Ты не мой Boy 2 - Янка Рам

нюанс, разворачиваюсь к тачке. Сбрасываю с плеча на землю рюкзак.

— Супер! Забираю!

Второй, закончив разговор, кладет трубку.

— Всю мне не унести, — продолжаю я. — Пожалуй, возьму зеркальце.

С разворота отбиваю ногой боковое зеркало, оно повисает. Пару раз яростно припечатываю по нему кроссовком и отрываю провода.

— Эй! — потеряв дар речи, хватает меня за плечи мужик. — Ненормальная!

Второй срывается ко мне.

Это зря!

— Оттащи ее!

Хватаясь за замок из рук у меня на груди, отталкиваюсь от земли и втапливаю кроссовок в лицо подоспевшему.

— Сучка!..

Захват слабеет. При попытке освободится, наушники съезжают с шеи вверх, бьет мне больно по носу.

Пинаю по щиколотке противника, целясь в косточку. Пользуясь ослабевшим захватом, ломаю нос затылком. Бросок…

Отскакиваю в сторону.

Шмыгаю носом. Стираю… пальцами. Кровь… Сосуд порвался.

— Ещё раз тронешь меня, руки поломаю.

Прикладываю охапку снега к носу.

— А Сергею Мироновичу передайте, что… А в общем, я сама ему все скажу. Пусть наберёт.

Поднимаю зеркало.

Бросив на них многообещающий взгляд, подхватываю оторванное зеркало и иду домой.

Поднимаюсь на лифте. Дверь наша чуть приоткрыта. Захожу тихо внутрь.

Пахнет чужим парфюмом… Голоса…

Сапожки Милки…

— Можешь не брать её в расчёт.

Торможу в арке, прислушиваясь к разговору.

— Она претензий к тебе иметь не будет и сюда больше не вернётся.

— В смысле — не вернется?!

— Она получила своё «предложение, от которого нельзя отказаться».

— И?… Согласилась?! — недоверчиво.

— Она умнее тебя…

— Ложь! Она не примет от тебя ничего!

— Денис… Я знаю женщин гораздо лучше, чем ты.

— Эй! — захожу я, ноздри подрагивают от ярости.

У Дэна же сердце! Нахера доводить его??

От возмущения теряю равновесие внутри и показываю батеньке выразительный Фак!.

Швыряю в ноги зеркало.

— Продай тачку, оплати сыну операцию! И… нахер отсюда… «папа»!

Эпилог

Прохожу мимо него, вжимаясь спиной в Дениса и обнимаю себя его руками.

Чувствую, как Денис до боли сжимает меня. Глажу успокаивающе его руки. Нервный выдох…

Сергей Миронович смотрит на зеркало.

— Вандализм.

— Да?! Вандализм — это ваш визит! Он на двенадцати препаратах сейчас сидит, ему нельзя нервничать! Вы приходите и говорите, что невеста его продала! При этом организовывает это предательство. Да это покушение на жизнь! Вы пытаетесь сына убить?! Так вот — сдохните быстрее, я вам это обещаю!

Мила, подкравшись сзади поднимает с кресла своего кролика.

— Малыш, пошел он к черту. Не объясняй ему ничего.

Вскрикнув, Сергей Миронович дёргается и резко разворачивается.

Милка выпучив свои глазами бежит к нам. Прячется за нас.

Сергей Миронович вытаскивает из бедра шприц. В шоке смотрит на него.

О, Боже! Мила…

— А потому что вести себя надо хорошо! — высовывается Милка. — Понял, блять!

— Мила!! — шикаем на нее.

Хмурясь, отец хватается рукой за горло. Прокашливается

— Что здесь было?!.. — смотрит на шприц.

— Витамины группы В, — настороженно отвечает Денис.

Лицо краснеет.

— Что?.. — закашливается, растирая горло. — Скорую!

— Он аллергик! — срывается Денис к пластиковому контейнеру с лекарствами. — На лекарства у него… Отек сейчас будет! Вызывай! Тут где-то гистамины были…

Вываливает из коробки все на диван.

Нам в больнице сказали купить и их, на случай аллергических реакций на препараты.

Лицо Сергея Мироновича начинает отекать. Он осаживается в кресло.

Я набираю Скорую, наблюдая как быстро его пальцы превращаются в раздутые сосиски.

