Мама, я мальчика люблю! - Татьяна Тронина

Кинеша перемахнула через стену легко, а вот Римме пришлось постараться, чтобы перелезть через эту преграду. Только они оказались по ту сторону забора, как где-то невдалеке раздался шум мотора и сквозь деревья блеснули фары.

– Ортезио возвращается! – догадалась Римма. – Вот сюрприз ему будет…

Троица быстро нырнула в лес.

– Бежим! – сказал Егор. – Бежим, пока они все в погоню не кинулись…

И ребята припустили в темноту. Шли быстро, хотя то и дело натыкались на корни и ветви, а по пути Егор рассказывал, как он пробрался в дом:

– Я такси отпустил, а по проселочной дороге уже за машиной бежал, в которой Кинешу везли. Дождался темноты… Я замок на вашей двери проволочкой открыл, хотя, думаю, можно было и ключи поискать. Эти типы дрыхли как убитые, у них из-под носа даже слона можно было увести – они бы не заметили!

– Теперь Ортезио их точно заколдует! – засмеялась Римма. – Превратит в каких-нибудь лягушек…

– Что за Ортезио такой? – хмыкнул Егор. – Хотел бы я его увидеть…

– Ой, лучше не надо! – в один голос вскрикнули девчонки.

Скоро лес закончился и впереди показалось шоссе.

– Что дальше? – спросила Римма. – Может быть, нам стоит поймать попутку? А там, в Москве, первым делом – в милицию?..

– Не стоит, – вдруг заявил Егор. – Эти типы нас сейчас наверняка ищут по всем дорогам. Быстрее на них нарвемся, чем на какую-нибудь попутку.

– Да, это точно! – согласилась Кинеша. – Надо переждать до утра…

Ребята предусмотрительно свернули с дороги. Вскоре показались какие-то темные строения.

– Похоже на дачный поселок, – задумчиво пробормотал Егор, таща за собой уже изрядно уставших девчонок. – В каком-нибудь пустом домике переночуем…

Они выбрали первый попавшийся двор, перелезли через забор. Здесь Егору опять пришлось показать свое мастерство взломщика – и через пять минут ребята были внутри чужого пустого дома, где пахло сосновыми досками и пылью. Все это говорило о том, что для хозяев этого дома дачный сезон давно закончился.

В темноте нашли какой-то топчан, повалились на него прямо в одежде и в ту же секунду уснули…

…Римма проснулась поздним утром и долго не могла понять, где же она находится. Солнце светило сквозь пыльные окна, в соседней комнате кто-то гремел посудой. Кинеша спала рядом, и во сне ее длинные ресницы вздрагивали, словно девочке снилась погоня.

Римма тихонько встала и заглянула в соседнюю комнату. Там, оказывается, была кухня, и в ней сейчас вовсю хозяйничал Егор. Похоже, он готовил завтрак…

– Проснулась? – деловито спросил он. – А я не привык долго спать. Меня, понимаешь, каждое утро сестренки будят. Такой шум устраивают, что просто сил никаких нет.

– Как же хорошо на свободе! – мечтательно произнесла Римма и принялась распутывать свою косу. Заколки она давным-давно где-то потеряла. – Надо бы домой позвонить…

– Легко сказать! Тут телефона нет.

– На станции должен быть! Я как будто электричку под утро слышала… на станции всегда есть телефон.

Завтрак был самый простой – три тарелки вермишели быстрого приготовления, залитые кипятком. Но никогда еще Римма не вдыхала такого упоительного запаха, который шел от этой вермишели!

– Денисяк… – вдруг сказал Егор потрясенно.

– Что? – испугалась та и стала оглядываться – словно рядом появился полковник Ортезио. Но дело было в другом – в первый раз Егор увидел Римму с распущенными волосами. Она была похожа на русалку, и солнце, льющееся из окна, вспыхивало в них золотыми искрами.

– Роскошная у тебя шевелюра, вот что, – буркнул Егор, приходя в себя. – Ладно, буди свою сестру, а то завтрак остынет.

Кинеша явилась к столу очень голодная.

– Как вкусно! – воскликнула она через минуту с набитым ртом.

– Я, понимаешь, тут хозяйские запасы нашел, – кивнул Егор на шкаф в углу кухни. – Там этой вермишели – во! Хоть до зимы здесь можно жить.

– Вот что… – после завтрака сказала Кинеша. – Я тут думала, что нам делать…

– Так мы же договорились уже! – воскликнул Егор. – Сейчас звоним предкам со станции, а потом едем домой – на электричке или на попутке – все равно как…

– Не выйдет, – печально покачала головой Кинеша. – Пути отступления отрезаны. Ортезио и его прихвостни…

– Санек и Митрич, – подсказала Римма.

– …Да, все они сейчас тоже думают о том, как бы нас поймать. Кроме того, у Ортезио денег хватит на то, чтобы нанять еще новых головорезов.

– Что же делать? – растерянно пробормотала Римма.

– Не к лейтенанту же Чемоданову идти – он про политику ничего слышать не хочет… – пробормотала Кинеша.

– Да, придется выкручиваться самим, – подвел итог Егор, внимательно выслушав все мнения. – Есть еще вариант – зависаем здесь. Ну, пока бдительность вашего Ортезио не притупится…

– Никакой он не наш! – в один голос возмущенно воскликнули сестры.

– А в общем мне план Егора нравится, – немного смутилась Римма. – Поживем на этой даче пару денечков, отдохнем…

– Только родных надо предупредить! – напомнила Кинеша. – А то они там с ума, наверное, сходят…

После полудня друзья узкой проселочной дорогой отправились на станцию. Шли медленно, оглядываясь по сторонам, но пока ничего подозрительного не заметили. Места были безлюдные, лишь вдали, за широким полем, виднелась какая-то ферма…

Скоро они оказались на станции. Несколько деревенских жителей ходили по платформе, дожидаясь поезда на Москву, а в общем ничего подозрительного здесь тоже не наблюдалось.

– Тетенька… – заглянула в окошечко кассы Римма, сделав жалобное лицо. – Разрешите по вашему телефону маме позвонить!

– Еще чего! – недовольно буркнула в глубине кассы немолодая женщина с фиолетовыми волосами («Баклажан», – вспомнила Римма название этого цвета, однажды тетя Карина красилась в такой). – Телефон только для служебных надобностей.

– Ну пожалуйста… – умоляюще заныла Римма и для большей убедительности скривила лицо, словно собираясь заплакать. – Мы от поезда отстали… Дома все волнуются, а бабушке волноваться нельзя – у нее сердце больное!

Римма все это придумывала на ходу. Раньше она никого не обманывала. «Эх, не поверит мне эта тетка! – подумала она. – Вон у нее какое лицо злое!» И от отчаяния Римма в самом деле заплакала – две слезинки покатились у нее из-под очков по довольно чумазым щекам.

– Ну ладно, – вдруг сказала кассирша и поставила перед Риммой большой черный телефон. – Звони. Только быстро!

Дрожащим пальцем Римма набрала свой домашний номер. Трубку сняли сразу.