупреждать именно Цертуру нужно было по вполне понятной причине – письменные просьбы об участии в рыбалке Цертура регистрировал, чтобы потом послать за рыбаками своих слухачей и смотрачей.

Как Любимчику его величества Акульки-13, Коське-Камчатке пришлось взять номер 13. Нет, Коська не был суеверным, но он с большой охотой поменялся бы номером с тем же Молчуном, который плыл чуть сзади и молча скалил зубы, когда Коська пытался с ним о чем-нибудь перекричаться. Несколько раз Коська-Камчатка поднимал весла, чтобы Молчун подплыл ближе, но тот лишь мрачно ухмылялся и греб с такой силой, что Коськина лодка оставалась далеко позади. А когда Коська изменял курс в надежде найти лучшее место для рыбалки, он тут же разворачивался и нагонял его. Так повторялось много раз.

Наконец Коська поставил свое суденышко так, чтобы тень от него не падала на воду. Наживил самодельную приманку, поплевал на нее для верности и забросил в воду.

Молчун остановился метрах в тридцати-сорока. Глядя на Любимчика, он тихонько посмеивался. Кто же ловит священных акул длинной тонкой палкой, которая, казалось, вот-вот переломится от собственного веса? Надо быть похитрее! К примеру, опустить ногу в воду, пошевелить пальцами, и в тот момент, когда акула попытается схватить ее, посильнее стукнуть хищницу сучковатой дубинкой по голове. И тут уж не зевай, тащи ее в лодку.

Но, вопреки всему, у Коськи клевало! Поплавок нырнул, потом вынырнул и вновь скрылся под водой. Камчатка сделал резкую подсечку и вытащил козерожку – так акульки называют рыбку, очень похожую на морского бычка. Не прошло и четверти часа, а на дне лодки было еще две диковинные рыбешки.

Коська-Камчатка достал припасенную заранее прочную веревку, на конце которой висел здоровенный крючок-тройник. На каждое из его жал он насадил по козерожке и опустил снасть в воду.

Стало припекать, и Коська решил раздеться, чтобы немножко позагорать. Едва он стащил рубаху, как веревка, свисавшая с борта, вытянулась в струну и дернула лодку с такой силой, что суденышко чуть было не перевернулось.

Молчун от изумления раскрыл рот. Лодка Любимчика бешено вертелась на месте. Потом вдруг остановилась и, сильно накренившись носом, помчалась вперед.

Молчун быстро заработал веслами, чтобы не упустить Любимчика из виду. Сам Коська-Камчатка перепугался не на шутку. Он, конечно, читал книги и смотрел кинофильмы об опасных приключениях охотников на китов. Но не предполагал, что акулы в Теплом море окажутся такими резвыми.

Упершись ногами в борт лодки и вцепившись двумя руками в веревку, он пытался вытащить добычу, но лишь раззадорил акулу. Она рванула снасть с такой силой, что Коська не удержался и упал на дно лодки, больно стукнулся и потерял сознание.

Глава девятнадцатая, в которой Кноп и Левушка спешат на помощь к друзьям в Тридевятую землю

Они не были на чердаке с того дня, как исчезли Димка и Коська. Очень неуютным казалось теперь место их тайных встреч.

Левушка осторожно протиснулся к маленькому окошку, потемневшему от пыли, и пальцем вывел на стекле: «Мы идем искать…»

– Кноп, нужно их как-то возвращать! Но как?!

– Открыл Америку. Бологон и тот не знает, что нужно делать.

– Бологон, может быть, и не знает, а мы должны придумать. Иначе мы не друзья, а обычные приятели.

– Маленькая надежда есть. Бологон разрешил воспользоваться своей книгой.

– Классно, а как назад возвращаться, он сказал?