Грехи и тайны - Кира Коул

— Хорошо. — Алессио встает и берет мое полотенце с шезлонга. — У меня еще одна встреча в офисе комплекса. Шеф-повар готовит ужин, но сегодня вечером ты снова будешь ужинать в одиночестве. Подписан ли второй контракт?

Если он собирается на встречу в офисе комплекса, значит, происходит какая-то темная деловая сделка. От которой я держусь подальше.

Возможно, за моим плечом уже достаточно преступлений, за которые меня можно арестовать, но я не хочу добавлять еще что-то. Особенно сейчас, когда я вот-вот освобожусь от мафии.

Держись подальше от тюрьмы. Сбеги, не умерев.

Хотя это короткий список, задачи выполнимы с трудом.

Всего два месяца. Еще два месяца, и, надеюсь, папа придет в себя и сможет двигаться. Надеюсь, на этот раз он прислушается ко мне, когда я скажу ему, что нам нужно переезжать.

— Да. Я оставила его на кухонном столе. — говорю я, отрываясь от своих мыслей и слегка улыбаюсь ему. — Я думаю, что останусь здесь еще на некоторое время.

— Я дам знать шеф-повару, чтобы он сообщил тебе, как только ужин будет готов.

Алессио исчезает в доме, когда волнение по поводу стажировки начинает распространяться по моему телу. Я не могла и мечтать о лучшем опыте, который помог бы мне подготовиться к управлению собственной компанией.

Однако то, как мне подвернулась такая возможность, заставляет меня чувствовать себя немного подозрительно.

Неужели Алессио знает, что я пытаюсь сделать?

Я скатываюсь с поплавка в холодную воду, пытаясь отогнать подозрения. Он никак не может знать, что происходит. Я держала все в секрете.

Может быть, он просто мужчина, пытающийся сделать что-то приятное.

Хотя я тоже не обязательно в это верю, это должно быть ближе к истине, чем то, что он знает о моем плане.

Все будет хорошо, а если нет, все, что мне нужно сделать, это бежать изо всех сил.

Вылезая из бассейна, я делаю мысленную заметку найти где-нибудь на территории отеля место, где можно спрятать часть денег, чтобы я могла забрать их, если что-то пойдет не так.

Хотя Алессио не знает, что я задумала, мне нужно быть готовой уйти в любой момент, если он когда-нибудь узнает.

Глава 10

Алессио

Утро понедельника заслуживает своего собственного круга в аду. Несмотря на то, что я работаю с четырнадцати лет — сначала в семейном бизнесе, а затем в своей собственной компании, — они никогда не чувствуются лучше.

Такое чувство, что мне приходится использовать всю свою силу воли, чтобы вытащить себя из постели. Я должен выпить по крайней мере две чашки кофе, прежде чем смогу хотя бы подумать о том, чтобы отправиться в "Фортуну".

Однако этим утром все по-другому. Этим утром я просыпаюсь от криков Билли, эхом разносящихся по дому.

Ее пронзительный крик заставляет меня вскочить с кровати и схватить пистолет. Я снимаю его с предохранителя и спускаюсь вниз, направив пистолет в пол. Спускаясь по лестнице, я стараюсь не наступать на скрипящие половицы.

Я не знаю, что происходит внизу, и кто может быть в моем доме, но я не собираюсь рисковать.

Визг переходит в рыдания. Я заворачиваю за угол у подножия лестницы и вижу Билли, всю в крови, склонившуюся над телом в прихожей. Ее плечи трясутся, когда я снова ставлю пистолет на предохранитель и засовываю за пояс сзади.

Через окно возле входной двери я вижу, как моя охрана начинает окружать дом. Если в моем доме кто-то есть, они найдут его. Прямо сейчас мне нужно сосредоточиться на Билли.

— Что происходит? — Спрашиваю я мягким тоном, наблюдая, как она пытается сделать массаж мужчине, который явно мертв. — Ты в порядке? Ты вся в крови.

Билли не отвечает мне, пытаясь сделать мужчине искусственное дыхание, прежде чем снова начать массаж. Кровь продолжает сочиться из огнестрельной раны, скапливаясь на полу.

— Билли, он умер. Я позову доктора, но тебе нужно отойти от тела. Он умер.

Она смотрит на меня через плечо, и ее взгляд пробирает меня до костей. Билли ничего не говорит и снова обращает свое внимание на мужчину, все еще пытаясь спасти его жизнь, хотя это бесполезно.

Я обхожу лужу крови, чтобы взглянуть на лицо мужчины. Мой желудок переворачивается, когда я вижу пустой взгляд моего самого молодого капо. Его лицо бледное, хотя на щеке все еще виден старый синяк.

— Билли, он умер. Ты должна отпустить его. Я собираюсь позвонить врачу, и он приедет за телом. Я позабочусь о том, чтобы у него были достойные похороны, но тебе нужно отпустить его.

Она снова игнорирует меня, продолжая делать искусственное дыхание. Я вздыхаю и зажимаю переносицу. Я не знаю, как помочь ей прямо сейчас.

— Он не умер, — говорит она, ее голос чуть громче рычания. — Я пощупала пульс. Он все еще жив.

Я знаю, что она неправа, и она ничего не сможет с этим поделать. Неважно, сколько раз я буду говорить ей, что он ушел, она мне не поверит.

Пока она продолжает делать массаж, я отправляю сообщение врачу. Я не смогу вынести выражение ее лица, если не сделаю этого. Она будет раздавлена мыслью, что я не сделал всего, что было в моих силах, чтобы привести сюда кого-нибудь, чтобы спасти его.

Я не могу причинить ей такую боль.

Не имеет значения, что он уже мертв.

— Врач будет здесь через минуту, но я собираюсь попросить Давиде заняться массажем. Доктор не может видеть тебя здесь, и тебе нужно привести себя в порядок.

Давиде входит в парадную дверь, пока я говорю, и смотрит на тело. — Снаружи не видно, кто это сделал, но остальные собираются прочесать территорию комплекса.

— Хорошо, займись массажем сердца.

Давиде приподнимает бровь, его рот слегка приоткрывается. Я качаю головой, прежде чем у него появляется шанс сказать то, что мы оба уже знаем.

— Массаж нужно делать до тех пор, пока не приедет врач и не сможет отвезти его в больницу. — Говорю я, когда Давиде опускается на колени рядом с телом и осторожно забирает его у Билли.

Она садится на корточки с потерянным видом.

Мое сердце болит за нее, когда слезы текут по ее щекам. Хотя я, возможно, и не помню имени этого человека, я помню, как он рос. Он был лучшим другом Билли, и я уверен, что в какой-то момент Артуро говорил мне, что они встречаются.

Я не могу представить себя на ее месте в тот момент. Я видел, как умирают люди, которых я любил, но в