Сибантийский транзит - Алина Николаевна Болото

дружеских чувств. Аква опустила рыбу, подняла смикриков и тут сунула в рот. Я должен был смотреть, как она жует, отщипывая кусочки своему живому оружию. Чешуя, у нее и у убийственной рыбы была совершенно одинаковой! В одном инкубаторе их, что ли, производили?!

Дожевала, еще раз посмотрела долгим взглядом на чужака, скользнула в своем шаре к остаткам причала и плюхнулась в воду, только брызги полетели. А потом не поленилась высунуться еще раз, уже без шара, все сравнивала, наверное! Слава Большому Ги, уплыла все-таки без потасовки.

28

Анджей не понял, почему таншайв заходится в стрекоте. Только когда Эшик успокоился и перешел на космолингву, он понял, что водяная девушка истолковала его поднятые руки весьма превратно.

— Впрочем, может, это и к лучшему! Так она бы тебя точно грохнула, а так еще и задумалась! Пошли заводить мотор, нам еще ехать километра два.

В этот раз бага действительно завелась. Усаживаясь позади Эшика на сиденье, Анджей еще раз оглянулся, и ему показалось, что голубоватое свечение еще совсем недалеко от причала.

— Вы с ними воюете? — спросил он, когда бага вскарабкалась наверх по дороге, и река осталась далеко внизу.

— Когда как. Смотря с кем. У них разные племена. С кем-то воюем, с другими в мире. Но все равно, никогда не пытайся подходить к ним без оружия! Увидел, упал на землю, переждал, поднялся. Если бы то была не она, а он, валялся бы ты уже с перегрызенным горлом! У них эти рыбы хуже огнестрельного оружия! Хорошо еще, что летят недалеко.

— А что за шар? Скафандр?

— Вода! Аквы умеют управлять поверхностным натяжением воды. По земле катятся, как шарики ртути. Ртуть видел?

— Видел, — Анджей понял, что еще немного, и он заснет не хуже ормигаса. А тогда вообще можно свалиться с баги, поэтому он больно ущипнул себя за руку. Не спать!

29

На короткое время Эшик включил реактивный двигатель. Но тут же заглушил, едва по обеим сторонам дороги замелькали полуразрушенные строения.

— Это что?

Ни огонька, ни человека. Где-то просто огромные кучи из битых камней, арматуры и щебня. Где-то многоэтажки темнеют пустыми глазницами выбитых окон.

— Это старый Форталес! До землетрясения! Сейчас у нас не строят многоэтажки, а первопоселенцы пытались. У нас, чтоб ты знал, гравитация нестабильная и с тектонической деятельностью все очень интересно. То трясет, то не трясет, то извергается, а то проваливается. И приливов наших ты еще не видел.

«Да век бы их и не видеть!» — хотелось крикнуть Анджею, но он все же смолчал.

Две луны следили с небес, как бага протарахтела среди куч битого кирпича и уцелевших электрических вышек. Остановились возле рухнувшего дома. Два нижних этажа уцелели, а над ними торчали руины стен, изрядно оплетенные растительностью.

— Вот мы и дома! — Эшик заглушил мотор, ласково похлопал пятерней по сидению. — Домчали, как ветер!

Анджею почему-то казалось, что у ветра не бывает мокрых ботинок, и на шее не болтаются гигантские лохматые муравьи. Но он опять-таки оставил свое мнение при себе.

Багу загнали под деревья, набросив сверху пластиковый чехол.

Поеживаясь от ночного холода, Анджей ждал, когда Эшик определится на местности. Таншайв долго бродил вдоль стены дома, чуть ли не обнюхивая фундамент, переставлял какие-то обломки, потом вдруг с грохотом исчез. Когда Анджей уже решил, что лемура придется вытаскивать из какой-нибудь щели, отворилась еще невидимая дверь, и на тропинку упал луч света.

— Заходи! — крикнул Эшик. — Нас уже ждут здесь!

Тускло горел фонарь, за которым уходили в темноту стены огромного подвала. Фонарь держал в руке одетый в мешковину кочевник. В мешковине были прорезаны отверстия для головы и рук, а вокруг пояса был обернут кусок многожильного кабеля. Пучок разноцветных жил свисал наподобие бахромы.

Стикинс приветливо кивнул, но Анджей как-то не проникся в ответ дружелюбием. Память о первой встрече еще ныла в его ребрах.

— Моя должен проводить вас! — сообщил серо-голубой на искореженной космолингве. — Ваша должна идти быстро!

На слове «быстро» проснулся ормигас, поднял голову и звонко чихнул в сторону кочевника. Стикинс тоже что-то булькнул носом, похоже, два сибантийца прекрасно поняли друг друга.

Кочевник с фонарем пошел впереди, за ним Анджей, а Эшик замыкал шествие. Бетонный пол подвала за многие годы покрылся толстым слоем грязи. Возможно, его временами заливала вода, потому что следы ее виднелись разводами на покрытых плесенью стенах. И еще здесь было очень холодно. Анджей сам не заметил, как начал дрожать в своей тонкой рубашке, и невольно позавидовал покрытому шерстью таншайву. Он уж точно не замерзнет! И тут лежащий на шее ормигас неожиданно сплел передние лапы в кольцо, а сам свесился назад, раскинув остальные лапы пошире. Спине Анджея сразу стало теплее, потому что пушистый мех ормигаса сыграл роль накидки. Анджей даже немного пожалел, что его новый приятель так мал ростом, а то можно было бы закутаться в него, как в полушубок.

Так они прошли метров двадцать, после чего стикинс вдруг свернул за угол. Там оказалась ниша с ржавой железной дверью. Сквозь бурые пятна проступала надпись: «Осторожно. Высокое напряжение!» Кочевник с усилием потянул на себя изогнутую ручку, что-то щелкнуло, в стене образовался проем, за которым разъехались створки еще одной двери.

В глаза сразу же ударил яркий свет, и путники оказались в просторном туннеле. Кочевник ткнул пальцем:

— Твоя идет налево!

— А где у вас тут ресторан? — спросил Эшик, но стикинс шагнул обратно, и створки за ним закрылись. — Да ладно, не боись, сами найдем!

Они действительно повернули налево. Туннель напоминал огромную пластиковую трубу с матовыми полупрозрачными стенами, несколько полос на которых излучали свет. Между стенами туннеля и почвой имелся зазор, во всяком случае, так казалось. Если только это пространство не было заполнено стекловидной массой.

Эшик уверенно прошагал метров пятнадцать, а потом остановился и начал размахивать руками перед серебряной табличкой с изображением стрелы. Стена мигом потемнела, потеряла прозрачность, и в ней тоже открылся проем.

Анджей поспешил вслед за таншайвом, и они оказались в большом круглом зале. В центре в полуметре над полом парил полупрозрачный диск, к которому сходились нити прочерченной по пластику светящейся паутины. Между нитями Анджей, к своему удивлению, увидел несколько самых обычных столиков, за которыми сидели люди, двое стикинсов и похожий на ящера, но значительно меньший по размеру представитель еще незнакомой для Анджея расы. В одном из людей Анджей узнал дона Альбареса. Идальго немного осунулся, но выглядел довольно бодрым.

— Ага, вот и мои! Проходите! —