Ден скармливает ему таблетки.

— Это все хреново помогает! Ему нужны гормоны.

Диктую скорой адрес.

Милка испуганно забилась в угол.

— Так делать нельзя, Мил! — шиплю на нее гневно.

— Льзя!

— А если он умрет?

— От витаминок не умирают, они же полезные, глупенькая! — взмахивает растопыренными пальцами Милка.

Дыхание у Сергея Мироновича натужное, сиплое…

— Люде… Позвони… — хрипит он Денису. — Пусть… Привезет ингалятор…

Протягивает с трудом телефон. Дэн ставит на громкую связь.

— Да, дорогой.

— Это не «дорогой». У отца отек. Ему экстренно нужен его ингалятор с гормонами. Прямо сейчас! Метнись. Иначе, он задохнётся.

— Скорая вколет гормоны, — шепчу я.

Денис поднимает указательный палец вверх словно прося тишины.

Небольшая пауза…

— Алё?… — чуть нервно и наигранно весело. — Алё-о-о? Что-то со связью я тебя не слышу. Перезвони мне, пожалуйста.

Денис, свирепо смотрит в глаза отцу с ухмылкой.

— Перезваниваю… — набирает ещё раз. — И теперь телефон будет отключен!

— «Абонент не доступен»…

Швыряет телефон на бедра отцу.

— Ты хотел, что моя женщина меня продала сегодня. А продала тебя твоя. Ждёт твоей смерти, шакалиха. Торопит, как может. Ты ведь уже переписал завещание, верно?

— Скорую, сын… — хрипит он, лицо обезображивается от отека.

— Едет, отец. Едет…

— Написано — сорбент и щелочное питье! — поднимаю я экран.

— Давай, давай…

Мы с Денисом реанимируем, как умеем его отца, пока едет скорая. Ему тяжело, начинает совсем задыхаться.

— Потому что надо вести себя хорошо, — уже тоже переживая, вышагивает вокруг нас Мила.

— Кыш!!

— Скорая приехала! — смотрит Денис из окна. — Полетел, встречу. Всё будет хорошо, держись, отец!

Сжимает на мгновение его плечо.

Мы остаемся… Смотрим друг другу в глаза. Тяжёлый сип…

— А Денис Вас до сих пор любит, — вздыхаю я. — Несмотря ни на что. Видите, как спасает. Это так грустно… Как вы могли его променять на стервятницу, ждущую вашего трупа? Мне этого не понять… Вот Вы когда придете в себя. Просто позвоните ему и скажите «спасибо». И больше ничего не говорите. Спасибо за то, что не позволил умереть человеку, который все детство мучил его. А мог бы позволить. Несчастный случай… Поэтому, позвоните. Иначе, в следующий раз, Людочка и карма, вас точно догонят. И никто не будет спасать.

— Да-да, — вторит мне в назидательный тон Милка, вышагивая вокруг.

Кидаю в нее диванной подушкой.

Смывается в спальню, прихватив зайца.

Скорая, ставит гормоны, прокачивает кислород, забирает его уже во вменяемом состоянии, но все ещё с маской на лице. Будут ставить капельницу…

А мы остаемся.

Обнявшись, сидим на ковре у дивана.

Уткнувшись носом в его шею, дышу родным запахом.

— Ты чего с банкета сбежала?

— Соскучилась…

— Я хотел феерично встретить, — вздыхает.

— По-моему фееричней некуда! — смеюсь я, расслабляясь.

— Ты теперь «мастер»?

— Мастер…

— Очень круто, малышечка! Буду всем хвастаться, — целует в нос.

Встречаемся губами.

— Мастер-фломастер… — хихикает Милка, стоя в дверях.

— Та-а-ак! — поворачивается в ее сторону Денис, поднимаясь на ноги. — А кто у нас был плохой девочкой?! Давай-ка сюда свою задницу вредную, воткнем тебе витаминов без новокаина!

С сатанинским хохотом мы бежим ее ловить. С визгом несётся от нас вглубь комнаты. Заваливаем на кровать и щекочем. Милка, истерично хохоча, лупит нас зайцем.

— Я не буду! Больше не буду! Хватит!!

Падаем рядышком.

— Ну, что, пойдёмте, хоть тефтелями