Девушка из элитного борделя - Николай Иванович Леонов

– Мы бы хотели задать вам несколько вопросов личного характера, – начал Лев. – Они касаются ваших взаимоотношений с Владиславом Карасем.

– Почему я должна рассказывать вам о своих отношениях с кем бы то ни было? – с вызовом произнесла Елизавета.

– Так сложились обстоятельства, – уклончиво ответил Лев. – Но Владислав Карась дал на это свое разрешение.

Елизавета резко развернулась, взяла с полки телефон и, не объясняя своих действий, набрала номер и поднесла трубку к уху. На ее звонок ответили не сразу. Все это время Гуров и Крячко стояли у порога, строгий взгляд хозяйки не позволил им пройти в квартиру. Наконец Елизавета дождалась ответа.

– Владик? Тут пришли двое полицейских, – скороговоркой проговорила она. – Заставляют меня говорить о наших отношениях.

Что ответил ей Карась, Лев и Стас не услышали, слишком тихим был голос, но после этого Елизавета сбросила вызов и коротко произнесла:

– Проходите.

Полковники вошли в прихожую, из которой хозяйка провела их в гостиную. Как и дом, квартира говорила о зажиточности ее владельцев. Дорогая элитная мебель, густой ворс ковра, в котором ноги утопали чуть ли не по щиколотку, современная техника. Да и сама хозяйка выглядела на все сто, от прически до удобных, но явно дорогих комнатных туфель.

– Что конкретно вы хотите узнать? – первой начала она разговор.

– Как долго вы живете в этой квартире? – спросил Гуров.

– Двадцать пять лет, – без запинки ответила Елизавета. – Предвосхищая ваш следующий вопрос, отвечу: квартира записана на мое имя всего на год меньше. Владислав оформил дарственную.

– Не подумайте, что я пытаюсь вас обидеть, – подбирая слова, продолжил Лев, – но ответ на этот вопрос очень важен. Владислав забрал вас из борделя?

– Да, я была проституткой. – В голосе Елизаветы снова зазвучал вызов. – Можете называть вещи своими именами, меня этим вы не шокируете. Я не горжусь своим прошлым, но и ужаса от воспоминаний о том времени не испытываю.

– Владислав предложил вам стать его содержанкой?

– Не совсем так. Он предложил мне помощь, – ответила Елизавета. – Хотите знать, спал ли он со мной после того, как перевез на эту квартиру? Да, какое-то время спал, но недолго. Не затем он вытащил меня из борделя, чтобы продолжать использовать по тому же назначению.

– А зачем он вытащил вас оттуда? – задал резонный вопрос Крячко.

– Я уже ответила: чтобы помочь. Он дал мне жилье, обеспечил деньгами, всего остального я добилась сама.

– Можете сказать конкретнее? – попросил Гуров. – Чего именно вы добились?

– Я прожила достойную жизнь, – просто, без пафоса, сообщила Елизавета. – Получила образование, устроилась на престижную работу, на которой работаю и сейчас. Теперь мы с Владиславом просто друзья, ему больше нет нужды обеспечивать меня материально. В этом плане я вполне самодостаточный человек.

– И довольны жизнью, – подытожил Крячко.

– Довольна, – подтвердила Елизавета. – У меня есть все, что можно пожелать.

– А семья? – Вопрос Гурова прозвучал глупо, но забирать его обратно он не собирался.

– У меня есть сын. – Губ Елизаветы коснулась мимолетная улыбка. – Да, у меня есть сын. Он уже взрослый, живет отдельно. Не в Москве, если вас это интересует. Уехал в Австралию по программе обмена студентами.

– Это сын Владислава? – предположил Лев.

– Вовсе нет. После того как я стала жить самостоятельно, у меня появился мужчина. К сожалению, наши отношения не сложились, но от этого союза появился чудесный мальчик, о чем я нисколько не жалею.

– Значит, к Владиславу у вас претензий нет. – Гуров ничего не мог с собой поделать, но каждый новый вопрос звучал еще более глупо, чем предыдущий.

– А вы считаете, должны быть претензии? – рассмеялась Елизавета. – Подумайте сами: я предъявляю претензии человеку, который вытащил меня с самого дна, обеспечил жильем, дал стартовый капитал и все еще является моим лучшим другом?

– Да, конечно, вы правы, – вынужден был признать Лев. – Простите, что побеспокоили. Вопросов больше нет.

Он развернулся и направился к выходу. Крячко потоптался на месте пару секунд и поспешил догонять друга. Елизавета проводила их до порога, а когда те начали спускаться вниз по лестнице, вдруг спросила:

– Скажите, наш разговор помог Владиславу?

– Помог, – честно ответил Гуров. – Очень помог.

Елизавета улыбнулась довольной улыбкой и захлопнула дверь. Оказавшись на улице, полковники дружно и глубоко вдохнули. Визит оказался совершенно не таким, как они ожидали. Странно было думать о Владиславе Карасе в таком ключе. Меценат, спасающий погибшие женские души, да и только. Гуров посмотрел на список, который все еще сжимал в руке, посчитал и присвистнул. В списке оказалось порядка тридцати пяти имен.

– Сколько? – спросил Крячко.

– Тридцать пять.

– Думаешь, все они, как и Елизавета, ведут нормальный образ жизни? Завели семью, детей, получили образование и хорошо оплачиваемую работу?

– Полагаю, так и есть, – пожал плечами Лев.

– Просто сказка какая-то. Покруче Золушки будет. – По голосу Стаса было ясно, что подобное донкихотство его удивило. – И это в наши дни…

– Времена всегда одинаковы, – заключил Гуров. – Люди разные.

– Да, теперь его в убийцы не запишешь, – почему-то расстроился Крячко.

– Разве это плохо?

– А чего хорошего? Мы снова в тупике, или ты еще этого не понял? Если и с «Четверговым любовником» прокол получится, мы в глубокой заднице.

– Ерунда, прорвемся, – подбодрил друга Гуров. – Поехали еще пару адресов посетим. Для закрепления впечатления.

Три последующих визита ничего нового к картине под названием «Жизнь и подвиги Владислава Карася» не прибавили. Лишь свечение нимба над головой бизнесмена усилилось. Каждая из последующих содержанок рассказывала одну и ту же душещипательную историю, как Владислав Карась вырвал их из развратных лап владельца борделя, чем наставил на путь истинный. Разумеется, после такого рассказа ни о каких претензиях в адрес спасителя не могло быть и речи.

Посовещавшись, полковники решили, что пришла пора закругляться. Обходить весь список не было никакой необходимости. Записать Владислава Карася в жестокие убийцы теперь не представлялось возможным, чему Гуров был рад, а Крячко вынужден был смириться.

Вернувшись в Управление, они получили приказ немедленно явиться к генералу Орлову на доклад. Не заходя в кабинет, оба прошли на второй этаж. В кабинете генерал оказался не один. Сухой долговязый мужчина в штатском